«Потому что здесь я никому не нужна»

Спортсменка олимпийской сборной России по бобслею, орловчанка Людмила УДОБКИНА в ближайшее время планирует подписать контракт со швейцарской командой. За один из экипажей сборной Швейцарии она и планирует выступать на международных соревнованиях как минимум в предстоящем зимнем сезоне, а в перспективе и далее, сменив спортивное гражданство...

— Переговоры об этом начались в январе. Но еще год назад меня спросили, хочу ли я попробовать себя в команде Швейцарии? — рассказала Людмила Удобкина в интервью, которое она дала газете «Пас» сразу после возвращения в Орел из Швейцарии.

— Но, как известно, все переходы из одной сборной в сборную другой страны прекращаются за два года до Олимпийских игр. Соответственно, год назад я рассчитывала выступать за сборную России на Играх в Ванкувере и, конечно, тогда отказалась рассматривать предложение.

«Ладно бы — не дали коня...»

— Вышли швейцарцы на тебя лично, или они обращались с такой просьбой к руководителям сборной России, федерации бобслея и скелетона России?

— Тренеры сборной Швейцарии вышли на меня лично. Год назад я ответила, что мне просто нет смысла сейчас рассматривать это предложение. А после Олимпиады... В общем, на то, чтобы принять приглашение Швейцарии, меня «сподвигло» все то отношение, которое было ко мне.

— Повлияло то, что ты, Людмила, не выступила на Играх в Ванкувере?

— Нет. Все-таки я спину травмировала, кто тут виноват? Даже если бы мне тогда предложили выступать в Ванкувере, я бы сама отказалась, потому что какой смысл? Подвести команду? В полную свою силу из-за травмы я все равно не выступила бы.

— Значит, после Игр швейцарцы снова сделали тебе предложение. И ты тут же согласилась?

— Нет, я долго думала. А потом решила: почему бы и не попробовать? Раз уж у нас никому ничего не надо...

— Как «никому»? И тренеры сборной тебя легко отпустили?

— Да. Я разговаривала со старшим тренером сборной России, с вице-президентом ФБСР, и они дали «добро». Еще нужно получить разрешение от министерства спорта... Руководство сборной ничего при этом не теряет. Проблема может возникнуть у региона, как возникла эта проблема в случае с нашей биатлонисткой, которую регион не удержал, и в итоге она ушла, на Олимпиаде в Ванкувере выступала за другую страну и выиграла для нее золото и серебро (речь идет об Анастасии Кузьминой. — Прим. ред.). Мне тут тоже особо никто ничего и не возражал. А если посудить, то и с какой стати возражать? Ведь особо-то ничего мне мой регион не дал. Все своими силами.

— Что это мы все так абстрактно рассуждаем — «регион»? Наберемся смелости и рассекретим — «Орловская область». Ты хочешь сказать, что Орловская область, город Орел (ты ведь спортсменка муниципальной спортшколы) не вкладывали в твою подготовку сколько-нибудь значительных средств?

— Да, не вкладывалось в мою подготовку каких-то больших средств, о которых можно было бы мне напомнить сейчас, когда я решила выступать за Швейцарию.

— Вот если бы можно было сказать: «Как же так, Люся? Мы же столько денег в тебя вбухали, дали «квартиру, дачу и коня», а ты...».

— Да ладно бы — не дали коня. Но ведь ни квартиры, ни каких-то больших денег... Если хотя бы когда-то давно, несколько лет тому назад, в меня что-то было вложено... Да и никому как бы и не надо ничего особенного.

«Хочу попробовать чего-то нового»

— Руководство сборной России совсем недавно поменялось, пусть, как мне кажется, чисто формально, и тем не менее... Но неужели вообще никто даже не удивился, когда ты объявила о своих намерениях?

— Сейчас у сборной России проходит сбор в Подольске. Я туда возила наших ребят на тестирование. Новый тренер сборной О.Г. Соколов мне сказал, что если бы он знал, то он не дал бы «добро» на мой переход в команду Швейцарии. Потому что на данный момент разгоняющих в женской сборной России практически нет. Да, в общем-то, и год назад их особо не было.

Но мне еще раз хочется сказать вот о чем. При подготовке к Олимпиаде в Ванкувере у меня не было стимулов. Была рутина. А сейчас такой стимул появился: хочу доказать, даже тренерам нашей сборной, что все-таки они были не правы в отношении меня. Сейчас вот стала тренироваться, стала работать над ошибками, и, как мне кажется, у меня стало получаться то, что раньше не получалось. Может, потому и не получалось, что не было стимулов.

Только позавчера я прилетела из Швейцарии, где была на тестировании. Для меня главным было выступить, показать свой результат. У нас, в России, тестирование в чем заключается? Если ты выиграл, скажем, бег и тачку — всё, значит, ты чемпион. А у швейцарцев тестирование состоит в том, чтобы набрать наибольшую сумму очков за разные виды. Надо пробежать спринт 60 м, четыре раза толкнуть тачку (два раза она легкая, два раза тяжелая) и прыгнуть пятерной «лягушкой». За все начисляются баллы. И в сумме этих баллов надо набрать больше 800. Не обязательно набрать больше всех остальных участников, не это главное, но обязательно нужно набрать 800. В Швейцарии я выиграла все виды тестирования, а участвовало в них десять человек.

— А в чем у них проблема, зачем понадобилась иностранная разгоняющая?

— У них действует клубная система. В работу спортклубов федерация не вкладывает средств, у них, у каждого пилота, есть свой спонсор, свой бюджет. Проблема в том, что многие известные швейцарские спортсмены сейчас завершили карьеру. Ушла одна из пилотов, ушли и ее разгоняющие, потому что, по сути дела, эти разгоняющие другим пилотам, входящим в сборную, не нужны — у них есть свои. И насколько я знаю, у них и среди мужчин осталось только два пилота в сборной. Пилоту женской команды Сабине Хафнер потребовалась разгоняющая, решили попробовать меня в этом качестве...

Я еще хотела рассказать, что в сборной Швейцарии многое обстоит по-другому, не так, как у нас. У них, например, очень жесткая система допинг-контроля. Они рассказывали нам на немецком, мне на английский переводили. По сравнению с нашей системой — небо и земля. Да вообще вся система работы членов сборной — небо и земля. У них, например, постоянно отдельно работают с пилотами, даже летом — каждый день им по три часа специалисты, тренеры рассказывают о трассах, объясняют, какой участок какой трассы как лучше пройти. Вечером были занятия по психологии спорта. На следующий день нам подробнейшим образом рассказывали о допинге — какие препараты можно принимать, а какие нельзя. Честно скажу, я уж сколько лет в сборной России, но в жизни нам ни о чем подобном никогда не рассказывали! Хотя ведь можно было бы пригласить человека из нашей специализированной организации, чтобы объяснил нам, рассказал все о допинге...

Плюс еще медицина у них намного вперед ушла по сравнению с нашей. На следующий день после тестирования мы ходили в медицинский центр, где я еще оттестировалась на компьютере, который определяет возможности разгоняющего — взрывную силу и т. д. Может, у нас где-то и есть такие тренажеры, компьютеры, специальное медицинское оборудование. Но я ни о чем подобном в России даже не слышала, хотя я и член сборной страны.

В общем, далеко все у них ушло вперед по сравнению с нами. Поэтому я сейчас довольна принятым решением. Могу одно сказать: вернуться я всегда смогу. Знаю, что если захочу попасть в сборную Россию, то вернусь, нормально подготовлюсь, в мае поеду на тестирование и выиграю, в сборную попаду. Это не проблема. Но сейчас мне хочется попробовать чего-то нового.

Захочешь — вернешься

— Что конкретно швейцарцы предлагают? Контракт?

— Да, сейчас я подпишу контракт. Единственное, чего жду — когда будет готов мой паспорт. В паспорте должно стоять разрешение на работу в Швейцарии. С русским паспортом, конечно, я там работать не могу. Как я поняла, в загранпаспорте нужна рабочая виза.

В остальном же все будет обычно — все те же условия, как и в российской сборной. Обеспечат экипировкой, будут финансировать участие в сборах. Оплата соответственно чуть-чуть другая будет — раза в три больше буду получать, чем получала здесь, в Орле. Плюс медицинское обеспечение — все это за счет пилота Сабины Хафнер, с которой я буду выступать.

— Она, что же, одновременно и руководитель команды?

— У них пилот распоряжается всем. В том числе определяет, например, кто из разгоняющих с ней будет выступать на каждом конкретном старте, какую сумму премиальных дать каждому из разгоняющих. В этом и проявляется их клубная система. А когда проходит чемпионат мира или чемпионат Европы, тогда у них все определяют тренеры сборной по принципу: сильнейший разгоняющий идет к сильнейшему пилоту. Вот тут уже клубы не вмешиваются.

У нас как происходит? Едем мы на соревнования, и встает вопрос: на каких коньках поедем? Ну, выбор-то невелик, как правило, когда всего две пары коньков имеется в наличии у пилота. И у разгоняющих болит голова: поедешь ли ты, и с кем ты поедешь? А в сборной Швейцарии у разгоняющих об этом голова не болит. Зачем? Ему нужно думать только о том, чтобы быть в боевой форме, выйти старт, сделать, доехать и снова готовиться. А обо всех технических вопросах там есть кому думать — у каждого пилота есть своя техника, свой механик. Если мы у себя, в России, чуть ли не через день бегали на все сто процентов, потому что нужно было почему-то все время доказывать, какие мы сильные, то там, в Швейцарии, такого нет. Ну, побегайте два месяца в полную силу, и вы увидите, какой вы сильный. Если ты оттестировался, доказал, что самый сильный, то затем, на тренировках, бегаешь уже не на всю мощь, процентов на 80. Потом вышел на соревнования, нормально пробежал — всё.

— Итак, Сабина Хафнер твой рулевой во всем. А как называется клуб, который она представляет?

— BCF, Берн.

— На какой срок они тебе сейчас предлагают контракт?

— На год. Если обе стороны останутся друг другом довольны, затем заключим новый контракт — на следующий год.

— Чтобы выступать за Швейцарию на этапах Кубка мира, тебе ведь не нужно принимать гражданство Швейцарии?

— Не обязательно. Достаточно подписать контракт, получить рабочую визу. И смогу выступать за Швейцарию в предстоящем сезоне на этапах Кубка мира, на чемпионате мира. Гражданство этой страны мне потребуется, только если я захочу выступать за Швейцарию и на Олимпийских играх, и если, конечно, буду попадать в олимпийскую сборную. Вот тогда я должна быть гражданином Швейцарии. Но это сложно, насколько я знаю. Страна является одной из самых развитых, с высоким уровнем жизни. И получить гражданство этой страны очень непросто. Но, я думаю, если буду показывать высокий результат из сезона в сезон, и они будут заинтересованы во мне, то они все сделают для того, чтобы я получила гражданство Швейцарии. Пока так далеко не буду загадывать. Может, я год-другой повысту-паю за Швейцарию, а потом решу, что к Олимпиаде надо готовиться в составе сборной России. Важно только принять окончательное решение о стране, за которую буду выступать на Играх, за два года до них. Мы с Сабиной разговаривали на эту тему, она сказала, что нет проблем: дескать, захочешь вернуться в Россию, значит, вернешься.

— Именно Сабине требовалась такая, как ты, сильная разгоняющая?

— Да. Она сама весит всего 70 кг, и ей требовалась тяжелая разгоняющая. Думаю, еще год назад и она, и тренеры сборной Швейцарии стали присматриваться ко мне. По фактуре я ей подошла, и оттестировалась нормально, нормально была готова. Дальше все будет зависеть от формы. Главное, чтобы спина не подвела.

— Кого-нибудь еще из иностранцев на это тестирование, на «смотрины» в Швейцарию приглашали? Для конкуренции?

— Нет. Были только швейцарки и я. 

— Значит, ты сейчас решаешь вопросы со своими документами, с визой?

— Я вообще ничего не решаю. Эти оргвопросы тоже решает Сабина. А я только тренируюсь. 6 сентября мне надо обратно туда лететь, на чемпионат Швейцарии по боб-стартам. Сабина планирует там выступить. У нее есть еще двое разгоняющих, но они, в общем, проиграли мне на тестировании.

— Когда ледовая подготовка начнется?

— В Швейцарии свой чемпионат на ледовой трассе проводят в конце декабря, потому что только к этому сроку готова их трасса — в Санкт-Морице, единственная в мире натуральная трасса, с естественным льдом. Так что съезжу я на чемпионат по боб-стартам, потом вернусь в Орел. В октябре еще будет тестирование — одно из трех, которые проводятся в сборной Швейцарии за год. После этого останусь там на весь зимний сезон.

Вообще никто не отговаривал!

— Как ты решала проблему с травмой спины?

— Мне очень помог врач центра «Олимп» А. Н. Комиссаров, он меня лечил. Ну а самое главное для решения проблемы — закачивание, регулярное выполнение упражнений для мышц спины, в основном на статику. Сейчас вроде бы ничего, нормально себя чувствую.

— Сейчас тебе могут сказать: а с какой это стати член сборной Швейцарии в наших отечественных спортзалах тренируется!

— Пока вроде никто из зала не выгонял, все нормально ко мне относятся.

— В общем, как я понял, у сборной России еще есть все возможности тебя вернуть до Олимпиады. До Сочи-2014 еще три с половиной года, а вопрос нужно решить за два года до Игр. Вряд ли кто-то из наших хочет повторения истории с биатлонисткой Кузьминой!

— Если они захотят, то смогут вернуть. Во время недавнего нашего разговора с новым главным тренером сборной России О. Г. Соколовым я спросила: сможете ли вы платить мне такую зарплату, чтобы я смогла хотя бы себя обеспечить? Ответом мне было молчание. Ну, и понятно всё. Если в регионе молчат, ничего тут не продвигается...

Я не могу сказать, что в Орле была совсем брошена, что мне совсем не помогали. Помогали — и заместитель председателя правительства области В. В. Поляков, и начальник управления образования города Орла А. В. Шатохин, и начальник областного управления по физической культуре и спорту О. А. Смолина, и мои тренеры. Они старались, но, видимо, возможности у них невелики. А больше никому у нас ничего не надо.

— Людмила, тебя кто-нибудь отговаривал от швейцарского варианта продолжения карьеры?

— Честно сказать, наоборот, все говорят — езжай! Друзья, знакомые, да все.

Признаюсь, мне нелегко было принять такое решение. Все-таки Россия — моя страна. Но перевесило то, что ты тут никому не нужен. А вот в другой стране ты почему-то нужен. И там почему-то хотят сделать все, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты могла выступать на соревнованиях и ни о чем другом не думать. А у нас — наоборот, все пытаются сделать так, чтобы тебе было плохо, чтобы ты ушел.

— Мне кажется, что твое выступление за сборную Швейцарии в предстоящем сезоне, на этапах Кубка мира, российскими болельщиками в целом еще не будет восприниматься очень уж болезненно. А вот если ты под чужим флагом на Игры в Сочи поедешь, и на Олимпиаде выступишь за Швейцарию, тут уж будет немножко другая реакция. А вдруг еще и выиграешь что-нибудь? Орловские-то болельщики будут знать, в чем тут дело, они прочитали предыдущее твое интервью, после Олимпиады, прочитают и это...

— Да, я согласна, этапы Кубка мира в нашем виде спорта — это еще не вершина. С другой стороны, у меня еще есть надежда, что у нас будет несколько другое отношение к своим спортсменам, что-то изменится.

Вот Зубков в своем письме написал, как все плохо в российском бобслее. Я не хочу сказать, что его полностью поддерживаю. Да, в сборной свои аспекты, но зарплату нам нормальную сделали в олимпийском году. Но есть свои нюансы. Например, хотелось бы, что в нашем регионе было лучше — в смысле отношения к членам олимпийской сборной страны. Почему другие регионы могут обеспечить всем необходимым своих спортсменов-олимпийцев, а в Орловской области не могут?

Уже хотела завязать...

— Кстати, многие спортсмены, в том числе орловские, выступают параллельным зачетом и за какой-либо более богатый регион. Почему бы и тебе не пойти по такому пути? Попроситься в команду Москвы, или Красноярска, или Сочи?

— Когда-то был разговор о моем переходе в другой регион, но это все так и осталось разговором. Такой заинтересованности во мне, какую проявила швейцарская команда, никто в России не проявлял.

— А сама ты, значит, не стала стучаться в эти двери?

— Не вижу смысла ходить и умолять меня взять. Это просто унизительно, я считаю. Напрашиваться? Если бы люди были во мне заинтересованы, они бы подошли сами и сказали: давай, Людмила, за нас выступать будешь! Что ты там в своем Орле мучаешься! Но этого не было. Тот же Соколов ведь тренер Москвы, но и он ничего такого не предлагал, даже сейчас. Всё — одни слова, а слов я уже наслушалась, обещаниями сыта по горло. Вот поэтому я и поняла, что здесь я особо никому не нужна.

— И это притом, что выбор разгоняющих в женской сборной России, мягко говоря, невелик?

— В том-то и дело. Есть одна спортсменка, да и еще, может быть, одна, Маргарита, которая в прошлом сезоне выступила. Но до Олимпиады она выступала всего лишь на этапах Кубка Европы, а это совсем другой уровень, несравнимый с Кубком мира. Там никто тебя не гоняет — рутина. Каждый день можешь бежать и 50 процентов, и 40 процентов. Там ты один, у тебя нет конкуренток. А вот когда появится конкуренция, той же Маргарите каждый раз придется доказывать, что она сильная. Потому что если она сегодня пробежит на 80 процентов от своих возможностей, то завтра ей скажут, что она слабая, и она никому не докажет, что сегодня она просто бежала не в полную силу. Так что каждый день ей придется бегать на сто процентов, и тогда к декабрю она, как и все, будет выжата. Это ведь только кажется, что в бобслее легко: пробежал пару раз и всё. На самом деле все не так просто. Невозможно все время поддерживать себя на пике своей формы.

— Помню, после Ванкувера ты говорила, что можешь и завершить карьеру...

— Да, хотела даже завязать. Потому что психологически сложно было. Много негативных впечатлений накопилось. Вроде и пахала, и выступала. Выжали из тебя всё, что можно было, и всё — ты больше никому не нужна. Может, так бы и поступила, завязала, если бы из Швейцарии снова приглашение не пришло...

Словацкое эхо Ванкувера

Тюменская биатлонистка Анастасия КУЗЬМИНА в юности подавала большие надежды, уверенно выступала на международных соревнованиях среди юниорок. Однако она не смогла пробиться в сборную России и с сезона-2008/2009 выступает за Словакию.

Ранее она никогда не выигрывала этапы Кубка мира, но на чемпионате мира-2009 стала бронзовым призером в масс-старте, а на Олимпийских играх в Ванкувере завоевала золото в спринте и серебро в гонке преследования. Лучшей среди россиянок в обеих этих гонках была Анна Булыгина: 4-е место в спринте и 6-е место в гонке преследования.

Между прочим, выиграв спринтерскую гонку на 7,5 км, Анастасия Кузьмина принесла Словакии первое в истории золото зимних Олимпиад. Сменившая спортивное гражданство 25-летняя россиянка сумела стать первой, несмотря на один промах. В итоговом протоколе Анастасия опередила серебряного призера немку Магдалену Нойнер на 1,5 секунды.

— Это большой сюрприз, — приводит Reuters слова Кузьминой. — Не ожидала этой победы. Была абсолютно уверена, что первой станет Магдалена. Каков секрет успеха? Он прост: тренироваться, тренироваться и снова тренироваться.

Вопрос только в том, где тренироваться, под каким флагом и почему — выступать...

Во главе угла

В России необходимо кардинально изменить подготовку спортсменов, заявил 1 марта 2010 года президент РФ Дмитрий Медведев на встрече с руководством партии «Единая Россия». По его словам, главными в спорте должны быть спортсмены, а не федерации, которые президент сравнил с «жирными котами».

«С учетом того, что произошло в Ванкувере, мы должны кардинальным образом изменить подготовку спортсменов. Мы долгое время выезжали на советских возможностях. В какое-то время они закончились», — сказал Медведев, в то же время заявив, что советскую спортивную школу не стоит идеализировать.

Президент констатировал, что в развитие спорта в стране «вкладываются беспрецедентные деньги», но, как показала Олимпиада в Ванкувере, «они не все решают».

«Надо подумать, как изменить подготовку спортсменов, — считает глава государства. — Во главе угла должен быть сам спортсмен, а не федерации, которые как жирные коты... Именно спортсмены достигают успеха. Они должны быть эпицентром внимания...».

РИА «Новости».