Наша футбольная Russia

Глава VII. Голландский волшебник

Автор:
Рабинер Игорь
Источник:
Глава:
Глава VII. Голландский волшебник
Виды спорта:
Футбол
Рубрики:
Профессиональный спорт
Регионы:
РОССИЯ
Рассказать|
Аннотация

В первые дни февраля 2006 года у знаменитого голландского тренера Гуса Хиддинка зазвонил мобильный телефон. Звонил друг и помощник Романа Абрамовича – Евгений Тененбаум. Он поинтересовался возможностью личной беседы своего босса с Хиддинком – человеком, выходившим в полуфиналы двух предыдущих

Глава VII. Голландский волшебник

В первые дни февраля 2006 года у знаменитого голландского тренера Гуса Хиддинка зазвонил мобильный телефон. Звонил друг и помощник Романа Абрамовича – Евгений Тененбаум. Он поинтересовался возможностью личной беседы своего босса с Хиддинком – человеком, выходившим в полуфиналы двух предыдущих чемпионатов мира со сборными Голландии и Кореи.

Поговорить Хиддинк согласился. Хотя ни о какой работе со сборной России в тот момент и не помышлял.

Вскоре Абрамович на личном самолете прилетел в амстердамский аэропорт Схипхол. Там, в переговорной комнате отеля "Шератон", и состоялась их первая встреча.

Владелец "Челси" привык выигрывать всегда и везде. И раз он связался с российским футболом – тут же захотел изменить положение дел. Можно представить, каково было Роману Аркадьевичу в июне 2004-го в Португалии, куда он приехал поддержать сборную России на чемпионате Европы! Олигарх даже заехал в "Русский дом" в курортной Виламоу-ре, чтобы, подобно обычным болельщикам, получить футболку с надписью "Россия" на груди и текстом гимна на спине. В этой майке он на стадионах болел за команду, которая, как обычно, проиграла два первых матча и покинула турнир несолоно хлебавши. Контраст с его ощущениями на "Стэмфорд Бридж", где проводит домашние матчи "Челси", был столь велик, что, подозреваю, на португальских стадионах Абрамович и решил: без крутых перемен в сборной не обойтись.

В книге "Хиддинк: это мой мир" тренер описал свои впечатления от общения с олигархом:

"Я уже однажды встречался с Абрамовичем в его клубе. Тогда мы вместе с Питом де Фиссером (главный селекционер "ПСВ" и личный советник Абрамовича. – Прим. И. Р.) были даже у него дома, где-то в Лондоне. Приятное впечатление. Очень спокойный человек, даже скромный. Никакой бравады или намека на свой статус. Конечно, такое сразу отмечаешь. Ведь у нас есть стереотипы в отношении тех, кто смог так быстро разбогатеть. Вы сразу вешаете ярлык: подлый, отрицательный. Но ничего подобного. Никаких перстней или дорогих часов. Просто джинсы и обычные часы. Даже слишком простенькие.

Встреча в Схипхоле была короткой. Всего около сорока пяти минут. Это был скорее обмен первыми мыслями. Роман сказал: "Тебе это уже пару раз удавалось, поэтому мы будем очень признательны, если ты еще раз сделаешь то же самое для нас". Не могу сказать, что в тот момент меня сильно заинтересовало их предложение. Это было прощупывание, изучение друг друга".

Абрамович и его люди продолжали "обрабатывать" Хид-динка и дальше. Но тут в конкуренцию с ними вступила ни много ни мало Английская Футбольная ассоциация.

Если в прежние времена одна мысль, что тренер с мировым именем Англии предпочтет Россию, показалась бы бредом, то теперь…

В книге "Хиддинк: это мой мир" тренер и его соавтор вспоминали:

"Абрамович продолжал настаивать, он все еще очень хотел получить мое согласие. В это же время дала о себе знать английская Футбольная ассоциация (ФА). Дэвид Дин, член правления "Арсенала", входящий также в комиссию ФА, спросил меня, не найду ли я время для "интервью". Так он это назвал. У них была на примете группа из трех человек, и я был одним из кандидатов. Думаю, двумя остальными были Стив Макларен и Мартин О 'Нил. Но я отклонил предложение: мы уже довольно далеко продвинулись с русскими, кроме того, англичанам нужно было время на то, чтобы проверить кандидатов, и еще на какие-то анормальности.

Кроме того, в Англии пресса – очень важный фактор. Так везде, но там особенно. Я в целом не боюсь внимания прессы. Сначала думаю: ну, хорошо, пусть один раз придут. Но стоит вам их допустить к себе, они хотят идти дальше и переворошить все, добравшись даже до ваших родителей. Конечно, условия работы в Англии одни из лучших и выгодных в мире, но мне это уже неинтересно. Самое смешное, что после меня в Англию поехал на переговоры Луиз Фелипе Сколари и через полтора дня захотел скорее оттуда уехать. Всю его жизнь вывернули наизнанку. А мои планы с Россией стали слишком конкретными, чтобы возвращаться к предложению англичан".

В сентябре 2007-го, накануне отборочного матча Euro-2008 против англичан, я спросил Хиддинка в интервью "Спорт-Экспрессу":

– В английской прессе нередко доводилось читать, что конкретного предложения возглавить сборную Англии вам не сделали только по одной причине: вы – иностранец. А после Эрикссона у Футбольной ассоциации не было желания вновь видеть во главе сборной тренера-легионера. Разделяете такую точку зрения?

– Чего не знаю, того не знаю. Но в любом случае все это в прошлом. Работа главного тренера сборной Англии очень почетна и трудна, однако я предпочел работу в России. Если даю слово, то обратно его никогда не беру. И ни на минуту об этом решении не пожалел.

– Что, по-вашему, привело Хиддинка в Россию?- задал я в сентябре 2006-го вопрос помощнику голландца в сборной Игорю Корнееву.

– Знаю точно: в Россию Хиддинк приехал не из-за денег. Он за свою тренерскую карьеру и так уже заработал более чем достаточно. Для него это действительно вызов. Но вызов, основанный на вере в потенциал России: это огромная страна с тысячами талантов, и тренер почувствовал, что своими знаниями может ей помочь.

В январе 2007-го я брал интервью у президента ФИФА, первого по статусу человека в мировом футболе швейцарца Йозефа Блаттера. И, разумеется, не упустил возможности спросить его:

– Ваше мнение о появлении Гуса Хиддинка во главе сборной России?

– Это хорошая идея. Весь опыт российских тренеров во главе национальной команды говорил о том, что ожидаемых результатов они не дают. Особенно с тех пор, как Советский Союз развалился и Россия стала самостоятельным государством с отдельной федерацией футбола. Такой титулованный зарубежный тренер, как Хиддинк, безусловно, привнесет какие-то новые идеи, "свежую кровь". К нему, возможно, будет даже больше уважения, чем к большим тренерам и игрокам времен Советского Союза. Вот, скажем, есть у вас Никита Симонян – настоящая легенда. Но жить одними легендами невозможно. Жить надо современными реалиями. И тогда результаты придут.

 

Поучаствовал в переговорах с Хиддинком и Виталий Мутко. Причем, судя по высказыванию голландца в книге "Хиддинк: это мой мир", вполне успешно:

"Я несколько раз откладывал свое решение, в частности из-за приближения начала голландского чемпионата. Наконец, состоялась еще одна встреча в Лондоне. Виталий Мутко, президент Российского футбольного союза, присутствовал на ней вместе со своей секретаршей Катей. Он настойчиво повторял, как будет хорошо, если я приеду. Мутко произвел на меня хорошее впечатление, он совсем не был похож на замкнутого русского, и это меня привлекло в нем".

Весной 2006-го Хиддинк подписал двухлетний контракт с Российским футбольным союзом, который начинал действовать в июле. До того тренеру предстояло съездить во главе сборной Австралии в Германию, на финальную часть чемпионата мира, куда голландец вывел команду Зеленого континента впервые за 32 года.

Важная деталь: выплату зарплаты Хиддинку, которая составила 2 миллиона евро в год, взял на себя не сам РФС, а Абрамович – точнее, его фонд "Национальная академия футбола".

– Работодателем выступает РФС, мы же по договору только платим зарплату – в качестве спонсорской помощи, -пояснил президент фонда, правая рука Абрамовича Сергей Капков.

– С прежними тренерами сборной вы разговаривали? -

спросили его журналисты "Спорт-Экспресса".

– Только с Газзаевым. Но у него были другие планы.

– Между тем создается впечатление, что он хотел бы вновь возглавить национальную команду.

– Думаю, что хотел бы. Но его не отпустил бы ЦСКА, а совмещение исключалось.

– Кому принадлежит идея пригласить в Россию именно Хиддинка?

– Роману Абрамовичу.

Мутко вначале склонялся к другой кандидатуре – еще одного голландца Дика Адвоката, позже возглавившего богатейший "Зенит". "С Адвокатом общался в Западной Европе Виталий Мутко, и они друг другу очень понравились", – подтвердил Капков. Именно к тому времени, когда Адвокат считался фаворитом гонки, относится остроумное высказывание Анатолия Бышовца. Я спросил его: "Как относитесь к возможному приходу на пост главного тренера сборной Дика Адвоката?" Ответ был таким: "Иногда мне кажется, что сборной России нужен не дикий адвокат, а дикий прокурор".

По некоторым данным, Мутко с Адвокатом успели даже обговорить все условия контракта. Мутко пообещал в ближайшие три дня выслать ему текст соглашения по электронной почте.

Ошибка деятельного президента РФС заключалась в том, что все эти шаги он предпринял, по имеющимся сведениям, без "визы" Абрамовича. Когда миллиардера поставили в известность, он якобы высказался очень просто: зарплату Адвокату он платить не будет. А Хиддинку – будет. При том что сам

РФС к соответствующим тратам готов не был, Адвокату был дан от ворот поворот.

Спустя некоторое время Адвокат стал главным тренером "Зенита", с которым в 2007 году выиграл чемпионат России, а весной 2008-го великолепно выступил в розыгрыше Кубка УЕФА, учинив в полуфинале разгром мюнхенской "Баварии" – 4:0…

Поняв, что Адвоката в сборной не будет, к нему тут же потеряли интерес. В футбольных кругах Питера вскоре получила хождение такая история. После разговора с президентом РФС Адвокат долго ждал e-mail с контрактом. Три дня, неделю, три недели… Наконец, дождался. Только не контракта, а звонка от начальника международного отдела РФС, якобы передавшего от шефа только одну фразу: "Господин Адвокат, мы в ваших услугах не нуждаемся".

Когда сборную уже возглавил Гус Хиддинк, она осенью приехала проводить домашний матч с Эстонией в Санкт-Петербург.

И вот на стадионе встретились Виталий Мутко и Дик Адвокат. Но крепких дружеских объятий они, естественно, попытались избежать. И даже не пожали друг другу рук. Неудивительно, что Адвокат был обижен, и делать вид, что ничего не произошло, он не собирался.

Капков в интервью "Спорт-Экспрессу" объявил:

– Зарплата Хиддинка составляет 2 миллиона евро в год без учета налогов. Плюс НАФ оплачивает поездки, жилье в Москве, а также налоги, в которых сам черт ногу сломит -если не верите, спросите у Хиддинка. Грубо говоря, в России платится 30-процентный налог (для иностранцев), а когда наш главный тренер уезжает на родину, то сам доплачивает там еще 22 процента.

– Россиянину не положили бы такую зарплату, как Хид-динку?

– Полагаю, что нет. За плечами Хиддинка большой послужной список предыдущей успешной работы со сборными, поэтому инвестиции, связанные с его приглашением, менее рискованны, хотя в футболе гарантий достижения результата быть не может. С другой стороны, я почти уверен, что фут-больное сообщество восприняло бы назначение отечественного специалиста еще более настороженно, чем иностранного.

Как только Абрамовичу удалось "заарканить" Хиддинка, тут же пошли разговоры, что в Россию голландец приехал… не из-за России. А потому, что миллиардер-де пообещал ему следующее место работы – главным тренером "Челси". Все причастные к этому люди, начиная с самого Хиддинка, устали эту байку опровергать. Тем не менее зимой 2007-го, когда наступило резкое охлаждение между Абрамовичем и Жозе Моуринью, слух возобновился с новой силой. Жизнь его развеяла в пух и прах: португалец осенью того же года был уволен, но на его место пришел не Хиддинк, а израильтянин Авраам Грант.

Когда Моуринью уже отправили в отставку, а Гранта еще не назначили, я спросил Хиддинка:

– Что-нибудь о возможности работы в "Челси" Абрамович вас спрашивал? Хотя бы издалека?

– Нет, нет и еще раз нет. Это было бы попросту нелогично! Мы разговаривали пару лет назад – сначала с ним, потом с мистером Мутко – о моем приезде в Россию. И предложение вдруг сменить работу было бы… каким-то оппортунистическим. Мы работаем в одном направлении, делаем одно дело, довольны друг другом – и такой поворот? Это было бы нелогично с обеих сторон – и с его, и с моей.

 

Ситуация в нашем футболе, когда пришел Хиддинк, была удручающей, почти депрессивной. Поздней осенью 2005-го ее очень точно охарактеризовал Михаил Танич: "Когда-то у нас не было материальных условий и возможностей просматривать лучшие мировые образцы, но мы играли в мировой футбол. А сейчас, когда такие возможности у нас есть, мы играем в какую-то другую игру. У нас отсталая футбольная страна".

Неудивительно, что многие ее "аборигены" приняли Хиддинка не просто недружелюбно, а агрессивно. Во время финальной части ЧМ-2006, когда голландец тренировал сборную Австралии, это проявилось особенно отчетливо.

Вот что, например, сказал Валерий Газзаев: "Лично я категорически против того, чтобы национальной сборной руководил иностранец. Нельзя этого допускать… Во главе команды должен стоять патриот, досконально понимающий национальный колорит, характер, традиции. Для этого нужно родиться и жить в той стране, которую ты тренируешь".

Вторил ему и Олег Романцев. В стартовом матче первенства мира австралийцы Хиддинка обыграли Японию – 3:1, но бывший тренер сборной России отреагировал на это с подчеркнутым пренебрежением: "Игра австралийцев была какой-то примитивной". Почему-то Олег Иванович не упомянул, что в 2002 году его собственная сборная с "творческой" игрой Японии безвольно проиграла, тогда как бравые парни из Австралии в последние десять минут, проигрывая 0:1, на 35-градусной жаре умудрились забить три мяча. Что же до ставки Хиддинка на силовой футбол, то он попросту исходил из того подбора голландцев, который у него был.

Газзаев и Романцев были далеко не одиноки. Очень многие их коллеги в России усмотрели в появлении именитого чужака опасность для собственных насиженных мест. Потому что плодотворная работа иностранца доказала бы их собственную несостоятельность.

Первый раз мне довелось пообщаться с Хиддинком и понаблюдать за его работой 16 июня 2006 года в захолустном немецком местечке Фридрихсруэ между Штутгартом и Кай-зерслаутерном, где австралийцы разбили свой лагерь во время мирового первенства.

Первое, что поразило, – крайне неформальные отношения между тренером и футболистами. В один из моментов Марко Брешиано угодил мячом в Хиддинка. В ответ голландец отвесил полузащитнику "Пармы"… увесистый пинок под зад. Брешиано, не видевший, кто над ним поглумился, резко принял боксерскую стойку – но, обернувшись и обнаружив за спиной улыбающегося главного тренера, расхохотался.

Точно так же через какое-то время будут смеяться на тренировках и футболисты сборной России, которые к такому совсем не привыкли. И при Романцеве, и при Газзаеве, и при Ярцеве они находились в состоянии постоянного нервного напряжения, боясь неосторожным словом или действием вывести главного тренера из себя. А потом эта внутренняя скованность переходила и на игры…

При этом ни о какой разболтанности игроков во время тренировки сборной Австралии не было и речи – совсем даже наоборот. Хиддинк гонял их по жаре, как Сидоровых коз. А уж что творилось последние недели перед ЧМ-2006.., "Перед чемпионатом мы три недели вкалывали как проклятые", – говорил мне защитник "Блэкберна" и австралийской сборной Бретт Эмертон. Соотечественник Хиддинка, главный тренер "Тот-тенхэма" Мартин Йол в английской прессе писал: "Как и хид-динковская Корея четыре года назад, Австралия выглядит потрясающе готовой физически. В результате команда, на которую не ставил никто, имеет хорошие шансы на выход из группы".

Пишу эти строки, когда до старта Euro-2008 остается ровно месяц. И с нетерпением жду, что умение Хиддинка подводить команду к большому турниру в идеальном функциональном состоянии сработает и с Россией…

А тогда, в июне 2006-го, я пообщался с ведущими игроками австралийцев. "Мои поздравления – у вашей сборной будет прекрасный тренер, – сказал лидер австралийцев Харри Кьюэлл. – Хиддинк умеет потрясающе сплачивать команду и заряжать ее победным духом. Он чрезвычайно профессионален во всем – ив тактических приготовлениях к конкретным матчам, и в физподготовке, и в организации работы, и в настрое. Поверьте, это великолепный тренер. Как вы знаете, мне есть с кем сравнивать", – заключил полузащитник "Ливерпуля", уже несколько лет работавший с победителем Лиги чемпионов-2005 Рафаэлем Бенитесом. И ведь это было сказано еще до начала чемпионата. А после выхода из группы капитан "соккеруз" Марк Видука высказался еще более ясно: "Этот человек – гений\"

Что же касается репортеров, то во время обстоятельных ответов Хиддинка на каждый вопрос мне вспомнились слова коллеги из австралийской газеты The Sunday Times Давида Давутовича: "Он всегда спокоен. Никто и никогда не видел, чтобы Хиддинк вышел из себя, потерял самоконтроль. Даже когда на пресс-конференциях ему задают глупые вопросы, он всегда находит в них рациональное зерно и старается максимально подробно и вежливо ответить. В Австралии его уважают все без исключения. Не знаю людей, которые относились бы к нему плохо".

Встречаться с журналистами главный тренер сборной Австралии в тот день вообще-то не планировал – просто проводил открытую для прессы тренировку. Но когда я, приехав на базу австралийцев, на всякий случай "закинул удочки" насчет интервью, пресс-атташе Стюарт Ходок дал понять, что у меня есть шанс.

После почти двухчасовой изнурительной тренировки Хиддинк под солнцепеком последовательно дал интервью четырем телекомпаниям, а затем, уже вроде бы совершенно измотанный, подошел к небольшой группе пишущих журналистов – трем голландцам, одному бразильцу и вашему покорному слуге. Вопросы о России перед матчем Австралия – Бразилия, разумеется, удалось задать в ограниченном количестве, но и на том спасибо.

– Какие качества вашей австралийской сборной вы хотели бы видеть и у российской команды?

– Чтобы уверенно говорить о том, какой будет игра сборной России, мне надо сначала приехать в вашу страну и лично познакомиться с игроками. Я уже знаю многих русских футболистов, но заочно – видел их и на стадионе, и на DVD. Не хочу заранее делать какие-либо заявления. Скажу лишь о том, что больше всего люблю в австралийской команде. При не самом звездном уровне игроков они очень амбициозны. Мне хочется, чтобы и сборная России была такой.

– Почему все-таки вы предпочли работу в России более престижной работе со сборной Англии?

– Потому что из России мне последовало конкретное предложение. А из Англии – нет.

– Олег Романцев после матча Австралия – Япония заявил в прессе, что австралийцы играли примитивно. Готовы ли вы к холодному приему со стороны российских тренеров?

– Я знаю, знаю об этом… Но не понаслышке знаю и о том, что такое гостеприимство. Меня радушно встречали во всех без исключения странах, где я работал. Так почему же не ждать такого же приема в России? Не сомневаюсь в том, что российские клубные тренеры делают и хотят делать все возможное для того, чтобы и национальная команда выступала на высшем уровне. Если это так, то вокруг сборной мы должны сплотиться. Все должны быть вместе, не выступать один против другого.

– Хотите встретиться с клубными тренерами?

– Надеюсь на такую встречу. Если коллеги захотят со мной поговорить, я буду им за это очень благодарен и обязательно пойду на контакт. Если не захотят – это их право.

Позитивный настрой, нежелание искать реальных и мнимых врагов, которые будут мешать работать, – вот что в словах и интонации Хиддинка обратило на себя внимание сразу. Как и призыв к единству с клубными тренерами, убежденность, что успеха можно добиться только совместными усилиями.

 

На ЧМ-2006 австралийцы с Хиддинком сумели выйти из группы! Могли бы пройти и дальше: лишь безжалостность испанского арбитра Медины Канталехо, назначившего в ворота австралийцев очень спорный пенальти на последней минуте матча 1/8 финала против Италии, выбила гордую команду Хиддинка из турнира. Победа итальянцев, будущих чемпионов мира, висела на волоске…

На пресс-конференции после того матча голландец шокировал меня своей честностью. Я спросил: "Выуверены, что с Россией вам удастся сделать то же самое, что с Кореей и Австралией?"

Хиддинк ответил:

– Пока такой уверенности у меня нет.

Отношение к новому тренеру сборной со стороны российского тренерского корпуса было тогда настолько негативным, что мы с коллегой из "Советского спорта" Олегом Соколом (других российских журналистов на том матче не было) договорились в своих газетах эту цитату не приводить. Являясь убежденными сторонниками Хиддинка, мы оба понимали: эти его слова могут вызвать истерию. Теперь, когда он победил Англию, вывел нашу команду на Euro-2008, и голоса его врагов уже не слышны, этот маленький секрет можно раскрыть…

– Сочувствую вам, парни. Но не убивайтесь – вам все равно есть чем гордиться. Мы мечтали бы оказаться на вашем месте!

Эти слова я после матча с Италией адресовал группе невеселых молодых австралийцев, около полуночи выстроившихся в очереди в кафе быстрого питания на вокзале Кайзерслау-терна. Парни в желтых футболках взглянули на мою аккредитацию. И незамедлительно вскричали: "О, Россия! Гус Хиддинк! Поздравляем! Если мы, австралийцы, которые 32 года не были на чемпионатах мира, почти вышли с ним в четвертьфинал, то вы будете чемпионами мира!" Да еще запели: "Хиддинк едет в Россию, чтобы победить!" Приятно стало, черт возьми…

И уж совсем я разомлел в день полуфинала Португалия -Франция, проходившего в Мюнхене. За несколько часов до игры зашел в знаменитую пивную "Хоффбройхаус", заказал литровую кружку ячменного напитка. И увидел за столом напротив молодого австралийского болельщика в желтой майке с портретом Хиддинка и надписью: "In Guus We Trast" – "Мы верим в Гуса". На американских долларах надпись точно такая же – только вместо "Guus" там написано "God". То есть -Бог…

Вот до каких высот поднялась на Зеленом континенте репутация голландского тренера! И мой новый приятель Кен даже не подумал списать футболку в утиль после того, как "сокке-руз" уступили итальянцам.

– Ты из России? Давай выпьем. Теперь мы будем за вас болеть! – провозгласил австралиец. Как я мог отказаться?..

Главной ценностью, которую привнесла на чемпионат мира Австралия, был сумасшедший драйв. Можно его назвать куражом, натиском, самоотречением – как угодно. Все это, конечно, зиждилось на блестящей физической подготовке – но это тема для специалистов. Зрители же видели, как на последних минутах и с Японией, и с Хорватией "соккеруз" сминали соперников вихрем своей веры в то, что они обязательно победят. Именно драйвом, не сравнимым ни с кем из других участников ЧМ-2006, австралийцы компенсировали средненькое мастерство и добились своих успехов.

В любом случае, Абрамовичу и Мутко удалось зазвать к себе тренера, который навел шороху на третьем кряду мировом первенстве. И установил рекорд, который вряд ли кто-то побьет в ближайшем будущем: вышел в плей-офф на трех чемпионатах мира подряд с тремя разными сборными. Странное дело: вроде и не было нашей команды в Германии, а традиционного ощущения – "мы чужие на этом празднике жизни" -не было тоже.

Появилась надежда.

 

В книге "Хиддинк: это мой мир" соавтор тренера Франс ван ден Ньювенхоф описывает его ощущения от первых дней в России:

"Через две недели после окончания ЧМ-2006 Хиддинк приехал на новое место работы. Он остановился в самых дорогих апартаментах в стране – на десятом этаже отеля Ararat Hyatt у него четыре просторные комнаты. Из номера 1015 открывается прекрасная панорама города. Справа-Большой театр, слева – золотые купола церквей и базилик, окружающих Красную площадь. Кремль и Дума, российский парламент находятся всего в десяти минутах ходьбы от отеля.

Хиддинк оказывается в стране с богатой историей. "Эта страна, конечно, очень неспокойная. Поразительно, сколько здесь всего происходило на протяжении веков. То, что я делаю, не идет ни в какое сравнение с великой российской историей, но это прекрасно – внести свой вклад и посодействовать обновлению страны. Спорт очень важен для России, я чувствую себя здесь как бы ориентиром, проводником на мировую арену. Это высокая оценка моей прошлой работы в клубах и сборных".

Для начала задача у Хиддинка, кажется, довольно простая. "Я просто сформирую команду. Посмотрю, где можно отвоевать потерянную территорию. Квалификация на ЧЕ-2008 в такой серьезной компании, как Англия, Хорватия и Израиль, кажется фантастикой, но задача эта все же выполнимая. Если удастся, получится и многое другое, быстрее пойдет развитие всего российского футбола".

За номер в отеле Хиддинку самому платить не надо. Счет (1590 евро за ночь) оплачивает футбольный союз. Из этого мира Хиддинку сложно вырваться. Абрамович хочет для своего тренера самого лучшего, а в Москве жизнь диктуют новые русские. Словосочетание стало расхожим в бывшем коммунистическом бастионе: "новые русские". Это беззаботные успешные двадцатилетние и тридцатилетние, которым удалось подняться вслед за нефтяными миллиардерами, магнатами, бизнесменами. В Москве субкультура существует там, где вращаются большие деньги. Москва после Лондона – город с самым большим числом миллиардеров в мире. "Да и Лондон на первом месте только потому, что там живет много русских", – говорят в Москве. Доходы этих людей превосходят все возможные предположения. У Абрамовича шестнадцать миллиардов евро, и ежегодно он платит ренту минимум полмиллиарда. Иначе говоря – полтора миллиона в день! Новые русские могут спокойно пригласить в Москву Майкла Джексона, чтобы тот дал частный концерт.

Этот мир также соприкоснулся с футболом. Нововведения чувствуются повсюду, они заметны. Они подарили новую надежду, подъем, но одновременно и неуверенность. Страна разрывается между своим прошлым и будущим. На переходном этапе происходит столкновение "вчера" и "завтра"".

Во время встречи с Хиддинком в редакции "Спорт-Экспресса" зимой 2007-го мы спросили:

– Раньше следили за российским футболом, чемпионатом России?

– Покривлю душой, если скажу, что внимательно наблюдал за ним – все-таки трансляций поединков российского первенства в Европе нет. Но еще с советских времен отношусь к вашему футболу с большим уважением. Могу даже показать место на стадионе, где сидел во время финала чемпионата Европы 1988 года между командами Голландии и СССР. Находился как раз напротив ворот Дасаева и помню, как он провожал мяч взглядом после невероятного удара ван Бастена. А из игроков более поздних поколений с огромным уважением относился к Мостовому и Карпину, когда те играли за "Сель-ту". Я в то время работал в "Валенсии" и как соперников их очень опасался. Игроком с изюминкой был и мой помощник в сборной России Корнеев.

Хиддинк пришел в сборную, где не было ни одного футболиста, близкого по уровню к Мостовому и Карпину. Недаром на тренировках сборной нынешние ее игроки завороженно смотрят, как обращаются с мячом и бьют по воротам ассистенты Хиддинка – Корнеев и Бородюк. А ведь даже тому поколению в национальной команде не удалось добиться, по большому счету, ничего.

"Куда тебя несет?" – плакат такого содержания повесил рядом с фотографией Хиддинка над своим рабочим столом в "СЭ" один из журналистов, страстный поклонник всего голландского.

"Я не кудесник и не волшебник", – подчеркнул голландец на первой же своей пресс-конференции в России. Но болельщики верили в противоположное.

Оказалось – не зря…

С первых же дней в России Хиддинк проявил контактность и доброжелательность. Пример тому – инициированная им встреча с Валерием Газзаевым в Санкт-Петербурге после матча "Зенит" – ЦСКА. И это при том, что голландец отлично знал о негативном отношении главного тренера армейцев к назначению в сборную России иностранного специалиста. Кстати, на пресс-конференции в Бору Хиддинк заговорил об этом сам -и подчеркнул, что такую позицию, тем более высказанную открыто, он воспринимает с уважением. С Газзаевым они пообщались весьма тепло, и тот обещал ему со своей стороны поддержку. Когда тренер с таким именем сам идет на контакт и первым предлагает общаться, растопить можно самый крепкий лед. Сказать, что Газзаев проникся к голландцу братской любовью, нельзя, и критиковал Хиддинка он не раз, – но открытого саботажа с его стороны не было. Что по российским меркам уже неплохо.

В книге "Хиддинк: это мой мир" Франс ван ден Ньювен-хоф пишет:

"На стадионе он узнает Семина, своего предшественника. Хиддинк идет прямо к нему и жмет ему руку. Это его способ пресечь скепсис и, возможно, враждебный настрой по отношению к себе. "Я так же поступил, когда встретил Газзаева, тренера ЦСКА. Он был очень критически настроен в отношении моего назначения. Это нормально. Но как только вы начинаете общаться с таким человеком, все становится на свои места. И его слова в ваш адрес в газетах уже не так резки. Кроме того, я получил полное содействие со стороны ЦСКА. Как и от всех остальных клубов, впрочем"".

Спустя некоторое время Семин приедет посмотреть на открытую тренировку сборной перед домашним матчем с Хорватией. И скажет:

"Хиддинк-хороший человек. Когда видимся в ложах стадионов, всегда общаемся. Дай бог ему удачи. И как можно меньше травм".

Не владея русским, голландский тренер не сторонился футбольных людей. Показательна история, рассказанная в книге о нем:

"После матча Хиддинка тепло встретило руководство "Сатурна". Знакомство проходило в очень непринужденной обстановке. В скромном зале для приемов – тридцать блюд с фантастически вкусной едой. Сырая рыба, мясо – любимые блюда. А также икра, вино, виски, водка – выпить придется по-любому. Хиддинк отмечает значение таких встреч. "То, чего я хочу добиться, должно сочетаться с российским менталитетом. Иначе не будет никакой несущей поверхности для обновления"".

Быстро Хиддинку удалось найти и общий язык с игроками. В пух и прах был разрушен бытовавший в России миф о том, что тренер, не владеющий языком страны, в которой работает, не способен достучаться до своих футболистов. Секрет того, как это произошло, мне раскрыл весной 2008 года лидер сборной Андрей Аршавин:

– Что отличает как Адвоката, так и Хиддинка от большинства российских тренеров – у голландцев в команде все вместе. В быту нет разделения на основных и запасных. Каждый резервист может обратиться к тренеру с какой-то житейской просьбой, и к нему отнесутся точно так же, как к ведущему игроку. Поэтому все без исключения ощущают себя полноценными членами команды. Так же и у Хиддинка. Это еще одна причина, почему сейчас в сборную все хотят ехать и с радостью откликаются на приглашения.

Любопытные детали о Хиддинке мне на базе в Бору рассказал его соавтор Франс ван ден Ньювенхоф.

Игроки должны знать, что он не потерпит симуляций на поле. Этот "несовременный" для нынешних футбольных времен подход Хиддинк жестко применял в ПСВ по отношению к молодой звезде Арьену Роббену, еще не перешедшему тогда в "Челси".

Хиддинк не боится признавать своих ошибок. Так, в Бору он упомянул о том, что во времена работы со сборной Голландии напрасно заставлял игроков работать с полной выкладкой на следующий же день после тура национального чемпионата.

Когда-то Хиддинк стал первым игроком в Голландии, который осмелился играть в белых бутсах (он привез их из Америки, где выступал в лиге NASL). Естественно, удостоился от тренеров и журналистов немалой порции насмешек, но от своего "я" не отступил. И в своих игроках нынче видит личностей.

Наконец, на протяжении десяти лет, во времена своих выступлений за полупрофессиональный в ту пору "Де Графсхап", Хиддинк был одновременно… учителем физкультуры в школе для умственно отсталых детей. Терпению и выдержке какой степени научился в те годы голландский тренер – можно себе представить.

– Как мне кажется, один из главных побудительных мотивов для Гуса – стремление оставить свое имя в памяти стран и континентов, где люди не избалованы успехами в футболе, – сказал мне ван ден Ньювенхоф. – После работы в Корее его любят в Азии, после ЧМ-2006-в Австралии. Россия – огромная страна с великой историей, и Гус испытывает гордость оттого, что у него появилась возможность помочь этой стране. Хиддинк очень хочет, чтобы после, работы с вашей сборной о нем с благодарностью'вспоминали и в России.

Сразу расположил к себе голландец и журналистов. И не только подробными ответами на каждый вопрос. В один из моментов на его первой пресс-конференции он вдруг поднял чей-то диктофон и спросил: "Ребята, у кого тут пленка закончилась?"

"Ребята" оторопели. Они, привыкшие к тому, что многие отечественные тренеры не считают их за людей, вдруг столкнулись с нормальным человеческим отношением к себе и своей работе.

И стали поддерживать Хиддинка. Вовсе не потому, что кто-то их об этом настоятельно попросил. А потому что им было просто приятно иметь дело с воспитанным, уравновешенным, умным и порядочным человеком.

 

Хорошим для всех тем не менее быть нельзя. И Хиддинк, которому хотелось многое изменить, быстро начал показывать зубы.

Резкое недовольство нового тренера вызвала база национальной команды в Бору.

В книге "Хиддинк: это мой мир" говорится: "Хотя в Москве восемь магистралей, поездка на машине на тренировочную базу в Бору занимает почти полтора часа.

"Шикарные" постройки не производят особого впечатления на голландского гостя. Хиддинк занимает номер 77, в котором часто останавливался бывший президент России Борис Ельцин. Игроки размещаются в небольших комнатах. Из крана течет ржавая вода, кровати скрипят, все в Бору старое. Но при этом вокруг чувствуется какое-то величие. Хиддинк раздражен…

Абрамович уже пообещал Хиддинку, что, если Бор ему не понравится, будет построен новый спортивный центр. Похоже, так оно и есть. Возможности для тренировок ограничены одним полем. Единственное, что русские находят в Бору – это покой.

Во время пресс-конференции Хиддинк ясно дает понять: "Достижение поставленных перед нами целей требует определенных условий. Качество человечееких ресурсов и инвентаря определяет то, сможем ли мы удовлетворить наши амбиции. Если условия не будут созданы, я прекращаю работать в тот же день"".

Рассказывают, что Бор потряс Хиддинка до глубины души. Ржавая вода, о которой упоминается в книге, потекла на привыкшего к комфорту тренера даже не из крана, а из душа. Едва голландец успокоился, как на него в комнате свалилась гардина…

И было принято революционное решение. Отныне сборная перед матчами собиралась не на загородной базе, а в фешенебельных пятизвездных московских отелях. Тренировки стали проводиться на центральных столичных стадионах.

Попроси о чем-либо подобном предшественники Хиддинка, в РФС над ними в лучшем случае посмеялись бы. Требование же голландца выполнили. Бор был списан в утиль.

– В чем уникальность Хиддинка? – спросил журналист Александр Лукьянов полузащитника Ивана Саенко в книге "Гус Всемогущий".

– Гус сделал то, на что не решился бы ни один российский тренер, – дал игрокам свободу. Немногие замечают, потому что не находятся внутри команды, но Хиддинк нас не напрягает. В том числе и своим присутствием. Перед матчем с Англией в Москве объявил субботу выходным днем. Журналисты должны анализировать подобные вещи: что значит дать молодым ребятам, обеспеченным людям, в Москве, в субботу выходной? При другом наставнике мы сидели бы в Бору. Там все классно: еда, спокойствие, но… ты сходишь сума. Мы же не хотим подводить Хиддинка. Не поедем куда-нибудь гулять, а лучше спокойно посидим в ресторане, поужинаем. Рус нам доверяет, и мы отвечаем ему тем же.

Чего ждал Хиддинк от футболистов? Накануне отборочного матча в Македонии он сказал об этом нам с коллегой Евгением Дзичковским:

– Играя за сборную, ты должен как бы вернуться в те времена, когда тебе было 7 или 10 лет. В те времена, начиная играть в футбол, ты воспринимал игру за сборную как величайшую мечту. Реализовать ее дано единицам. И те, кому дано, должны понимать, что им доверено, и сохранять в себе такое же отношение к выступлениям за национальную команду, как в детстве. Все эти мысли я и стараюсь внедрить в сознание игроков. Теперь – в сборной России.

 

Отказ от Бора был только началом процесса самоутверждения голландца на российской земле.

Не всегда Хиддинк сразу верно разбирался, что к чему но если и ошибался, то потом обязательно приносил личные извинения. Причем так, чтобы искренность этих извинений не вызывала сомнений. Такая история, например, произошла с Никитой Симоняном.

Пресс-атташе сборной России, комментатор телеканала "Спорт" Илья Казаков в статье для газеты "Спорт день за днем" рассказал о том, как на одном обеде перед товарищеским матчем Голландия – Россия Хиддинк не позволил выдающемуся в прошлом футболисту, а ныне первому вице-президенту РФС сесть за стол тренерского штаба, попросив расположиться вместе с обслуживающим персоналом команды.

"А потом, на тренировке, передал через технического директора Йопа Алберду, что с командой не должно быть посторонних, – написал Казаков. – Пусть, дескать, Симонян ест в отеле, где хочет, а счета собирает – их потом оплатит федерация. Даже если и есть желание обособить сборную, подобные вещи лучше говорить в лицо. Симонян был оскорблен до глубины души. Равно как и другие члены сборной. Невозможно представить, чтобы Хиддинк так поступил с Эй-себио или Беккенбауэром. А с нами это "покатит"…"

Но прошло немного времени, и пресс-атташе, узнавший Хиддинка получше, высказался совсем по-другому. В интервью для "российской" главы книге Мартина Мейера "Гус Всемогущий" Казаков сказал:

– По прошествии времени мы стали лучше понимать Хиддинка, его решения и намерения. Бурчание вокруг Гуса сошло на нет. Он стремится оградить сборную от различных политиков и чиновников. Такое понятие, как "раздевалка команды", для него священно. И та же ситуация с Симоняном, произошедшая в феврале, стала восприниматься совсем по-другому. Тем более что позже и сам Хиддинк понял свою ошибку, извинился перед Никитой Павловичем.

Стремление Хиддинка "оградить сборную от различных политиков и чиновников" было более чем обоснованным. Но об этом – позже.

 

Россия остается Россией. А потому в канун первого отборочного матча Euro-2008 с хорватами возникла проблема, которая могла появиться только в нашей удивительной стране.

В Москве и области в те дни проходил женский молодежный чемпионат мира по футболу. Зрительский интерес к нему был таков, что вполне хватало и второстепенных стадиончиков тысяч на три-пять мест. Тем не менее матч за третье место и финал проводились на самом современном стадионе страны -"Локомотиве".

И все бы ничего, но, во-первых, две эти игры проходили одна за другой, что создало чрезмерную нагрузку на газон. Во-вторых, весь тот день лил проливной дождь. А в-третьих, через три дня Россия должна была принимать Хорватию именно на этой арене…

Мутко в нашем разговоре ругался в адрес работников "Локомотива":

– Если бы кто-то из администрации арены за несколько дней подошел и сказал: "Господин президент, газон не выдержит", мы бы нашли возможность один из матчей провести на другом стадионе. Но мне говорили – никаких проблем. Что же я мог сделать? К тому же это был форс-мажор. Я такого дождя вообще не видел. Видимо, все, что "выгоняли" из Москвы в День города, вернулось и вылилось как раз в воскресенье.

Хотя мы на самом деле живем не в Марбелье или Калифорнии, у нас тоже в начале сентября ливень так же вероятен, как и снег. Это правда. И в любом случае понятно, что два матча кряду на одном стадионе априори рискованны для газона. И наверное, оргкомитет женского чемпионата мира, якобы и повелевший провести оба поединка в Черкизове, мог бы найти для себя другое поле. Раз президент РФС сказал, что при желании один матч можно было перенести – значит, никакой оргкомитет помехой тому не стал бы.

Голкипер сборной Игорь Акинфеев сказал:

– Нельзя проводить два матча подряд на одном стадионе. Тем более – женского чемпионата мира, на которые ходило по десять человек. Ладно бы еще Россия играла в финале, такое решение можно было бы понять. Но ее не было…

В итоге Россия и Хорватия вышли играть в грязи. Гол на таком поле забить куда труднее, чем на нормальном газоне. А дома в матче с прямым конкурентом надо забивать и выигрывать…

 

6 сентября, спустя два часа после окончания тяжкого зрелища под названием Россия – Хорватия, автор этих строк вошел в оснащенное большим экраном кафе около "Локомотива", чтобы отведать футбольного деликатеса – матча Франции и Италии. И уже спустя десять минут после стартового свистка у меня развеялись последние слабенькие иллюзии о… сборной России. Боже мой, подумал я, какая же между нами и ними бездонная пропасть!

В Черкизове поначалу, по крайней мере со стороны торси-ды, был энтузиазм. Фамилии каждого из игроков и Хиддинка Черкизово проревело на зависть любой Франции. Гимн был исполнен настолько слаженно, мощно и впечатляюще с точки зрения "видеоряда" (публика синхронно подняла белые, синие и красные листки бумаги, а одна из трибун почти целиком накрылась гигантским триколором), что сидевший поблизости обычно ворчливый экс-футболист "Спартака" и "Динамо" Александр Бубнов заметил: "По гимну – уже 1:0 в нашу пользу".

А минуте на 20-й коллега в ложе прессы повернулся ко мне с недоуменным вопросом: "Ты понимаешь, что происходит?" Никто не понимал. Мяч у команды не держался вообще – третий (в лучшем случае) пас отправлялся или сопернику, или в аут. Все стояли, никто не двигался. Хиддинк потом признается, что его особенно удручило: в начале матча, как только срывалась наша атака, футболисты вместо того, чтобы атаковать соперника на его половине поля, опрометью бежали к своим воротам. Прессинг -основа основ философии голландского тренера, здесь же его установка выполнялась с точностью до наоборот.

В середине первого тайма по ложе прессы и окружающим секторам распространился приторный запах поп-корна. Сложилось впечатление, что мы находимся в американском кинотеатре и смотрим какую-то лабуду, которую, не работая челюстями, воспринимать невозможно. Серьезные фильмы в подобном допинге не нуждаются. А тут поп-корн шел на ура.

Качество поля соответствовало качеству игры. И даже во многом его определяло. Наша сборная проводила первый официальный матч при знаменитом иностранном тренере. Фактически она была невестой на свадьбе. И вот представьте, что приходит эта невеста в запачканном в десяти местах платье, в сбитой набок фате, со сломанным каблуком. Хорошо она будет себя чувствовать под взглядами почти 30 тысяч гостей? Так вот и ощущала себя на таком поле наша сборная.

Ближе к концу первого тайма, во время очередного пустопорожнего перекатывания мяча по своей половине поля, трибуны наконец не выдержали. И пронзительно засвистели. Они были стопроцентно правы, потому что это издевательство вытерпеть было невозможно.

После товарищеского матча с Латвией покойный ныне актер Александр Абдулов заметил: "Наших футболистов пока нельзя показывать за деньги". Как выяснилось в среду из пред-матчевого интервью нового капитана сборной Евгения Алдонина, игроков эти слова задели. Но они то ничем их не опровергли.

К концу первого тайма внимательно наблюдать за матчем расхотелось. В ложе прессы начали травить анекдоты, рассказывать байки, кто-то вставил в уши наушники от плеера. Надо же было людям себя хоть как-то оградить от скуки.

Во втором тайме ситуация изменилась. Правда, всего минут на десять – сразу после выхода на замену Погребняка. Мощный форвард "Томи" начал выигрывать все единоборства и распихивать защитников, ожил Аршавин, у которого с По-гребняком наметилось толковое взаимодействие… Но все это закончилось так же быстро, как и началось.

Я ждал, что во втором тайме скажется физподготовка, заложенная Хиддинком на тренировках за последнюю неделю. После выхода на замену Погребняка показалось, что так оно и происходит. Но потом теория разрушилась.

А разрушилась она, на мой взгляд, потому, что на ногах футболистов российской сборной по-прежнему висели тяжеленные психологические гири. "У меня с раскрепощенностью проблем нет", – говорил в смешанной зоне Динияр Билялет-динов и, по-моему, лукавил. И его, и почти всех его партнеров ответственность за результат сковывала по рукам и ногам, они начинали всего бояться. Чуть что – пас назад. Или удар в небеса с позиции, откуда и забить-то невозможно. Все это – наследие 18 лет без единого выхода из группы в финальных стадиях чемпионатов мира и Европы. Наследие нашего российского футбольного лузерства.

Его, это лузерство, как раз и пришел выбивать из нас Хиддинк.

"Хорошо, что приехал", как спела бы группа "Уматурман". Подумалось, что его по крайней мере не будут втаптывать в черкизовскую грязь – хотя бы из уважения к заслугам. Будь во главе сборной российский тренер, его бы за такую игру попросту "съели". Но тут все разумные люди понимали, что команда – в самом начале пути. И с голландцами, и с корейцами Хиддинк тоже начинал со скрипом. Зато потом разгонялся так, что остановить было невозможно.

Хиддинк тысячу раз на всех уровнях и во всех странах доказал, что умеет делать команду и результат. Ждать чудесного преображения в одночасье было наивно. Может, при определенной удаче мы и могли выиграть матч у Хорватии, но с большей степенью вероятности мог победить соперник. И вот это была бы настоящая катастрофа. 0:0 – далеко не худший вариант.

"Я не пессимист, – с грустным лицом говорил Хиддинк после матча. – Конечно, работать надо много, но я знаю, что эта команда будет конкурентоспособной".

Тренеру хотелось поверить. С другой стороны, разве мог он сказать что-нибудь другое? Врать, что все в порядке, Хиддинк бы не стал – не тот человек. А публично лишать людей надежды, даже если в глубине души сам так думает, он ни за что не будет. Голландец умеет держать эмоции под контролем. Недаром после финального свистка вышел к бровке и несколько раз хлопнул в ладоши: ничего, мол, ребята, прорвемся!

Для него самого сделать что-то путное из этой команды, возможно, стало сложнейшим профессиональным вызовом в карьере.

"Россия – не Австралия", – с заметной долей высокомерия говорили футболисты нашей сборной, объясняя перед чемпионатом мира, почему они не собираются наблюдать за матчами "соккеруз". Действительно, не Австралия. У нас нет полутора десятков футболистов английской премьер-лиги и нескольких игроков из высших дивизионов Италии и Испании. Мы не привыкли к высочайшему накалу и темпу матчей каждую неделю. Нам придется подождать еще несколько лет, пока созреют юные футболисты, которые занимались в спортшколах уже не во времена безнадеги и безденежья, у настоящих детских тренеров, а не у торговцев живым товаром.

Через месяц предстояла домашняя игра с Израилем. Эта команда в предыдущем отборочном цикле не то что не проигрывала со счетом 1:7, а не уступила вообще ни в одной встрече, играя в одной группе с Францией, Швейцарией и Ирландией. Да и вообще последний ее проигрыш в официальном матче датировался 2003 годом. Побеждать же ее после домашней ничьей с Хорватией надо было обязательно.

…Я был счастлив, что после встречи россиян и хорватов судьба подарила мне шанс посмотреть матч Франция – Италия. Во-первых, периодически необходимо восстанавливать вкус к хорошему футболу – иначе уровень игры Россия – Хорватия со временем начнешь считать нормальным. Во-вторых, замечательно, что финалисты ЧМ-2006 играли не до, а после нас. Потому что, если бы все было наоборот, то после черкизовского зрелища 6 сентября 2006 года оставалось бы только застрелиться.

А потом стало еще хуже. С Израилем тоже сыграли вничью – 1:1. У наших на сей раз было весомое преимущество, Аршавин с паса Погребняка быстро открыл счет, но в конце матча единственный момент у израильтян завершился голом.

Все желающие обрушились на Хиддинка с превеликим удовольствием. И не всегда, надо признать, эти претензии были необоснованными. Казалось, что в возможностях вверенных ему игроков голландец разбирается медленнее, чем хотелось бы…

"Хиддинка стали ругать за то, что он нечасто приезжает в страну, на которую работает, редко воочию наблюдает матчи национального чемпионата, не хочет полностью погружаться в наш мир и становиться его частью, – размышляет на страницах книги Туе Всемогущий" Александр Лукьянов. – Потеря четырех очков в поединках с Хорватией и Израилем мало кому позволяла смотреть вглубь, пытаться понять тот процесс, который начал происходить с командой, принять очевидные изменения, предложенные Хиддинком".

Популярный телекомментатор, а в прошлом замечательный вратарь Владимир Маслаченко говорил:

– Рус испытал на себе особенности русского менталитета. У нас ведь – что у журналистов, что у болельщиков – как принято: либо об асфальт лицо бьем, либо радуемся до поросячьего визга. Объективной оценки происходящего, спокойствия нам не хватает.

В ту пору, когда оптимизмом не пахло ни у кого, я спросил Хиддинка:

– Вы до сих пор верите, что сборная России способна играть в атакующий футбол?

– Верю. И мы стремимся к этому. В том числе потому что, на мой взгляд, характер русского человека – не "оборонительный". Этот характер – сильный, инициативный, нацеленный на то, чтобы идти вперед и брать все своими руками.

Бог с ней, с критикой со стороны болельщиков и отдельных журналистов. Гораздо хуже, что Хиддинк начал испытывать давление оттуда, где его должны были поддерживать, -из РФС.

По футбольным кругам мигом разнеслась фраза, которую Виталий Мутко адресовал голландцу после матча с Израилем. Невозможно поверить, но ее на полном серьезе произнес профессиональный футбольный функционер.

"А вы, Гус, не волшебник, как я думал", – сказал Хиддинку Мутко.

Вот это было уже серьезно. Необходимо было узнать подробности от самого главного тренера, чтобы избежать недоразумений.

В общем, назрело серьезное интервью с Хиддинком. Оно было опубликовано в "Спорт-Экспрессе" 27 октября 2006 года.

Признаться, на эту беседу я шел не без опасений. Острых вопросов главному тренеру сборной России было подготовлено столько, что иной российский специалист оборвал бы разговор после первого-второго. Пугало и возможное желание сгладить углы – большинство иностранных тренеров, работающих в нашей стране, отличаются дипломатичностью. Получится ли искренняя, откровенная беседа – это волновало меня больше всего.

Хиддинк превзошел все ожидания. Ни на один из нелицеприятных вопросов, касавшихся его собственной работы, он не отреагировал нервно – всякий раз давал подробные разъяснения, разжевывая логику своих поступков. Не готов сказать, что согласился с каждым из этих объяснений, но, во-первых, Хиддинк давно доказал свой высокий профессионализм, во-вторых, вызывает уважение тем, что не руководствуется тезисом "я всегда прав", а умеет признавать собственные ошибки. Он начисто лишен высокомерия и действительно не считает себя мессией.

Поразила и степень его откровенности по ряду вопросов, в первую очередь касавшихся контакта с РФС и взаимоотношений с Виталием Мутко. После этого стало очевидным, что Хиддинка, дорожащего своей репутацией, по-настоящему волнует начатое им в России дело. Именно поэтому он не стал оставлять под ковром реально существующие проблемы и дал на мои вопросы честные ответы. Не скрою: во время нашей беседы, состоявшейся в холле отеля "Арарат Хайятт", я стал относиться к Хиддинку с еще большим уважением, чем прежде.

Вот самые острые отрывки из той беседы.

– Мне стало известно, что перед матчем с Эстонией президент Мутко произнес перед игроками столь долгую речь в раздевалке, что вы вынуждены были вежливо попросить его удалиться.

– Да, это правда. Президент РФС полон энтузиазма. В международном футболе принято, что за полтора часа до игры президент говорит игрокам: "Удачи!" – после чего выходит из раздевалки, и футболисты могут сконцентрироваться на игре. У мистера Мутко же энтузиазма столько, что он возвращается и возвращается в раздевалку. И, конечно, в какой-то момент мне приходится вежливо просить его покинуть ее, позволить игрокам готовиться к матчу. Они и так знают, что должны делать.

– А насколько верна информация, что вскоре после матча с Израилем Мутко сказал вам: "А вы, Гус, не волшебник, как я думал!"?

– И это правда. Не знаю, каким образом вы узнали об этом, поскольку предпочитаю, чтобы подобные вещи не выходили наружу. Ноя честный человек, не хочу лгать, и раз вы спросили, то отвечаю, что такое действительно было. Никогда не говорил и не считал, что я волшебник. Говорил только о том, что мы должны упорно работать, чтобы подняться из тех низов, где оказались.

Я приехал в Россию с огромной энергией и рассчитывал, что мы все будем делать вместе. И когда услышал от президента РФС такую реакцию на ничью, она мне не понравилась. Я счел, что ко мне было проявлено неуважение. Да, не был достигнут желаемый результат, но в российском футболе сейчас начинается новая эра, и я хочу сделать все, чтобы она получилась как можно более успешной. Меня очень разочаровывает, когда люди воспринимают мое присутствие иначе.

– Ваши отношения с Мутко стали иными, чем в начале пребывания в России?

– Жаль, что такие недоразумения происходят. Но у меня достаточно энергии, чтобы не опускать рук и продолжать работать. Надо только понять одно: самое главное – не обвинять друг друга, а трудиться вместе, быть рядом и в дни побед, и в дни поражений. Только так можно добиться чего-то существенного.

– Почему вы не отпустили Александра Бородюка на ответный матч молодежных сборных Португалии и России?

– Во время подписания моего контракта с РФС я предупредил: Алекс – моя правая рука, мой первый помощник. Да, ранее ему также поручили отвечать и за олимпийскую сборную, но я сразу сказал президенту РФС Виталию Мутко: "Подождите. Матчи двух команд каждый раз совпадают по срокам, так что одновременная работа человека в двух командах невозможна. Пожалуйста, найдите для молодежной сборной другого тренера". Мистер Мутко согласился и обещал найти. Эта договоренность была достигнута в самом начале моей работы в России, а напомнил я о ней в дни матчей молодежки против Финляндии и Венгрии. В беседе с президентом РФС я подчеркнул, что Бородюк в дни матчей с Португалией должен быть с первой сборной, и воля мистера Мутко – искать нового тренера для молодежной сборной или обходиться услугами помощников Алекса. Договоренность была однозначной.

– И тем не менее, по моей информации, на одной из недавних летучек в РФС Мутко обвинил Бородюка в том, что тот не полетел в Португалию.

– Да, я тоже знаю об этом. Такое обвинение крайне несправедливо. Вдвойне неприятно, что оно сделано задним числом. Была четкая договоренность между мною, Алексом и президентом, и мне не понравилось, что г-н Мутко позволил себе о ней забыть. Если я или мои ассистенты бывают в чем-то недовольны друг другом, мы собираемся и прямо об этом говорим. Отношения должны быть честными. Мы все плывем в одной лодке, должны помогать друг другу или даже конструктивно критиковать друг друга – но мы не имеем права бросать обвинения людям, с которыми были достигнуты четкие договоренности.

– Сама по себе ситуация, когда у молодежной команды, претендующей на попадание в Пекин, нет постоянного главного тренера, абсурдна, не так ли?

– Об этом мы с президентом говорили не раз. Алекс прекрасно работает с первой сборной, он нужен ей. И точка! Уверен, что Бородюк станет очень сильным главным тренером, после того как я уеду из России. Федерация должна была адаптироваться к новым обстоятельствам и принять решение, что сделано не было. Не стоит искать козла отпущения в ситуации, которую допустили сами.

Любой российский тренер после подобного интервью был бы уволен на следующий же день. Критика в адрес человека, тем более – босса, была даже если и справедливой, то все равно беспрецедентной.

Но Хиддинк, понимая, что его скорее всего не уволят, решил рубануть правду-матку.

Никогда не забуду его решительного жеста после окончания нашей беседы. Он рубанул кулаком воздух и провозгласил: "We will fight!"

"Мы будем бороться!"

Впоследствии Мутко неоднократно давал комментарии по поводу и этого интервью вообще, и пассажа про президентские речи в раздевалке в частности. Но, главное, в раздевалке-то перед играми он в прежних количествах "тусоваться" действительно перестал!

Хиддинка нужно было обязательно брать в сборную хотя бы для того, чтобы он мог публично рассказать такие вещи, потому что иначе просто невозможно решать возникающие проблемы.

В начале декабря 2007-го в швейцарском Люцерне мы беседовали с Хиддинком после окончания жеребьевки финальной части Euro-2008. Я спросил:

– Как сейчас оцените ваши отношения с президентом РФС? Год назад были шероховатости, позже они вроде бы исчезли…

– Сейчас каждый из нас четко знает, за что отвечает. Мы не вмешиваемся в дела друг друга, хотя общаемся и обсуждаем многое. Те недоразумения, которые были прежде, ни в коем случае не были связаны с дурными намерениями руководителя федерации. Они шли только от энтузиазма – порой чрезмерного. Но когда люди готовы вести взрослый разговор и слушать друг друга, рано или поздно все становится на свои места. Это у нас с господином Мутко и произошло. Сейчас он, на мой взгляд, делает для команды все то, что и должен делать. И делает отлично. В том числе в те моменты, когда команда собирается вместе перед игрой. Несколько подбадривающих слов – и все! Прекрасно!

Надо отдать должное и Мутко, и Сергею Капкову. Еще до того, как итоги отборочного турнира стали ясны, они сказали мне: "Мы довольны нашей совместной работой и предлагаем вам продолжить сотрудничество". Такой стратегический подход нельзя не уважать!

Слова Хиддинка говорят об одном: октябрьское интервью 2006 года сработало правильно. Пути было два. Мутко мог ввязаться в конфликт, который только посеял бы разрушение, но, к счастью, усмирил гордыню и подчинился тем требованиям, которые предъявил голландец. Возможно – не по своей воле. Но это уже неважно.

Трудно также представить себе меру благодарности Боро-дюка своему шефу по тренерскому штабу. В момент, когда именно он был обвинен во всех неудачах молодежной сборной, Хиддинк поддержал его, и не раздумывая, рассказал болельщикам, как все было на самом деле. Это было особенно важно потому, что, в отличие от Хиддинка и Корнеева, Боро-дюк получал зарплату не от "Национальной академии футбола", а от РФС, и зависел от союза в гораздо большей степени, чем его коллеги.

Этим поступком голландец вновь явил окружающим свои высокие нравственные качества. Находясь в России, он никогда не "сдавал" ни помощников, ни игроков, ни обслуживающий персонал – и во многом благодаря этому вокруг него сформировалась команда, в которой один за всех и все за одного. Может, она еще далека от совершенства по мастерству, но в первые же месяцы Гусу удалось покончить внутри коллектива с интригами и равнодушием. Значительную часть этой работы до него проделал Семин, но Хиддинку удалось успешно завершить этот процесс.

Россию не воспринимали всерьез. Я понял это, побывав в Лондоне и взяв интервью для "Спорт-Экспресса" у основного левого защитника сборной Англии и "Челси" Эшли Коула.

– Англия и Россия попали в одну отборочную группу Еиго-2008. Вам известен кто-нибудь из ваших российских соперников? – спросил я футболиста.

– (Думает.) Честно говоря, нет. Не могу сказать, что смотрю много футбола помимо того, в котором участвую сам. Поэтому не могу сказать, что знаю что-то конкретное о вашей сборной. В мире столько стран, за всеми не уследишь!

– А кто тренирует сборную России, знаете? (Смущенно мотает головой.)

– Гус Хиддинк.

– Да? Неужели?! Так у вас – великий тренер. Он прекрасно работал и с ПСВ, и с целым рядом сборных. С таким тренером команда не может быть слабой и даже средней.

Последняя фраза не должна вводить в заблуждение: она -не более чем дань уважения Хиддинку. Раз английский игрок через несколько месяцев после начала отборочного турнира еще не знал, кто тренирует сборную России, – значит, о серьезном отношении к нам со стороны британцев не могло быть и речи.

Жизнь накажет их за легкомыслие.

А вот Хиддинк, сказавший после двух стартовых ничьих: "На мой взгляд, в нашей группе все решится поздней осенью следующего года" – окажется стопроцентно прав.

В начале ноября из редакционного факса "СЭ" выполз текст следующего содержания: "Сообщаем вам, что в период с 10.11.2006г. по 13.11.2006г. в санатории "Зеленаяроща" (бывшая здравница ЦК КПСС и место, на территории которой находится дача И. В. Сталина) на учебно-тренировочных сборах будет находиться сборная России по футболу – главный тренер Хиддинк Г.".

Как мы тогда решили, стилизация под суровое прошлое, когда одна только мысль о приглашении Хиддинка Г. в футбольную сборную тянула лет на десять особого режима, получилась у составителей письма отличная. Вот только когда в "Зеленую рощу" приедет сам Хиддинк Г., выяснится, что вовсе это и не стилизация…

Не бойтесь: в лапы НКВД голландский тренер во время подготовки к матчу в Македонии не угодил. Но окружающая обстановка показалась ему невыносимо советской.

"Зеленую рощу" во время визита в Сочи подобрал для сборной технический директор Иоп Алберда – голландец, приехавший в Россию вместе с Хиддинком. На Олимпийских играх 1996 года в Атланте Алберда был… главным тренером сборной Нидерландов по волейболу, завоевавшей золотые медали! Но с тех пор сменил род деятельности, и в 2006-м принял предложение Хиддинка поработать с ним в России.

Прокол с "Зеленой рощей" Алберде не простят. Круг его обязанностей и так-то вызывал у многих сомнения и ропот, но после скандала в Сочи его судьба была предрешена. В 2007-м его сначала отодвинули от дел, а потом и вовсе уволили. Хиддинк понимал, что это справедливо, и противодействовать не стал.

Игрокам в санатории не понравилось ни питание (вместо спагетти, к примеру, принесли вермишель), ни кровати в номерах. Вскоре после приезда голландец даже не попросил РФС, а поставил его перед фактом: команда должна переехать в отель "Рэдиссон-Лазурная". В считанные часы!

Могу себе представить, как бы на это отреагировали, возглавляй сборную любой российский специалист. Но тут – прислушались.

Когда мы с Хиддинком обсуждали сочинскую тему уже в Македонии, он был весьма дипломатичен.

– Хочу, чтобы игроки находились в идеальных условиях для подготовки к матчу. Из нескольких вариантов, которые у нас были, мы поначалу выбрали санаторий. Он оказался "о 'кей", но не более. В связи с этим возникло ощущение, что в команде началось брожение. Мне не нужны условия категории "люкс", но все должно способствовать тому, чтобы командный дух был на высоте. В ином случае нужно принимать меры. Потому и переехали в "Рэдиссон". Это решение, кстати, мы принимали совместно с мистером Мутко.

Словом, голландец принял жесткое и оперативное решение, в связи с чем стал пользоваться еще большим авторитетом в команде.

Рассказывают, что добили Хиддинка в "Зеленой роще" два эпизода. Один произошел в баре. Увидев тренера, какой-то пьяный посетитель якобы попытался его обнять, налил себе полный стакан водки и предложил: "Гусяра, давай тяпнем!" "И немедленно выпил", – как писал Венедикт Ерофеев. У эстета Хиддинка эта типично российская ситуация вызвала приступ омерзения.

По поводу второго эпизода не знаю даже, смеяться или плакать. Это и есть – наша Russia. В туалете голландцу понадобилась туалетная бумага. Но она висела на таком расстоянии, что дотянуться до нее не представлялось возможным…

После мытарств в Сочи сборная отправилась в Македонию. Опасения были велики: незадолго до того команда из бывшей Югославии умудрилась сыграть вничью в Англии.

К тому времени уже стало понятно: проанализировав положение дел, Хиддинк настроился на резкое омоложение сборной. И пусть даже авансом, но взял поработать в Сочи и Скопье сразу пять совсем молодых, мало чем проявивших себя даже в чемпионате страны футболистов.

Он говорил:

– В необходимости подобных приглашений у меня нет ни малейших сомнений, это опробовано на опыте других стран. Процесс постепенного обновления рядов сборной должен быть каждодневным. У нас сложная группа, и выход из нее будет отличным достижением. Вот только нельзя замыкаться на этом результате. При худшем сценарии мы не попадем на Euro-2008 – но команда-то не должна останавливаться в развитии!

Надеюсь, еще до чемпионата Европы в число основных игроков вольется пара-тройка молодых и к началу отборочной кампании ЧМ-2010 они уже будут чувствовать себя уверенно. Для строительства сборной к чемпионату в Южной Африке это окажется очень полезно.

Один из тех пятерых, Дмитрий Торбинский, уже в 2007-м станет весьма важным звеном в национальной команде. И пусть кому-то другому прогресса осуществить не удалось, молодежи был дан шанс повариться в атмосфере первой сборной и выйти на новый уровень. Тренеру, который думает только о сегодняшнем дне, такое и в голову не придет.

В Скопье средний возраст стартового состава сборной России составил 24 года. Такого не было уже много лет.

В то же время число ветеранов в команде с каждым матчем уменьшалось. Хиддинк не афишировал своего желания сделать не частичную, а полномасштабную ставку на новое поколение – но на деле это происходило. Особенно неожиданным стало отсутствие интереса к недавнему капитану сборной Алексею Смертину.

В декабре 2007-го в Люцерне мы с Хиддинком затронем эту тему. И тренер раскроет секрет, о котором до той поры ничего известно не было. Вначале, правда, подведя под омоложение сборной теоретическую базу.

– Времена меняются. Футболисты, которых вы упомянули (Смертина и Егора Титова. – Прим. И. Р.), – очень честные люди. И если вы, глядя в глаза, зададите им прямой вопрос, они скажут: "Хорошо, что эти изменения произошли". Некоторые ветераны сами говорили мне, что команда должна стать моложе и быстрее. Другие откровенно признавались: "Уменя больше нет достаточной мотивации для игры за сборную". А если такой мотивации нет, то при всем уважении к этим людям я выберу более амбициозных.

– У Смертина вы тоже увидели отсутствие мотивации? Многие сейчас рассуждают, что у сборной нет классического опорника, а это при схеме игры в три защитника вдвойне опасно.

– Я вижу резервы и у Семшова, и у Зырянова, и у других. Со Смертиным же у нас состоялся очень хороший и откровенный разговор, как раз-таки доказавший амбиции игрока. Тем не менее каждый футболист должен понимать, что в некоторых матчах он может выходить в стартовом составе, а в некоторых – оставаться на скамейке. Правила игры для всех должны быть общими. Даже если ты, допустим, ван Нис-телрой. У Алексея были с этим некоторые проблемы.

– То есть он сказал: "Если вы меня вызываете, то я должен выходить в стартовом составе"?

– Да. Мне понравилась открытость Смертина, в том числе и по этому вопросу. Но в команде все равны.

Эта история подчеркнула один из главных принципов Хиддинка: место в составе сборной не забронировано вообще никому. Не на словах, а на деле. До голландца такого в сборной России не было никогда…

А, пожалуй, главнейшую из своих задач в сборной в книге "Хиддинк: это мой мир" сформулировал так:

"То, что раньше было достоинством российского футболиста, теперь стало его главным врагом. Современный игрокмиллионер может щадить себя, не идти на большие жертвы. В старые времена советский футболист ценился как несгибаемый, атлетически развитый и неподатливый игрок. Сегодня российский футболист технически в меру способен и ментально неустойчив".

"Ментальная жесткость" – такой термин ввел Хиддинк в этой книге. И выразил мнение, что ее-то россиянам для больших побед и не хватает…

Во время установки на игру в Скопье Хиддинк поразил всех.

Голландец выставил не просто атакующий – сверхатакую-щий состав. Из десяти полевых игроков сразу семерых (!) можно было отнести к группе атаки. Этот выбор даже не говорил, а кричал о том, что Хиддинк приехал в Скопье выигрывать. А побеждать, не рискуя, невозможно.

И игра голландца ва-банк сработала на все сто! В первые же полчаса мощнейший выстрел под перекладину Быстрова и роскошный сольный проход Аршавина убили интригу матча, который стал в 2006 году для нашей сборной безоговорочно лучшим.

– Вам не хотелось бы через три дня сыграть против Англии? – спросил я Хиддинка после игры.

– Вы просто читаете мои мысли! Это было первое, о чем я подумал после финального свистка И чтобы этот матч состоялся в Лондоне.

…До Лондона оставалось еще целых десять месяцев. Но Скопье, в котором Хиддинк явил абсолютно несвойственную российским тренерам смелость и бесшабашность, дало понять, что жизнь налаживается.

* * *

…Перед вылетом в Москву в амстердамском аэропорту Схипхол автора этой книги и его коллегу по "Спорт-Экспрессу" Евгения Дзичковского досматривала фрау с внешностью домохозяйки.

– Расстегните боковой отдел сумки, покажите, что там.

– Там книга. Про одного вашего соотечественника.

– Любопытно, – голландка взглянула на врученную нам накануне книгу с фотографией главного тренера сборной России на всю обложку. – О, Гус Хиддинк! Вы случайно не были у него на родине в Варссевелде? По-моему, там такая скука!..

Наши брови поползли вверх. Поездка на презентацию книги "Хиддинк: это мой мир" укрепила нас в мысли, что в маленькой Голландии очень любят своих футбольных героев вообще и Гуса в частности. Но знание таких деталей его биографии мирной служащей все-таки ошарашило. Варссевелд -крохотный городок, каких десятки тысяч. Зачем аэропортов-ской мадам знать, что он вообще есть на свете, не говоря уж про царящую там скучищу?

Но она знала. Как знал когда-то весь Советский Союз про Валерия Чкалова и Пашу Ангелину. Причина проста: быть голландцем и не знать хоть что-нибудь о Хиддинке просто нереально.

Напроситься к Хиддинку в гости мы решили в середине ноября, в Македонии. Момент был выбран психологически верно: тренер только что "угостил" нас шикарным, разыгранным в лицах 45-минутным интервью взамен обещанного 15-минутного и пребывал в отличном расположении духа. И он предложил приехать на презентацию, заглянув перед тем еще на одно занятное мероприятие.

(c) (c) "Капитан Зеппос" – так называется ресторан в университетском квартале Амстердама. Там должна была состояться церемония вручения какой-то журналистской премии, в которой планировалось участие Гуса Хиддинка. Его появление не разметало народ по стенкам, не развернуло лицами к знаменитости, не вызвало аплодисментов. Кое-кто вежливо улыбнулся. Хиддинк взял шампанского и отправился в круиз между островками журналистов в свитерах и мятых рубашках. Беседовать. Выглядел он в этот момент настоящим Юрием Палычем. Представить в аналогичной роли на подобном мероприятии другого российского тренера мы при всем желании не смогли. Через полчаса настал черед перемещаться из фуршетного зальчика хитро спланированного Kapitein Zeppos в банкетный. Гус с бокалом в руке стал помогать Элизабет надеть пальто. С серьезным лицом протянул шампанское автору этой книги:

– Подержи бокал. Но не пей! Я понимаю, что ты из России, и все равно не пей! А потом чокнулся со звоном, провозгласив по-нашему: "Водка! На здоровье!"

Наконец-то мы поняли, куда попали. В Голландии существует литературно-футбольный журнал Hard Gras, "Жесткая трава". Каждый год он вручает премию одному из голландских журналистов за какой-то конкретный материал. Сам журнал претендует на элитарность, а его премия считается престижной. Перед оглашением победителя на крошечную сценку вышел Хиддинк, которого на сей раз встретили громкими аплодисментами. Речь его была остроумной и какой-то… совсем не тренерской.

– Вы видели, сколько во всем этом вечере было иронии и самоиронии? – спросил он нас в конце вечеринки. – Это и есть та самая демократичная голландская атмосфера. Здесь все открыто, поэтому я очень люблю бывать в таких компаниях. Вы, как мне кажется, такие же – вот почему вы здесь.

И закурил сигару. Последнюю фразу Хиддинка мы решили оставить без комментариев. Но не упомянуть о ней, раз уж она была сказана, было бы, пожалуй, чересчур скромно. А на следующий день мы уже были в двухстах километрах от Амстердама, в окрестностях Детинхема, города неподалеку от границы с Германией. Презентация книги, приуроченной к 60-летнему юбилею Гуса, должна была состояться в населенном пункте Ворден, который мы на карте не нашли. Зато указатель на Варссевелд, замеченный с трассы, вызвал смутные ассоциации. Где-то что-то было в Интернете… Ба, да это же именно та деревня, в которой родился Хиддинк!

Ясно, что спросить дорогу мы свернули в Варссевелд. Оставили машину в центре, прошли метров триста – ни души. Заглянули в магазин. Продавщица позвала откуда-то из подсобки усатого немолодого мужика. Узнав о цели визита, он вдруг сказал: "Оппа, а отец-то Хиддинка был у меня учителем в здешней школе! И дом, где Гус родился, – вот он, через дорогу". Мы приблизились к двухэтажному кирпичному кубику, типично голландскому, одному из многих на улице. Черепичная крыша, дорожки из щебня, стриженый самшит в палисаднике. Прямо перед окнами – скромная табличка, отмеченная корейским (!) флагом. На ней черно-белое фото: молодцеватый Хиддинк-папа гордо держит на коленке малыша Гуса. И надпись на четырех языках, включая корейский: "В этом доме родился и жил до 12 лет (в 1946 по 1958 год) Гус Хиддинк, третий из шести сыновей. Он любил играть в футбол в садике".

Не успели мы сфотографировать объект, как обнаружили, что нас самих кто-то снимает. Оказалось, голландское телевидение приехало делать сюжет о Хиддинке. Узнав, что мы из России, голландцы затребовали экспресс-интервью, важное, как они сказали, "для городка и страны". Телевизионщики рассказали историю появления корейского флага на табличке перед домом Хиддинка. Выяснилось, что корейцы после ЧМ-2002 протоптали в Голландию широкую экскурсионную дорогу. В Амстердаме есть специальное бюро, предоставляющее для "Хиддинк-тура" гидов и автобусы. "Места боевой славы" сформированы в треугольник Амстердам – Эйндховен – Варссевелд, по которому корейцы с благоговением и катаются. В самом доме сейчас живут другие люди. В самом городке чуть раньше функционировал небольшой музей, именуемый в народе Guuseum. А человек, удостоенный таких почестей, тренирует тем временем нашу с вами национальную сборную. Стоя перед домом, где он жил в детстве, слушая рассказы про корейское паломничество и отвечая на уважительные вопросы про российское настоящее Хиддинка, мы вдруг поймали себя на ощущении, что российский футбол принял из голландских, корейских и австралийских рук некое почетное переходящее знамя. И те же голландцы, показалось, нам по этому поводу немного завидуют. Ворден – копия Варссевелда, за исключением того, что есть здесь тишайший отель Bakker ("Булочник"), в котором и состоялась церемония. Ни охраны, ни оркестра, ни суетливых организаторов, ни других признаков презентаций, как их принято проводить в России: все спокойно, патриархально, своим чередом. Гус вошел в зал с отцом Герритом и матерью Ио. Ему 90, ей 86, но жизнелюбия и задора в родителях Хиддинка – через край.

-Я горжусь сыном Русом, – сказал нам Хиддинк-старший. -Не только его достижениями, но и тем, что он нормальный мальчик. Я был школьным учителем и знал, как воспитывать своих детей. Они все – хорошие люди. И футболом стали заниматься потому, что я тоже в свое время играл за городскую команду.

-Говорят, когда-то генерал Эйзенхауэр наградил вас медалью?

-Да, это так. Она у меня дома висит.

– Поддержали ли вы решение Гуса поехать в Россию?

– Без раздумий. Потому что привык уважать выбор своих сыновей.

Старый Геррит положил начало череде наших ворденских знакомств, очень похожей на временное помутнение рассудка. Именно он стал первым, кто протянул нам руку и сказал без затей: "Хиддинк". Вслед за ним точно так же представились братья Гуса Ханс, Рене, Арнольд и Карел. Старший Вим задерживался из-за болезни жены. В общем, нас окружили Хиддинки. Никакого дискомфорта мы от этого не испытали, скорее наоборот. Однако, чтобы впитать и переварить сам факт столь множественного "клонирования" нашего эксклюзивного тренера, понадобилось время. В России над головой Гуса – своеобразный нимб. А в Вордене его называли мальчиком, хлопали по плечу и просто окружали очень похожие на него люди.

Среди братьев Гуса есть скаут футбольного клуба, школьный учитель английского, преподаватель физкультуры, финансовый менеджер. Пятеро так или иначе имели когда-то отношение к футболу. А вот у шестого – Ханса совсем неспортивная профессия. Он джазовый музыкант.

-Я-главное исключение в семье, – сообщил Ханс Хиддинк. -Потому что не играю в футбол. Вообще.

– Мы были сегодня у дома, где вы жили.

– Видели табличку? Мы подготовили ее для корейских поклонников Гуса. Я знаю толк в пиаре и рекламном бизнесе: одной такой табличкой можно произвести большой эффект.

– Почему на ней изображен только лишь корейский флаг?

– Если бы вы видели, сколько корейцев приезжало к нашему дому несколько лет назад, у вас не возникло бы подобных вопросов.

– Ваше самое яркое детское воспоминание о Гусе?

– Именно из-за него я перестал играть в футбол. Я на три года старше. Когда тебе десять, а брату семь, чувствуешь себя намного опытнее. Но вы не представляете, как он надо мной издевался на поле! Когда это произошло в очередной раз, я сказал себе: "Достаточно. Пора завязывать". После чего взглянул на мир другими глазами и стал джазовым музыкантом. Играю на гитаре и банджо. Моя группа записала песню о Гусе специально для австралийцев. Следующая версия, видимо, будет русской!

– Семью удивило решение Гуса поехать в Россию?

-Не могу так сказать. Мой брат принадлежит всему миру, какие уж тут сюрпризы!

– Гус – "семейный" человек?

– Он очень предан семье и никогда не забывает о ней. Всегда приезжает на дни рождения отца и матери, где мы непременно видимся.

– Гус рассказывал, что ваш отец получил награду от генерала Эйзенхауэра за подвиги во Второй мировой войне. Что конкретно он сделал?

– Папа участвовал в движении Сопротивления нацистам. Раненых пилотов антигитлеровской коалиции, которых фашисты сбивали над нашим городом, транспортировали по сверхсекретной "дороге жизни" на юг, в сторону Франции и Испании. Мой отец был постоянно вовлечен в этот процесс, за что и был награжден Эйзенхауэром. Мы отцом очень гордимся.

– Говорят, он и евреям во время войны помогал, за что был особо отмечен Израилем?

– Да, да! Поскольку шла война, и школы не работали, у отца не было возможности служить по специальности. Его взяли в городскую управу и назначили менеджером по распределению талонов на питание. Однажды отец вместе со своим племянником инсценировал ограбление офиса и сообщил нацистам, что все талоны украли. На самом деле он передал их евреям и другим нелегалам, проживавшим в нашем районе. Без этого людям было бы просто нечего есть. Отец – очень смелый человек!

– Что помогает Гусу быть в жизни самим собой?

– Скорее всего, на него оказал большое влияние наш дедушка. Он был кузнецом, а также большим любителем охоты. Когда Гусу было 10 или 11 лет, он проводил очень много времени с дедом, они вместе тренировали охотничьих собак. Именно четвероногие стали для Гуса первым объектом тренерской работы. И у него очень хорошо получалось!

* * *

Перед вручением своей книги отцу Хиддинк кратко выступил с трибуны. А мы адресовали вопросы его соавтору Франсу ван ден Ньювенхофу.

– Как вы охарактеризовали бы впечатления Хиддинка о России? Комфортно ли ему у нас? И какова вообще основная мысль "русской главы"?

– Главное, на мой взгляд, то, что тренеры в России воспитаны в советские времена, а для игроков политический строй поменялся в 10-12-летнем возрасте. Очень трудно свести воедино два разных взгляда на действительность, два поколения с неодинаковым мировоззрением. Так вот Гус обращает внимание больше на образ мышления игроков, нежели старается подстроиться под взгляды представителей прошлого. Гус очень стремится к успеху в России, хочет приложить руку к развитию футбола в стране. Правда, для него еще важнее, чего люди в России хотят сами. Он готов дать им идеи, но не желает заставлять их становиться другими. Его цель – "вытащить" из футболистов то лучшее, что в них уже есть. Гус в этом смысле отнюдь не мессия, который один из всех знает, что надо делать. Побеседовали мы и с Элизабет, подругой Хиддинка.

– Каков Гус в семье?

– Очень добрый. Никогда не злится.

– Не диктатор? -Кто, он? Никогда! В нашей семье диктатор-это я (смеется). У Гуса – отличное чувство юмора, он обожает улыбаться. Кажется, он всегда и всем доволен.

– В одном из интервью он говорил, что вы поначалу были против его поездки в Россию…

– Главной причиной, по которой я не хотела ехать в Россию, было обилие негативной информации в прессе о вашей стране. Меня это пугало, и я сказала Гусу: "А вдруг они не дадут тебе того, что обещают? Вдруг обманут?" Он ответил: "Успокойся, ничего такого не будет, я уверен". И сейчас я очень счастлива, что мы сказали "да". Люди, которых мы там встретили, – замечательные. Они добры ко мне и к мужу, увлекательно рассказывают о своей стране. Здесь, в Голландии, и вообще в Европе, вы можете узнать почему-то только негативные вещи о России. Но когда туда приезжаешь, сразу становится очевидно – это не так! Возвращаясь домой, я стараюсь рассказывать правду. "В России совсем не так плохо, как кажется отсюда!" – говорю я знакомым. – Что стало для вас самым большим откровением? – Тепло и доброта людей. Европейцы думают, что русские холодные, но первое впечатление обманчиво.

– Какие личные качества делают Гуса успешным? – Очень важно то, как Гус общается с людьми и относится к ним. К каждому человеку он подходит индивидуально. Муж всегда говорит, что нельзя воспринимать всех одинаково, как оловянных солдатиков. Нужно изучить каждого, узнать о его проблемах, о его взглядах на жизнь, привычках.

– Мы слышали, что до приезда в Россию Гус прочитал книгу о России. Что это была за книга? – Называлась она – "Наследство Путина". Автор – одна голландская писательница. Там и о прошлом России, и о ее настоящем. Из этой книги Гус многое узнал о менталитете россиян.

– Мы хотели, чтобы он показал нам свои любимые места в Амстердаме. Это возможно?

– О, тогда нужно, чтобы он взял в аренду велосипед и покатался с вами по улицам. Гус это очень любит!

Перед отъездом мы с коллегой Дзичковским вручили Хиддинку номер "Спорт-Экспресса" с большим материалом о нем. Он неожиданно сказал:

– Смотрите, они смеются, – и указал на большое фото братьев Березуцких во время тренировки в Бору. – Это очень важно. Здесь, в Голландии, вы сами видели, раскованная атмосфера. Хочу, чтобы и в России была такая. Не собираюсь никому ничего навязывать, просто постараюсь сделать так, чтобы вы сами к этому пришли. Вот смотрите, на фотографии все смеются. Это здорово! И для голландских болельщиков в том числе, поскольку они видят, что россияне – такие же люди, как они. Одно такое фото способно изменить отношение к России, как к мрачной стране, где люди не улыбаются. И пользы от него больше, чем от многих серьезных речей. А еще существует дурацкое представление, что если человек во время тренировки смеется, значит, он несерьезно ко всему относится. Ерунда! Я радуюсь, когда люди ведут себя раскрепощенно!

У Хиддинка не получилось с экскурсией по Амстердаму. Он сам перезвонил нам на следующее утро и сказал, что ему предстоят переговоры о строительстве маленьких полей для слепых детей, которые хотели бы играть в футбол. Мы сочли бы уважительной и любую другую причину. Эту – тем более. Начало 2007-го выдалось для Хиддинка малоприятным. Сначала – судебный процесс в Голландии в связи с неуплатой налогов, который закончился, к счастью, не реальным, а условным сроком наказания. К счастью, в России злословить на эту тему никто не стал. Затем – февральское поражение в выездном контрольном матче от Голландии – 1:4. После Скопье оно опустило нас с небес на землю и напомнило, сколько у Хиддинка еще впереди работы.

Сбор перед следующим отборочным матчем – на выезде с Эстонией – начался с неприятного сюрприза. Егор Титов, выполнявший обязанности капитана команды в Македонии, попросил тренера освободить его от участия в сборе и игре по семейным обстоятельствам. А именно – из-за беременности жены Вероники, которая к тому времени была отнюдь не на девятом или седьмом, а на пятом месяце. Поэтому многие засомневались в искренности аргументации Титова. Но Егор не лукавил. Игроки "Спартака" давно уже рассказывали в неформальных беседах, что для Титова семья куда важнее футбола, и с нынешними игроками красно-белых он компании не водит. А уж когда жена ждет второго ребенка, уделить ей внимание сам Бог велел. Все это вполне нормально – и те бескомпромиссные болельщики, кто считает, будто при вызове в сборную игрок обязан забывать обо всем и думать только о национальной команде, заблуждаются. Каждый решает для себя этот вопрос сам, и слова "обязан" в сегодняшнем, давно уже не социалистическом, обществе больше нет. Но как игрок решает для себя подобные вопросы сам, точно так же и тренер делает из этого определенные выводы. Титов в сборную больше не приглашался. В декабре 2007-го, когда мы с Хиддинком подводили итоги отборочного цикла, я не мог не задать ему несколько вопросов о капитане "Спартака".

-Да, Титов – очень умный игрок, – сказал тренер. – И мне было жаль, когда перед началом сбора накануне матча с Эстонией он сказал, что хочет остаться дома по причинам личного характера. Когда ты сам принимаешь решение не быть в национальной команде, что я могу сделать? Я уважаю твое решение и буду подбирать на это место молодых.

– Если сам Титов изъявит желание вернуться в сборную, он поедет на чемпионат Европы?

– Если я верну его в состав, то вынужден буду убрать кого-то из молодых одаренных игроков, которым по 23- 24 года и которые представляют собой будущее российского футбола.

– То есть – нет?

– Мы должны смотреть в будущее. Игроки, которые сейчас выступают в команде, способны к дальнейшему росту. Что же касается тех опытных мастеров, которые сами не демонстрируют рвения играть за сборную, то я к их позиции отношусь с уважением, но рассчитывать на них не могу. При этом готов продолжать поддерживать с ними очень теплые отношения.

В результате у сборной появился уже третий за год капитан. Алдонина, осевшего в запасе ЦСКА, в команду не вызывали, Титов сам сделал свой выбор… И Хиддинк передал капитанскую повязку лидеру атаки – Андрею Аршавину.

В Эстонии россияне выиграли – 2:0, доказав, что с Хид-динком научились не терять очков в матчах с середняками и аутсайдерами. Но теперь предстояло самое сложное – удачно сыграть с лидерами. Вначале – на выезде против хорватов, в июне. 0:0. И это было очень хорошо. Не по игре, но хотя бы по результату. А еще потому, что весной тяжелейшую травму -разрыв крестообразной связки колена – получил Акинфеев, и на все оставшиеся матчи отборочного цикла Россия осталась без своего основного вратаря. Но в Хорватии зенитовец Малафеев заменил его вполне уверенно. За свою 13-летнюю бурную жизнь, включившую бронзу ЧМ-98, сборная Хорватии до того дня провела на своем поле 32 отборочных матча чемпионатов мира и Европы, из которых 23 выиграла и 9 свела вничью. Она никогда не проигрывала дома! Ни-ког-да! С какой стати героем – покорителем неприступного бастиона должно было стать скромное российское воинство?

Перед матчем в Загребе я беседовал с главным тренером "Шинника" Сергеем Юраном, который в будущем даже не мечтает, а ставит перед собой цель возглавить национальную команду. И один из лучших наших форвардов 90-х высказал парадоксальную мысль: "Хиддинк – Специалист с большой буквы, но, мне кажется, в Россию он пришел не вовремя. Нынешний подбор футболистов, полагаю, не соответствует такому тренеру, а вот лет через 4-5, когда подрастет поколение, воспитывавшееся в более благополучное время для детского футбола, приглашать специалиста уровня Хиддинка будет куда эффективнее". Матч в Загребе действительно подчеркнул, что с кудесниками мяча у нас нынче туговато. Да, ничью выцарапали, вот только гордости и удовольствия от игры команды и отдельных футболистов не испытали. Это были 90 минут дрожи, напряжения и страха – вот только не радости, которую должны дарить большие мастера. Но что тут скажешь, если "других писателей у товарища Сталина для вас нет".

Хиддинк до игры рассуждал: "В Загребе поймем, насколько далеко вперед мы продвинулись". Матч показал: продвинулись, но не так далеко, как сами себя пытались убедить. На стадионе "Максимир" нам не удалось войти в историю, зато удалось в нее не вляпаться. А в данном случае это было гораздо важнее. Хорватия действительно выглядела солиднее России и в Загребе, и девять месяцев назад в Москве – и ваш корреспондент как ярый враг принципа "игра забывается, результат остается" ни в коем случае не закрывает на это глаза. Но бывают матчи, когда ради "мусорных" 0:0 можно закрыть глаза на попранное эстетическое чувство. В Загребе было именно так. Проиграй мы – и в двух осенних матчах с Англией непременно надо было бы брать больше трех очков. Теперь же определенное стратегическое преимущество перед родоначальниками футбола, успевшими проиграть Хорватии и сыграть вничью с Македонией, у нас появилось. Если бы и мы, и британцы выиграли все оставшиеся встречи, а в очных поединках очки разделили, – то Россия оказывалась выше. Иными словами, 12 сентября на "Уэмбли" даже и поражение не становилось для нас фатальным…

7 августа, сразу после Кубка РЖД, на который вместе с ПСВ из Эйндховена в Москву приезжала большая группа журналистов из Нидерландов, сразу в нескольких голландских СМИ появилась информация: РФС предложил Гусу Хиддинку продолжить работу со сборной России до 2010 года. В тот же день я дозвонился Хиддинку.

– На прошлой неделе у меня была встреча с Виталием Мутко, – сказал тренер. – Во время нее президент сказал, что РФС будет рад продолжить сотрудничество со мной и в период после Euro-2008. Более того, он подчеркнул, что это желание РФС не зависит от результатов нынешнего отборочного цикла. Вместе с тем речь не шла непосредственно о новом контракте – скорее это была декларация о намерениях.

– Что вы ответили?

– Безусловно, мне приятно, что в РФС уже сейчас думают о будущем. Буду делать максимум для того, чтобы пройти квалификацию европейского первенства. Но четко выраженное желание федерации продолжить нашу совместную работу для меня очень важно.

– Вы примете предложение РФС?

– Мне очень нравится работать в России. Это относится и к работникам федерации, и к клубам, и вообще к людям. Вижу, как шаг за шагом развивается и реформируется российский футбол, строятся и обновляются стадионы и базы. Рад быть частью этого процесса. И в отношении своего будущего в России настроен позитивно. Но пусть события развиваются постепенно, шаг за шагом. Первый шаг РФС сделал, но ко второму мы еще не переходили. У нас не "пожарная" ситуация, когда мы за 3-4 дня должны подписать контракт. Поэтому торопиться смысла нет. Главное, что работа в России доставляет мне удовольствие.

РФС и Мутко заслужили аплодисменты за то, что не стали тянуть с демонстрацией заинтересованности в Хиддинке. Именно в этот момент, когда исход отборочного цикла находился в тумане, он этот шаг не мог не оценить. И он оценил. Во время нашей декабрьской беседы после жеребьевки финальной стадии Euro-2008 я предположил:

– Мне показалось, что именно сроки предложения о новом контракте произвели на вас особое впечатление. Главный тренер сборной ответил мгновенно:

– Так и есть.

* * *

22 августа у сборной была последняя проверка перед решающими матчами – товарищеская игра в Москве с Польшей. За сутки до нее грянул гром. С опозданием прибыл на сбор в отель ключевой защитник Сергей Игнашевич – и был немедля отправлен Хиддинком восвояси. Выяснилось, что он звонил, предупреждал о возможной задержке, но ему уже тогда было сказано: это недопустимо. Если у кого-то из игроков сборной России в канун нынешнего сбора и присутствовало благодушие – матч-то с Польшей предстоит товарищеский, – то история с отчислением Игна-шевича дала понять каждому: время беспечности истекло. Слишком многое стояло на кону в ближайшие месяцы, чтобы тренер не обращал внимания даже на несущественные, казалось бы, детали. Мог ли Хиддинк закрыть глаза на опоздание Игнашевича? Да запросто! Особенно с учетом той стержневой роли, которую играет защитник ЦСКА в организации не только обороны, но и игры сборной вообще. Но правила у голландца оказались одни для всех, и нет разницы, официальный предстоял матч или товарищеский. Пожалуй, впервые за время пребывания в России и команда, и публика увидели в руках Хиддинка кнут. А заодно убедились в его неравнодушии: тренер, который плывет по воле волн и работает ради зарплаты, никогда не пойдет на столкновение с одним из лидеров сборной. Тем самым главный тренер ясно дал понять всем: мелочей в футболе нет, и он потерпит все, что угодно, но только не пренебрежение законами жизни команды.

Кто-то возразит: так ведь можно всеми звездами сборной разбросаться! Однако, во-первых, стоит согласиться с Диком Адвокатом, утверждающим, что в России нет звезд, а есть хорошие футболисты. Во-вторых, крест-то на Игнашевиче никто ставить не собирался, что будущее и доказало. Трезвомыслящий Хиддинк прекрасно помнил, какую роль сыграл капитан ЦСКА в Загребе на "Максимире". Но знал он и другой футбольный закон: ты не имеешь права ждать, что за вчерашние успехи тебя сегодня ждут поблажки, иначе это развратит весь коллектив. Накануне матча с Англией на "Уэмбли" я спросил Хиддинка:

– Игнашевич правильно отреагировал на отлучение от сборной за опоздание перед матчем с Польшей?

– Очень! Отреагировал как мужчина. В ситуации, возникшей в связи с этим небольшим инцидентом, он доказал свое неравнодушие к сборной.

Поздним вечером после матча с Польшей мы с коллегами по "СЭ" Евгением Дзичковским и Борисом Левиным отправились из Черкизова в Останкино, где проходила запись передачи "Наш футбол на НТВ". Посвящена она была прошедшему матчу, а поскольку обсуждение проходило по горячим следам, то от накала страстей, казалось, вот-вот вспыхнет телецентр. Правда, назвать происходившее обсуждением было сложно. Скорее – "часом ненависти", почти как у Джорджа Оруэл-ла. Двое из трех уважаемых гостей передачи, экс-тренер сборной Борис Игнатьев и бывший форвард "Спартака", а теперь радио- и газетный обозреватель Юрий Севидов, весь час записи на чем свет стоит поносили Хиддинка. Третий, еще один экс-спартаковец Евгений Ловчев, периодически вносил элемент позитива, но скорее из-за своей спорщицкой натуры: раз Севидов с Игнатьевым высказались первыми и выступили единым антиголландским фронтом – должен же кто-то интереса ради сказать им что-то в противовес!

Смотреть на гостей передачи, не скрою, было страшновато. С каждым из них мне неоднократно доводилось проводить интереснейшие беседы, они многое повидали и готовы с удовольствием делиться опытом и воспоминаниями. Но вдруг, объединившись, они превратились в какой-то комок тотального, разрушительного негатива. Никто не сомневался и не сомневается, что проблемы у сборной существуют. Но ярость, с которой о них говорилось, не имела ничего общего с их реальным масштабом. С каждым словом складывалось все большее впечатление, что Хиддинк – их личный, кровный враг. Да простят мне заслуженные люди нашего футбола, но смотрелись они, как расстрельная "тройка" сталинских времен (для полноты картины не хватало только Хиддинка в арестантской робе). Вклиниться в их обличительный хор с какой-либо репликой было почти невозможно. А если кто-то (к примеру, коллега Левин) и пытался – реакция была явно неадекватной и сопровождалась фразой: мы, мол, в футбол играли, а вы-то что в нем смыслите? Хотя профессиональных претензий, на какие не были бы способны журналисты, Хиддинку не предъявлялось. Почти все – на сугубо эмоциональном, почти болельщицком уровне. Слушая приговор "тройки", я сильнее, чем когда-либо прежде, ощутил огромную концентрацию неприязни и даже агрессии, которую испытывает по отношению к тренеру-чужаку значительная часть старшего поколения отечественных футбольных специалистов. Что это – искреннее радение за интересы нашего футбола? А может, банальные зависть и ревность? При этом, несмотря на диковатое впечатление от того ночного эфира, я по-прежнему с большим уважением отношусь к Севидову, Игнатьеву и Ловчеву. Они для меня, как и раньше, – неравнодушные, искренне преданные футболу люди. Которые потому и горячатся, что им не все равно. Вот только термин "футбольные люди" в отечественной его трактовке несет двоякий смысл. Он, безусловно, означает преданность игре и заслуги перед нею. Но также – определенный образ мышления, увы, не всегда подразумевающий широту восприятия окружающего мира. И происходящих в нем изменений.

Хиддинк среди "футбольных людей" России остается инопланетянином. Постепенно, правда, к нему присоединяются "инопланетята" – Рахимов, Кобелев, Слуцкий, – которые к Хиддинку, насколько знаю, всегда относились с уважением. Но от атмосферы враждебности со стороны основной части российской футбольной "семьи" ему не уйти, и выражения вроде "наша лига", "наша сборная", которые регулярно употребляет голландец, тут помочь были не в состоянии. Впрочем, вряд ли в той же Корее поначалу было иначе. Зато потом -предложение гражданства, пожизненные бесплатные полеты самолетами Korean Air и экскурсии на корейском к дому на востоке Голландии, где родился Хиддинк… Лично я в тот вечер испытывал своего рода облегчение от того, что Хиддинк до сих пор не выучил русский. Лучше пусть он его и не знает – чтобы спокойно работать. Тем не менее сам градус дискуссии не говорил даже – кричал о том, что сборная сейчас интересна всем. В Черкизово, кстати, пришло 15 тысяч зрителей, что для товарищеского матча в Москве, да еще и не против соперника из числа великих, – показатель хороший. И отличный индикатор внимания, которое с момента прихода Хиддинка стала вызывать национальная команда. Ни один отечественный тренер за полтора десятка лет не доказал, что он может принести сборной России реальную пользу (был, кстати, прекрасный шанс и у Игнатьева). При том, что перепробовали всех лучших. Допускаю, что через какое-то время новому тренерскому поколению, открытому для мира, удастся выдвинуть достойного представителя для сборной. Однако пока его нет. И как ни разыгрывай в телевизионных студиях патриотическую карту, тренеров мирового уровня у нас от этого не прибавится.

Это совсем не означает, что Хиддинк не ошибается. Ничего подобного. Но когда тренер с мировым именем честно пытается обновить сборную и поставить ей игру, когда вектор этого обновления виден, почему нельзя дать ему такую возможность! У нас же сбились на привычный крик: "А король-то – голый!" И уже от одних только этих криков хотелось, чтобы все у Хиддинка получилось. Перед следующим матчем, дома против Македонии, Хиддинк провел на запасном поле стадиона имени Стрельцова тщательное тестирование функционального состояния футболистов. Причем его результаты, как объяснил тренер, важны будут не только сейчас, но и в 2008-м: чтобы в канун большого турнира обладать информацией об особенностях организма каждого из игроков сборной. Не сомневаюсь, что это был еще и психологический ход: этим заявлением голландец косвенно дал понять игрокам, что уверен в выполнении задачи – выходе на Еиго-2008.

Еще одним психологическим ходом Хиддинка стала беспрецедентная открытость. Для сборной России, привыкшей к "осадному положению" в Бору, несколько дней тренировок, на которых могли присутствовать все желающие, – это было что-то невероятное. На этих тренировках запросто могли присутствовать разведчики македонцев и англичан, и Хиддинк не настолько наивен, чтобы этого не предвидеть. А значит, таким образом он отправил "весточку" и своим, и чужим: да смотрите, сколько хотите! Подобная демонстрация уверенности в себе сопровождалась, с одной стороны, приличными тренировочными нагрузками, с другой – отличным настроением: смех во время занятий на Восточной улице и в Петровском парке не умолкал. Разумеется, огромное – я бы даже сказал, подавляющее -количество вопросов Хиддинку было вовсе не о Македонии, а об Англии, с которой россиянам предстояло встретиться четырьмя днями позже на "Уэмбли". И, представьте, голландец демонстративно на них не отвечал! Он подчеркивал: сейчас все мысли – о Македонии, черед британцев настанет позже. И это тоже была форма воздействия в первую очередь на наших игроков, которых могла ввести в заблуждение легкость победы в Скопье предыдущей осенью. Македонцев с приключениями, но обыграли – 3:0. Героем матча стал резервный голкипер Вячеслав Малафеев, при счете 1:0 вышедший на замену после удаления основного вратаря Владимира Габулова и тут же отразивший пенальти. Наша команда, вдохновленная подвигом стража ворот, в меньшинстве рванула в атаку и забила еще два мяча…

А вот что предшествовало тому подвигу. За пару дней до игры с Македонией в интервью "Спорт-Экспрессу" Малафеев подчеркнул, что невызов на товарищеский матч с Польшей (вратарю "Зенита" тогда не хватало игровой практики) ничуть его не обидел. Гораздо важнее для питерского голкипера оказалось то, что об этом невызове и его причинах Хиддинк сообщил Малафееву лично – и до того, как список приглашенных был опубликован в прессе. "Это показало, что штаб сборной во мне по-настоящему заинтересован", – так высказался голкипер. Поступи тогда Хиддинк как типичный российский тренер, поленись набрать номер Малафеева – и не увидели бы мы в субботу чудесного спасения и вернувшейся к жизни сборной. Спустя несколько дней я в разговоре с Хиддинком скажу:

– Малафеев, по его словам, благодарен вам за то, что о невключении в число приглашенных на матч с Польшей узнал от вас лично и до объявления списка в прессе.

– Это часть нашей стратегии общения с игроками. Если футболист владеет иностранными языками, стараюсь говорить с ним сам, в других случаях прошу сделать это Сашу или Игоря. У меня есть четкое правило: даже когда игрок не вызван на сбор, мы всегда ему звоним и объясняем, почему это произошло. Через некоторое время после матчей тоже обязательно созваниваемся с футболистами, чтобы обсудить с ними игру. Считаю, это нормальный процесс общения, который многое определяет для взаимоотношений в коллективе. Мы все – вместе, и игроки имеют право знать, что мы о них думаем. Даже если мы хотим сказать что-то нелицеприятное, это надо делать напрямую. Так справедливо. Только так игроки никогда не пожалуются на то, что мы ведем себя по отношению к ним нечестно.

Следующий матч сборная Россия проводила в Англии. На легендарном стадионе "Уэмбли" – точнее, совершенно новой 90-тысячной арене, построенной на месте арены, где англичане завоевали титул чемпионов мира 1966 года. Новый "Уэмбли" открылся за считанные месяцы до приезда россиян. Главным героем английской прессы накануне матча был, естественно, Хиддинк. Специально подсчитал: в одной только Sunday Times фамилия тренера была повторена 26 (!) раз. Голландца здесь по-настоящему боялись.

В той же Sunday Times Хиддинк был назван "знаменитым алхимиком простых металлов международного футбола". "Если он только захочет, – писала газета, – он получит любую работу в футболе любой страны как минимум в ближайшие десять лет".

Independent цитировала Романа Павлюченко: "Хиддинк -великолепный тренер, который знает, как сплотить команду. Он дает игрокам уверенность в себе. Он уже проделал фантастическую работу, и я ожидаю еще большего успеха в будущем. Мы можем попасть на чемпионат Европы. Если честно, я хочу чтобы из группы вышли Россия и Хорватия". Знали бы англичане, во что воплотится это желание форварда нашей сборной…

Некоторые издания начали публиковать страшилки, касающиеся предстоящей поездки английских болельщиков в Россию. Вот одна из них – из вроде бы солидной Sunday Telegraph. Как такое может публиковать издание, которое относится к категории качественных, – уму непостижимо: "7500 болельщиков сборной Англии, которые отправятся в Москву на матч 17 октября, ожидают серьезные неприятности вплоть до избиения. Заплатив по 60 фунтов за билеты, которые обычно на выездах стоят намного дешевле, плюс еще по 90 фунтов за визу, наши болельщики станут явными мишенями молодежного движения "Наши", сформированного президентом Путиным и являющегося аналогом "Гитлер-югенда". Один из методов "Наших"'- избиение иностранцев прямо в их отелях".

За два дня до матча я общался с Хиддинком в отеле Sopwell House в получасе езды от Лондона. И спросил:

– В России многие надеются, что ваш более богатый опыт и тактическое превосходство над Маклареном окажут решающее влияние на исход противостояния.

– Мы не должны переоценивать роль тренера, возводить ее в абсолют. У тренера в руках нет джойстика, с помощью которого он может по собственной воле поменять ход игры. Наша задача – верно выбрать игроков и дать им те задания, с которыми они смогут справиться.

– Верно ли утверждение, что по-настоящему футболист раскрывается именно в таких матчах, какой ждет сборную России в среду?

– Да, это правда. Конечно, о его мастерстве можно судить и по другим встречам, но именно в таких, наисложнейших, проверяется характер. По таким играм можно отличить мужчин от мальчиков, выяснить, кто настоящий боец, а кто, как говорят в Голландии, ягненок.

– 90-тысячная аудитория "Уэмбли" не может "раздавить" нашу сборную?

– Нет, все должно быть наоборот! Футбол ведь создан для зрителей, и игрок может только мечтать о выступлении перед такой аудиторией! Я обязательно скажу нашим игрокам: "Выйдите и покажите себя!"

За день до матча на загородной базе англичан в Лондон Колни я провел небольшой эксперимент. Задав капитану Джону Терри и главному тренеру Стиву Макларену один и тот же вопрос: "Кто из игроков в сборной России вам представляется наиболее опасным?" Как только Терри начал рассуждать, что опасна-де у россиян вся команда, стало очевидно: фамилии игроков для капитана англичан остаются загадкой. Так он ни одной и не произнес. Даже не попытался. А когда Макларен начал с того же -организации игры российской сборной в целом – я едва не упал со стула: "Неужели и тренер не знает?!" Тренер знал. В конце концов, он все-таки произнес "Аршавин" и "Кержаков". Но ощущения, что кто-то, кроме него, наших футболистов в Англии реально идентифицирует, все равно не возникло. И подумалось: когда у вас еще будет возможность заставить англичан навсегда запомнить ваши имена, парни?!

К моменту матча на "Уэмбли" мы могли опережать в таблице "Трех львов" на очко – но к нам здесь все равно пока относились с пренебрежением. Тренер-разведчик Николай Хуциев в гостинице сборной рассказывал характерные подробности своего визита на матч Англия – Израиль. У нас к представителям других сборных относятся с радушием, сажают на лучшие места, водят в пафосные рестораны. Здесь же Хуциева встретил не представитель федерации, а… нанятый Футбольной ассоциацией на пару часов таксист, который знал только то, в какой отель следует отвезти клиента. По поводу билета на игру, невзирая на предварительные договоренности, никто ему не звонил до тех пор, пока тренер не забил тревогу. На территорию стадиона его в сопровождении очередного таксиста впустили только после того, как он вручил полицейскому вымпел сборной России. Наконец, билет Худиеву выделили на верхний ярус за воротами.

Вспомнилась по этому поводу и еще одна история. Весной, на предварительном этапе юношеского чемпионата Европы, сборная Равиля Сабитова оказалась в одной группе с теми же англичанами, голландцами и чехами. Жили все в одной гостинице. Тинейджеры с туманного Альбиона в первые дни во время завтраков и ужинов в общем ресторане с россиянами даже не здоровались. Кто, мол, вы такие? Зато несколькими днями позже, когда россияне вышли в финальный турнир, а англичане остались с носом, они же просили наших мальчишек обменяться с ними футболками. Увы, повторить достижение юношей взрослым россиянам не удалось. Они были разгромлены со счетом 0:3. И от просмотра видеоповторов того, как при счете 1:0 в пользу британцев шведский судья Ханссон ошибочно не засчитывает чистый гол Зырянова, легче не становилось…

"Конечно, чтобы побеждать Англию, в целом ряде компонентов игры нам нужно прибавлять. Но и вся команда, и я-мы все разочарованы "кражей" того, что было нами честно завоевано. Разумеется, сразу после игры чувство было тяжелое. Отъезжая на метро от станции Wembley Park, я смотрел на подсвеченную гигантскую арку стадиона – и она казалась мне петлей, затягивающейся на шее нашей сборной. А когда стоял у выхода из VIP-лож в ожидании футбольных знаменитостей, представлял: вот появится сейчас Гари Линекер – и преобразует свою легендарную фразу: "В футбол играют 22 человека, а побеждают всегда немцы", – в другую: "В футбол играют 22 человека, а проигрывают всегда россияне". Но это все были чистые эмоции, вызванные результатом. Без них настоящего восприятия футбола быть не может – однако давать им себя подмять тоже неправильно. Как неправильны, считаю, обвинения игрокам на болельщицких гостевых: мол, только и умеют они, что деньги считать, а как доходит дело до настоящей схватки – сразу в кусты. В данном случае это обвинение было несправедливо.

Кроме того, все по-прежнему зависело только от нас самих. Побеждаем Англию в Москве и Израиль в Тель-Авиве – едем на Euro-2008. И смеемся над самоуверенной фразой диктора по "Уэмбли", который сразу после финального свистка провозгласил: "Билеты в Австрию уже почти у нас в кармане!" Что же до судьи Ханссона, то ни на секунду не сомневаюсь: если бы фамилия Зырянова была, к примеру, Джеррард и такой гол не засчитали бы в финальной стадии чемпионата мира или Европы, вой поднялся бы вселенский. И компьютерных диаграмм, доказывающих, что мяч все-таки коснулся руки, никто бы не строил. Таблоиды – те и домашний адрес рефери не постеснялись бы раскопать и опубликовать, и флаг британский втихаря у дома разложить. Все это уже было – и не так давно. Но мы должны понимать: матч проходил на гигантском "Уэмбли" в присутствии, по данным сайта FA, 86 106 зрителей. А Россия для мирового футбола – пока не чета Англии. Нам еще работать и работать, прежде чем нас в Англии начнут судить без малейших симпатий к хозяевам. Это право сильных. Какими мы очень хотим стать, почему и пригласили одного из лучших тренеров мира.

Радовались англичане этой победе без удержу. Прямо передо мной к метро по синусоиде брел бритоголовый субъект, зачем-то державший в руках свои джинсы. Был он при этом в одних трусах – и, словно заклинание, бормотал: "Мы победили Россию! Мы едем в Австрию!" "Еще не едете, – писал я в "Спорт-Экспрессе". – Не верю, не хочу верить, что 17 октября в Лужниках все окажется банально и предсказуемо. У Хиддинка такого просто не может быть. Вспомните, как отчаянно сражались в прошлом году в Германии его австралийцы. Так что надо проделать работу над ошибками – и победить Англию в Москве. С любым счетом. Ничего заоблачного ни в английской сборной, ни в такой задаче нет. Тем, кто будет ее решать, надо только поверить в то, что это – возможно".

Перед домашним матчем с англичанами сборная России собиралась в московском отеле "Золото кольцо". Казалось, после инцидента с Игнашевичем перед товарищеским матчем с Польшей опоздания исключены. Ан нет. Роман Павлюченко приехал в гостиницу на 19 минут позже назначенного срока. Начиная с половины восьмого, администраторы сборной поддерживали с застрявшим где-то в районе проспекта Мира футболистом телефонную связь, поэтому тренерский штаб сборной знал, что Роман может не успеть. Когда Павлюченко появился наконец в гостинице, журналисты, естественно, налетели на него с расспросами.

– Выехал за полтора часа. По всем расчетам должен был добраться вовремя. Но из-за пробок опоздал, – объяснил форвард.

– А почему на метро не пересели, как, к примеру, Торбинский?

-А я на метро не езжу.

Объяснение, надо заметить, просто феноменальное по своей убедительности… заработано на поле. Полчаса назад я уже говорил с игроками, и они жаждут реванша в октябре. Они сами сказали: "В Москве англичанам придется тяжело"", – скажет мне Хиддинк спустя несколько часов по телефону. И ведь действительно придется… На первый взгляд, 0:3 были весомым поводом для гнева и возмущения. Но не обнаружилось у меня почему-то этих чувств, и стыдно тоже не было. Несмотря на счет, наш футбол не казался серым и безнадежным. Мы не стояли покорно на коленях, у нас была контригра. Которая, к сожалению, ни во что осязаемое не вылилась. Назвать это поражение позором, исхлестать наших игроков колючими эпитетами у меня язык не повернулся. Сторонники философии, основанной на принципе "главное в футболе – счет на табло", наверняка следующим моим пассажем возмутятся, но игра российской сборной в Лондоне мне понравилась несравнимо больше, чем в Загребе – пусть там было 0:0, а здесь 0:3. Но если хорватская игра – именно игра! – породила большие сомнения в перспективе этой команды, то лондонская дала понять, что сборная России – живой организм. Далекий от совершенства, но живой, а не окаменевший. А где теплится жизнь – там остается место для веры.

После финального свистка Хиддинк встречал каждого игрока у выхода с поля и пожимал ему руку. Было видно: он не отвернется от этих парней, которым не удалось заставить Англию выучить свои имена. Но у них еще оставалась возможность сделать это – чуть больше, чем через месяц. 17 октября в "Лужниках". Звонить людям по ночам вообще-то неприлично. Но главный тренер сборной, уезжая с "Уэмбли" в загородную гостиницу сразу же после пресс-конференции и обязательных мини-интервью английскому ТВ, в ответ на мою просьбу о разговоре сам предложил перезвонить ему попозже. Поэтому хотя в момент звонка и был час ночи по Гринвичу, а по Москве – все четыре, моя совесть была чиста. Хиддинк сдержал обещание: его московский мобильный работал, и он снял трубку.

– Вы очень разочарованы?

– Завтра мы посмотрим и проанализируем игру, обсудим ее с Сашей и Игорем (Бородюком и Корнеевым), спокойно сделаем выводы. Но по горячим следам, конечно, эмоции бьют ключом. Как можно не быть разочарованным, когда значительные отрезки матча наша команда контролировала игру – и при этом уступила со счетом 0:3?

– Несмотря на все минусы, качество игры сборной мне понравилось куда больше, чем в Загребе, где команда только отбивалась. А вам?

– Да, в Лондоне мы сыграли агрессивнее и современнее. Проблема в том, что для успешной игры с таким соперником игроки должны находиться на вершине функционального состояния. Те же нападающие смогут выигрывать борьбу у отличных английских защитников и забивать только в том случае, если у них будет сила в ногах – какая была у того же Оуэна. Наши же форварды были этакими "приятными ребятами", не могли вгрызаться в мяч и завершать то, что создавалось до штрафной.

– После матча я беседовал с форвардам сборной Англии 80-х Джоном Барнсом, и тот выразил мнение: даже в лучших отрезках россияне по-настоящему не верили, что могут забить англичанам и быть им ровней.

– В какой-то мере соглашусь с ним. В чужой штрафной мы вдруг превращались в детей, наивных и податливых. Сказалось то, что футболисты английской сборной раз, а то и два в неделю проводят в клубах тяжелейшие игры, испытывают ожесточенное сопротивление высококлассных защитников. Наши футболисты этим похвастать не могут. Поэтому, к примеру, у англичан было преимущество наверху. Они умеют бороться, им на уровне автоматизма присущ бойцовский менталитет.

– Скажите честно: после "Уэмбли" вы верите, что мы сможем обыграть англичан?

– Мы выйдем на поле и сделаем все, чтобы это произошло. Для этого команда должна будет показать характер. И я верю, что она его покажет. Сразу отправлять Павлюченко домой, подобно Игнашеви-чу, Хиддинк не стал. Поздно вечером я дозвонился тренеру и спросил, как он отреагировал на случившееся.

– Не скрою, я был разочарован, – ответил голландец. -Многие игроки сборной могли бы пожаловаться на московский трафик. Более того, ряд футболистов и некоторые члены штаба сборной бросили машины и добирались на метро. Павлюченко же, фигурально выражаясь, проспал, чем меня весьма разозлил. Мы хотим, чтобы каждый игрок был предан сборной и демонстрировал эту преданность каждым своим поступком.

– Почему в этом случае вы решили его не отчислять?

– Мы думаем. Пусть форвард покажет свою амбициозность в работе. В тот же день произошло еще одно примечательное событие: на пресс-конференции в Лужниках Хиддинк официально объявил, что достиг договоренности с РФС о продлении контракта до 2010 года. То, что это произошло за несколько дней до главного матча отборочного цикла, должно было дополнительно мотивировать игроков. Что творилось в Москве накануне домашнего матча с англичанами, невозможно описать словами. Когда я увидел в "СЭ" фото безразмерной очереди за билетами в Лужники, когда прочитал пробирающий насквозь репортаж моего коллеги Александра Мартанова о людях, которые мокли под ледяным октябрьским дождем ночь напролет, – мне стало ясно, что 17 октября нам есть на что надеяться. Да, британцы на бумаге сильнее нас, да, 3:0 на "Уэмбли" не вычеркнешь из памяти. Как, кстати, не вычеркнешь и первую мысль, когда нас, группу российских репортеров, одели в специальные жилетки и выпустили к бровке поля во время тренировки нашей команды на перестроенном лондонском стадионе. Мы поднимали головы – и неба не было видно. 90-тысячные алые трибуны едва ли не вертикально уходили куда-то в космос. Уже было известно, что назавтра они заполнятся до отказа. И как было не появиться предательскому ощущению: "Как здесь можно выиграть?!" Конечно, мы постарались его тут же отогнать, но гол Оуэна в самом начале матча показал, что это до конца не удалось и самой сборной… Заявок от организаций на билеты в Лужники поступило -750 тысяч. Со времен матча восьмилетней давности 99-го года против украинцев Россия до такой степени не жила футболом. Как выяснилось, и рекордный по размерам флаг к поединку с Англией поклонники нашей сборной готовили. Это было здорово и полностью соответствовало уровню предстоящего события. Но было еще важнее, чтобы размер сердца нашей сборной 17 октября в Лужниках соответствовал масштабу этого полотнища.

За несколько дней до матча в отеле "Золотое кольцо" я побеседовал с Хиддинком.

– Вам не кажется чрезмерным ажиотаж вокруг предстоящего матча? Отборочный матч, пусть и решающий, пусть и против англичан, воспринимается в нашей стране едва ли не как финал чемпионата мира. – На мой взгляд, слово "излишний" к ажиотажу вокруг футбольного матча неприменимо. То, что происходит сейчас в России, означает лишь то, что футбол жив – будь то соревнования на уровне сборных или клубов. Когда та или иная игра вызывает такое внимание, это прекрасно! В конце концов, футболисты играют не для себя, а для обычных людей с улицы. Мы всегда должны помнить о том, для кого создана эта игра.

– Но не может ли весь этот шум отрицательно подействовать на сборную, которая к подобному не привыкла?

– Исход этого тяжелейшего матча в любом случае зависит не от шума, который его окружает, а от того, что будет происходить на поле. У нас должен быть очень хороший день плюс немного удачи. У англичан должен быть обычный день. Сочетание этих факторов даст нам хороший шанс на победу.

– Вы не боитесь, что 0:3 на "Уэмбли" ударит по и без того хрупкой уверенности игроков в себе?

– Исходя из впечатлений на тренировках в последнюю неделю, я не заметил никакого страха из-за результата на "Уэмбли". Мы анализировали тот поединок вместе с командой, просматривали его в целом и по частям. И лишний разубедились в том, что в его ключевых моментах нам не хватило в первую очередь концентрации. Уверенности нам добавила еще одна деталь. Мы четко увидели: гол Зырянова при счете 0:1 был абсолютно чистым. Мяч попал в середину его груди! Даже не в плечо, а в середину груди! Когда команда видит такое, то, естественно, испытывает злость, раздражение. И ощущение, что ее ограбили. И когда ты, тренер, разбираешь этот эпизод с игроками, они реагируют на него однозначно: хей, ребята, мы забили честный гол, счет стал бы равным, и никто не знает, как бы Англия отреагировала! И это ощущение тоже придает футболистам уверенности. При этом вовсе не собираюсь утверждать, что проиграли из-за арбитра.

– После первого матча с Англией я спросил вас, какие ошибки на "Уэмбли" сделали лично вы. Вы сказали: нужно проанализировать игру, и лишь потом ответ станет возможен. Теперь он у вас есть?

– Да. Могу себя упрекнуть в одной важной недоработке. Вспомните первый гол, который был забит не непосредственно после углового удара, а после повторного навеса с того же правого фланга соперника. При первой подаче организация нашей обороны в точности соответствовала тому, что мы отрабатывали на тренировках. И вратарь, и защитники, и другие игроки находились именно там, где должны были. Затем мяч отскочил обратно к тому же игроку, который подавал корнер, – Бэрри. И вот в этот-то момент от нашей организации обороны не осталось ничего. Возможно, мы, тренеры, должны были на занятиях в большей степени обратить внимание игроков на такие ситуации. Нам требовалось сказать: "Ребята, если дело после углового доходит до повторного навеса, мы должны делать то же самое, что в первый раз, – и так до тех пор, пока эпизод не исчерпан и мяч не находится далеко от наших ворот!" И не просто сказать, а отработать, смоделировать подобные ситуации во время тренировок. Этого мы не сделали, что должен признать.

От российского тренера практически никогда невозможно услышать слова о собственной вине в поражении. Но даже если он и говорит: "Беру вину на себя" – то никогда не конкретизирует, в чем именно. И возникает подозрение, что такое самобичевание – не более чем игра на публику. Хиддинк же публично разъяснил, в чем именно он ошибся! Я слушал его – и понимал, что с таким подходом нам есть на что надеяться 17 октября. Отдельно мы поговорили о Романе Павлюченко. Человеке, которому суждено было стать героем матча. Но тогда (интервью было опубликовано в день матча) разговор о нем велся отнюдь не в радужных тонах…

– Как Павлюченко отреагировал на инцидент с опозданием на сбор?

– Это был локальный инцидент. Павлюченко – хороший игрок и человек. Но, по моему мнению, он все еще не до конца понимает, насколько высок потолок его возможностей. Он способен делать гораздо больше, чтобы соответствовать тому таланту, которым наделила его природа. На днях я посмотрел запись матча "Спартак" Нальчик – "Спартак" Москва. И искал на поле Павлюченко. Считал, сколько касаний мяча он сделал во втором тайме. Насчитал два! (Последнее слово для пущего эффекта Хиддинк произнес по-русски. – Прим. И. Р.) Можно, конечно, говорить, что в этом виновата и команда. Но ты должен говорить себе: "Я лучший снайпер чемпионата России! Я должен работать так, чтобы у партнеров не было возможности меня не заметить!" Поймите: я люблю этого парня. Но иногда он превращается в спящего гиганта.

– Можно ли говорить о том, что его менталитет не соответствует его таланту?

– Подобные высказывания доводится слышать нередко. Это неправда. Он хороший парень и любит футбол. Но во время матчей Павло может быть куда более требовательным к себе игроком, которого чужие защитники будут бояться гораздо больше. Сейчас – по крайней мере если говорить о больших командах – Павло наводит далеко не такой страх, как может. Он способен каждым своим действием в чужой штрафной говорить: "Это моя территория. Здесь я -босс". Затронули мы с Хиддинком и более глобальные, нежели отдельно взятый матч, темы.

– Многие журналисты и болельщики сравнивают вас с Дэвидом Блаттом – израильским тренером баскетбольной сборной России, превратившим посредственную команду в чемпионов Европы. Вы слышали о нем?

-Признаться честно, нет. Будучи человеком амбициозным, смотрю и на наши перспективы в футболе с энтузиазмом. Но в то же время мы не должны забывать, что путь нам предстоит еще очень долгий. Мы можем войти в десятку лучших команд Европы, но для этого нужно еще много усилий. -Но возможно ли однажды такое же чудо – континентальное чемпионство России в футболе?

– Однажды – да. Но для этого нужно немало лет работы над улучшением инфраструктуры. В той же Голландии, где населения всего 16 миллионов человек, каждый год появляются таланты, потому что система работы в клубах и федерации отлажена. В России – 140 миллионов жителей. Потенциал – огромный. Но столь же огромной должна быть и работа, чтобы его реализовать. Один из ключевых моментов – образование детских тренеров.

– В частности, отбивание у них охоты брать взятки у родителей за "преференции" своему чаду.

– И это тоже. Каждый мальчишка мечтает об одном -играть. И мы должны дать ему лучших учителей. Чистых на руку учителей.

– Мутко объявил, что за выход в финальный турнир Еиго-2008 каждый игрок получит по 100 тысяч долларов. В то же время англичане играют за свою сборную бесплатно, передавая все гонорары в благотворительный фонд. Какой подход вам ближе?

-Деньги, на мой взгляд, не могут быть настоящей мотивацией. Честно говоря, когда слышу, хоть и не имею тому подтверждения, суммы бонусов в России за победы в некоторых играх и завоевание некоторых титулов, мне кажется, что это перебор. Таково мое личное мнение. Премии должны быть хорошими и адекватными – но не заоблачными. Мы не должны забывать о том, что истинными хозяевами футбола и владельцами клубов являются люди с улицы. Болельщики. Нам нужно думать о них. И чем больше мы говорим об огромных деньгах, которые крутятся в игре, тем болезненнее это для них. Нет, футболисты должны хорошо зарабатывать, это свободный рынок. Но задирать финансовую планку чрезмерно высоко, считаю, нельзя. До добра это не доведет. У меня отличная зарплата, очень ею доволен. Но большой самообман искать мотивацию во внешних факторах. В деньгах, машинах, других проявлениях красивой жизни. Может быть, я по образу мышления простой человек, но для меня не это является причиной, по которой люди играют в футбол. Причина эта-любовь к самой игре, к ее процессу. Эта внутренняя мотивация, убежден, гораздо сильнее внешней! У некоторых игроков она может быть сильнее – примеры мы уже приводили. Внутренняя мотивация, а вовсе не внешние бонусы, приводит к тому, что ты отдаешь себя игре на все сто процентов. Если ее нет, твои успехи не продлятся долго. Ты не заметишь, как окажешься вне футбола высших достижений.

– Сами вы чувствуете повышенную нервозность перед игрой в Лужниках?

– Нет. Зато у меня есть хороший заряд, желание сражаться. А в среду вечером настанет время игроков. Интерес к матчу российской публики огромен, Лужники будут заполнены до отказа – и мы должны будем отблагодарить публику запредельной самоотдачей. Это – обязанность каждого футболиста нашей сборной перед болельщиками. Перед людьми с улицы. Мы обязаны подарить им фантастический вечер!

– Признайтесь честно: вы верите в победу над Англией?

– Мы начнем эту игру с огромной энергией и верой. Мне не нужно напоминать, где находимся в рейтинге ФИФА мы, а где – они. Но если мы с первых же минут покажем футбол страстный и умный, то вкупе с великолепной поддержкой наших болельщиков и элементом удачи этот вечер для нас может стать особенным. -Дай вам Бог удачи!

"С ума сойти!" – такой была шапка на первой полосе "Спорт-Экспресса" 18 октября 2007 года. А под ней – комментарий "с колес" автора этой книги, в котором не хочу менять ни буквы. Чтобы вы пропитались фантастическими эмоциями, которые я испытал там, на трибунах Лужников. Откуда, собственно говоря, эти строки и писались… "Это – та самая Россия, умом которую не понять. Вот объясните – как можно после двух третей матча пребывать в состоянии кромешной безнадеги, а потом за четыре минуты перевернуть все с ног на голову? И еще объясните, как может роковой удар, с которым не справился Робинсон, нанести Алексей Березуцкий – защитник, который ногами отродясь по чужим воротам не попадал? И как можно не отчаяться, когда на "Уэмбли" не засчитали твой чистейший гол, и быть среди лучших на поле в Москве, и заработать переломный пенальти, как Зырянов? И как можно в первом своем полном матче за сборную победить Англию, как Габулов? И еще объясните – как Россия в решающем матче может победить Англию?! Все эти вопросы в такой день можно продолжать бесконечно. Потому что случившееся вчера вечером в Лужниках -иррационально. Необъяснимо. Чудесно. Мы не верили, что такое чудо может произойти с нами. Но оно произошло.

Когда перед началом матча всю трибуну С накрыло гигантским полотном с чудищем-медведем и надписью "Вперед, Россия!", когда вся трибуна В окрасилась в цвета российского триколора, мне захотелось самому выскочить на поле и порвать англичан в клочья. Жаль, сборная наша во время испотения гимна стояла к этому полотну спиной. Потому что мы должны, обязаны были на поле превратиться в таких же зверей. В хорошем смысле, конечно. Но началась игра, и тут же создалось впечатление, что мы уперлись в глухую стену и никогда ее не проломим. Оттого что не верим. Я читал анкету игроков в "СЭ" и поражался: никто не знал, когда мы последний раз побеждали "Трех львов". А ведь это было на Еиго-88 – всего 19 лет назад! Англичане позволяли нам владеть мячом, сколько влезет. Но мы не знали, что с этим мячом делать. А тут еще и первая за матч их атака. С голом Руни и необъяснимым проигрышем Игнашевичем верховой борьбы Оуэну, который ниже на 13 сантиметров. Не верю, что в этот миг вы не сказали себе: "Это все". После перерыва продолжалось то же самое, и уже казалось, что действительно нет у нас ни капли надежды. Но…

Вчера в "СЭ" Гус Хиддинк заявил, что Павлюченко часто превращается в "спящего гиганта". Голландец посвятил форварду "Спартака" пронзительный монолог. "Павло наводит на чужих защитников далеко не такой страх, как может. Он должен каждым своим действием в чужой штрафной говорить: "Это моя территория! Здесь я – босс!" Павлюченко говорит, что этого интервью не читал. Но вышел на замену и стал боссом. Как он разметал трех соперников, стремясь на добивание, – вы видели. Как видели и гениальный пас Аршавина на Зырянова, которого сбил в своей штрафной – какой же это, черт побери, сюжет! – автор английского гола Руни. Мне безумно хотелось, чтобы за свою спесь англичане понесли наказание. И когда на послематчевой пресс-конференции Макларен, потеряв лицо, демонстративно отказался отвечать на вопросы российских журналистов, я убедился, что был в этом чувстве прав.

Получите, джентльмены, за нагло потушенный свет во время разминки россиян перед началом поединка на "Уэмбли" – и включенный сразу после выхода на поле англичан. Получите за отправку нашего тренера Худиева, приехавшего просматривать ваш матч с Израилем, на верхний ярус за ворота. Получите за отказ дать нашей сборной машину сопровождения в Лондоне. И за незасчитанный гол Зырянова – тоже получите. Получите за крик перед началом вторничной тренировки в адрес работников стадиона: "Быстро ушли все с поля! Мы на час его купили, и здесь не должно быть никого, кроме нас!" И за реакцию знаменитого форварда Иана Райта на звонок нашего корреспондента Росса Уильямса с просьбой дать пред-матчевый комментарий: "Fuck off" – получите еще. Получите за то, что фотографов гнали в шею за выполнение своей работы. И за то, что не удостоили внимания четырех московских школьников, героически ждавших ваших автографов в полночь у гостиницы SwissHotel, – получите тоже.

Умом Россию не понять. Мы не могли и не должны были выиграть этот матч, но мы его выиграли. И несколько дней имеем полное право по этому поводу сходить сума. Но потом настанет время вспомнить, что в ноябре нас ждет матч с Израилем. Не выиграть его после такого будет… тоже по-русски. Один раз мы это уже проходили. Когда в 99-м после триумфа на "Сен-Дени" пропустили гол на исходе матча с Украиной. Может, для того у нас теперь и работает европейский тренер, чтобы тот ужас больше не повторился?.." Коль скоро я перечислил состав нашей сборной в историческом матче против Франции на "Сен-Дени" в 99-м, то будет справедливо сделать это и сейчас. Англичанам в Лужниках противостояли: Габулов, В. Березуцкий (Торбинский, 46), Игнаше-вич, А. Березуцкий, Анюков, Зырянов, Семшов, Билялетдинов, Жирков, Аршавин (Колодин, 89), Кержаков (Павлюченко, 58).

…Помните ли вы, уважаемые читатели, чем завершается бессмертный "Золотой теленок" Ильфа и Петрова? Остапа Бендера, стремившегося в город своей мечты Рио-де-Жанейро, обирают румынские пограничники. "Сигуранца проклятая!" – рвет на себе волосы Великий комбинатор, которому в итоге ничего не остается, кроме как переквалифицироваться в управдомы. Вечером 27 марта 2008 года после товарищеского матча в Румынии многие россияне испытали схожие чувства. Все, что происходило на стадионе "Стяуа", вернуло нас на грешную землю. Андорра, Израиль, 0:3 на "Уэмбли" – все это ведь было не в палеозойскую эру, а не далее как предыдущей осенью. Факт выхода в финальную стадию Euro-2008 от этой дурной цепочки событий нас на некоторое время отвлек. Бухарест напомнил. Опять – 0:3. Видели ли мы во втором тайме хотя бы намек на гордость со стороны наших игроков? Взвинтили ли они хоть на минуту темп, вгрызлись ли в соперников в единоборствах, да элементарно – проснулись ли в них эмоции? По-моему, любой человек и тем более группа людей в такой ситуации завелись бы. Но только не сборная России. Ноль ударов в створ – это же не мертвая цифра. Это математическое отражение внутренней пустоты, с какой команда играла весь второй тайм.

Само собой, что в подготовительный период к Euro Хиддинк, как и в случаях с Кореей и Австралией, уделит максимум внимания физподготовке – для чего, собственно, и нанят новый тренер этого профиля голландец Рэймонд Верхейен. Но в случае с Россией одного этого может не хватить. Нашему человеку нужна готовность к подвигу. В Бухаресте таковой не обнаружилось. Румыния – команда класса Греции и Швеции, наших соперников по группе. Оттого этот поединок, помимо само собой разумеющегося самоутверждения, должен был стать еще и объективным мерилом нашего сегодняшнего уровня. Матч показал, что Хиддинку много с чем предстоит бороться. И с импотенцией в атаке без Аршавина. И с регулярными провалами в обороне. И с отсутствием в команде настоящего вожака (назначение капитаном Алексея Березуцкого проблему не решило). И с бесхарактерностью, которая в Бухаресте сразила всю команду при не безнадежном счете 0:1. Для 72 дней до Euro – многовато. Очень важно, как команда отнесется к румынской неудаче. Легче всего "переквалифицироваться в управдомы": размагнититься, впасть в депрессию, в глубине души согласившись с Горьким: "Рожденный ползать летать не может".

А можно – перебороть панику и спокойно, умно провести работу над ошибками. Опыт Хиддинка дает шанс на второй вариант развития событий. Подчеркиваю: не гарантирует, а лишь дает шанс. В случае с нашей сборной, уже 20 лет не выходившей из группы ни на одном турнире, никаких гарантий быть не может. Меньше года назад в схожем положении оказались наши баскетболисты. Тоже давно ничего не добивавшиеся, они под руководством Дэвида Блатта готовились к чемпионату Европы. И 19 августа, ровно за две недели до старта первенства, оскандалились в поединке с французами – 56:92. Пусть та встреча и проходила в Париже, но 36 очков отрыва показались форменной катастрофой. И всего за шесть дней до дня открытия "Евробаскета" в "СЭ" вышла публикация, озаглавленная так: "Снайперская амнезия и плюшевый синдром". Сборная же тем временем работала над собой, а Блатт – над сборной. И 3 сентября начался чемпионат, который принес нам сенсационный триумф. В четвертьфинале были побеждены те самые французы, а в финале чужое поле не помешало Андрею Кириленко и К° расправиться с грозными испанцами. О таком сценарии на Euro-2008, конечно, невозможно и мечтать: и общий класс игроков невысок, и своего Кириленко, настоящего лидера, тут нет. Но если в баскетболе можно перевернуть все за две недели, то в футболе трехнедельного сбора для того, чтобы многое изменить, вполне достаточно. И если это произойдет, мы еще скажем "сигуранце" спасибо. За то, что вовремя щелкнула нас по носу, безжалостно показав Хиддинку, над чем надо работать. Как французы – Блатту.

Один из моих коллег недавно неформально общался с Диком Адвокатом. Дело было как раз после Румынии, и речь зашла о сборной. Так вот: соотечественник и коллега Хиддинка посоветовал не обращать никакого внимания на результаты и состав команды Гуса в товарищеских матчах. Дескать, Хиддинк – большой хитрец, и он запросто может всеми этими уловками вводить соперников в заблуждение. Зато потом, проведя ударную трехнедельную подготовку, выпустить на первый матч большого турнира такую команду, которую в глаза никто не узнает. Очень хочется поверить.

24 марта в отеле "Золотое кольцо" Хиддинк в присутствии Мутко подписал новый двухлетний контракт с РФС. Казалось, будущее нашей сборной хотя бы в этом смысле безоблачно. Но в России, видимо, так не бывает. Спустя несколько дней президент фонда "Национальная академия футбола" Сергей Капков дал совершенно неожиданное интервью "Советскому спорту". В нем говорилось:

– В пятницу, 24 марта, мне позвонил Виталий Мутко и спросил, могу ли я встретиться в понедельник для обсуждения контракта Гуса. Я ответил: готов, но только в первой половине дня, поскольку вечером улетаю в командировку в Екатеринбург. Ни о чем конкретном мы тогда не договорились. В следующий раз Мутко позвонил в понедельник днем. Сообщил: "Хиддинк приезжал в РФС. Мы обсудили часть деталей. Необходимо встретиться втроем. Гус приглашает к 19.00 в гостиницу "Золотое кольцо", куда должны съехаться сборники". Я напомнил Мутко о командировке. Вылет был в 19.45. Так что приехать на встречу не было возможности. Как и отменить визит. Тогда мы условились, что я пришлю Евгения Писарева, а также нашего юриста. Не успеваю доехать до аэропорта, как звонит удивленный Писарев. И говорит: там собираются что-то подписывать. Я даю указание не оставлять никаких подписей. После этого мы еще пару раз созвонились с Мутко. Я снова объяснил нашу позицию. Во-первых, некоторые контрактные вопросы до сих пор не улажены. А во-вторых, нас приглашали в гостиницу обсудить детали, а не ставить подпись.

Хиддинк все это время вел себя терпеливо. Видимо, ему сообщили, что между всеми сторонами все согласовано и остается лишь поставить подпись. Но, узнав от меня, что сегодня со стороны НАФ договор подписан не будет, расстроился и сообщил: "В таком случае я ничего подписывать не буду". Мне кажется, Хиддинк вообще находился в недоумении и плохо понимал, что происходит. Виталий Леонтьевич не должен был говорить о том, что подписи НАФ нет из-за отсутствия Капкова. Нас, по сути, подставили. Что Хиддинк подписал, я не знаю. В общем, можно взять две салфетки и написать на них слово "договор". Налоговые вопросы еще не улажены. Хиддинк хочет повышения бонусов. Скажем, за выход на чемпионат Европы он получил 500 000 евро. За попадание на мировой форум голландец просит уже миллион. Мы бы хотели понять логику столь радикального увеличения бонусной системы. С нами этого до сих пор никто не обсуждал. Также хотим оговорить пункт о написании программы развития юношеского футбола. Хотим, чтобы Гус большее число дней проводил в России, ездил по регионам. Важно, что он к подобному готов. Просто это нужно согласовать и внести в договор. Или другой пример: взяли сейчас Верхейена – ассистента Хиддинка по физической подготовке. Я хочу, чтобы он написал программу подготовки. Для него это не сложно, а мы перевели бы и растиражировали по регионам. Тем более мы готовы за нее заплатить. Гус, естественно, понимает, что не подписывал контракт. Понимает он и то, что попал в странную историю. А нашу позицию я уже высказал: размышляем над тем, стоит ли нам финансировать новый контракт, раз с нами так себя ведут. Мутко, мне кажется, не очень верит в подобное развитие событий. Впрочем, Виталий Леонтьевич всегда может найти другого спонсора.

Спустя несколько дней тот же "Советский спорт" взял по этому поводу интервью у Хиддинка.

– Я несколько смущен случившимся, – сказал главный тренер сборной. – У нас много танов по взаимодействию с НАФ -развитие тренерских кадров, помощь юношескому футболу и многое другое. Тем удивительнее было обнаружить то, что контакт между Капковым и президентом РФС пропал. Поэтому в ближайшие дни я собираюсь провести собственное расследование того, что же, собственно, случилось и почему так вышло.

– Капков сказал, что предупреждал президента РФС о том, что не сможет приехать на подписание соглашения в отель "Золотое кольцо", и просил все отложить. Но подписание все-таки состоялось. Почему?

– Капков действительно звонил и говорил, что улетает в командировку и не сможет приехать. Но я не готов сейчас ответить на ваш вопрос. Еще раз повторю – для начала мне лично надо во всем разобраться. Я не люблю закулисных игр.

– У вас нет ощущения, что в тот день вы стали пешкой в большой игре Виталия Мутко?

-Есть. Я думал, что все детали уже улажены. Но улажено, как оказалось, далеко не все. Оказалось, что коммуникация между РФС и НАФ на тот момент попросту отсутствовала. Хотя РФС должен был обо всем позаботиться, чтобы подобного не случилось. Вот почему я сейчас задаюсь вопросом – как такая ситуация вообще могла возникнуть? Я ведь никого не подгонял. Я был готов подписать контракт тогда, когда он будет готов. Кстати, я слышал разговоры о том, будто я настаиваю на удвоении гонораров за выход на чемпионат мира. Это неправда. Мне нравится мой контракт и его условия. Я просматривал условия нового соглашения – там ни о каком удвоении бонусов речь не идет. В общем, очень раздражен тем, что случилось. Я думал, что просто поставил подпись под соглашением. Оказывается – нет…

– Что же вы подписали 24 марта? Соглашение на двух салфетках?

– Нет. Там было побольше бумаг. Я заключил соглашение с федерацией наподобие того, что подписывал два года назад, в 2006-м. Даже переговоров никаких не было. Меня спросили – подпишешь? И я ответил согласием. Вот и все.

– Теперь вы задумаетесь о том, стоит ли продолжать работать в России?

– Нет. Мне нравится здесь работать. Мне нравятся футболисты, сотрудники федерации. Вот почему я и отказал нескольким национальным федерациям. Но нужно всегда быть открытым. А тут такое… Вот почему я так раздражен случившимся.

– Вам все еще есть что подписывать с НАФ?

-Да. Но это не проблема. С НАФ у меня отличные отношения, я очень дорожу взаимоотношениями с этими людьми. И у нас много совместных планов.

– Итак, у Мутко с Капковым назревает конфликт. Вы готовы их помирить?

– Я не миротворец. Взрослые люди сами могут во всем разобраться.

Сам Мутко при всей своей любви к публичным высказываниям на этот раз предпочел скандал не раздувать, упорно отказываясь от комментариев. По какой уж причине – не знаю. Да и неинтересно, честно говоря. Нет никакого желания влезать в деловые "разборки" двух аббревиатур – РФС и НАФ. Тем более что любой новый виток конфликта может помешать спокойной подготовке сборной к чемпионату Европы. В конечном счете у меня нет ни малейших сомнений, что после Euro Хиддинк продолжит работу со сборной. В противном случае он весной 2008-го точно не совершил бы довольно утомительное автомобильное путешествие в Ярославль, причем не столько с целью посещения матча "Шинник" – "Химки" (где не было ни одного кандидата в сборную), сколько чтобы ознакомиться с детско-юношеской инфраструктурой ярославского футбола. Тренер, который согласился на такой визит, никуда уезжать явно не собирается. А уж кто там будет платить ему зарплату и покрывать налоги – эти вопросы болельщиков, думаю, интересуют сейчас меньше всего. Волнует их совсем другое. Мы не должны осрамиться на Euro-2008, какими бы аутсайдерами нас ни считали. Чаша разочарований давно переполнена. Чаша гордости и восхищения – пока пуста. Когда ее наполнить, если не сейчас? Вперед, Гус Хиддинк! Вперед, Россия!

Теги: сборная России по футболу, история футбола, Евро-2008.

    Загрузка...

    Полное библиографическое описание

    • Автор

      Первый автор
      Рабинер Игорь
    • Заглавие

      Основное
      Глава VII. Голландский волшебник
    • Источник

      Заглавие
      Наша футбольная Russia
      Дата
      2008
      Обозначение и номер части
      Глава VII. Голландский волшебник
    • Рубрики

      Предметная рубрика
      Профессиональный спорт
    • Языки текста

      Язык текста
      Русский
    • Электронный адрес

    Рабинер Игорь — Глава VII. Голландский волшебник // Наша футбольная Russia. - 2008.Глава VII. Голландский волшебник.

    Посмотреть полное описание