Паралимпиада-2010: Эра немилосердия

Фото: Радость победы трудно передать словами, лучше смотреть

Тридцать два паралимпийца России завоевали тридцать восемь медалей всех достоинств: 12 золотых, 16 серебряных, 10 бронзовых. Сравнивать по количеству не с кем: по золоту завоевали на одну медаль меньше спортсменов Германии.

Повторимся, сравнивать, конечно, можно и с канадцами, которые на третьем общекомандном месте, и с украинцами, и с белорусами, если кому-то хочется. А вот сравнивать с итогами нашей олимпийской команды по меньшей мере не совсем корректно. Но именно этим и занялись многие средства массовой информации в первые же дни Паралимпиады в Ванкувере, а точнее, в курортном городке Уистлере, который теперь по праву войдет в историю олимпийского движения. Не понятно, чего с помощью этих сравнений коллеги хотят добиться: еще раз позлословить и унизить спортсменов, сделавших все, что могли? Так они и сами переживают больше, чем все «акулы пера» вместе взятые. Восславить еще и таким образом людей с ограниченными возможностями, как принято теперь называть инвалидов? Но ведь они лучше вас знают, что строить свое счастье на несчастье других – дело не только безнравственное, но и бесперспективное.

Нет, наши паралимпийцы не соревновались с нашими (да и другими) олимпийцами, а с коллегами из других стран, с кем у них схожие судьбы. И они сумели, как бы точнее определить, выйти за рамки этих ограничений и подать тем самым пример миллионам людей, в чьи судьбы вмешалась трагическая случайность, чья-то дурацкая беспечность или злой умысел.

А вот еще одна дискуссия, с позволения сказать, на этот раз в эфире: что такое паралимпийские игры – спортивные состязания или социальная реабилитация людей с физическими ограничениями возможностей? Почему-то хочется ответить вопросом на вопрос: а вы, обладающие двумя здоровыми ногами, пробежите десять километров на лыжах по времени Ирека Зарипова и вообще – одолеете ли это расстояние? Боимся, немногие из нашего журналистского цеха рискнут вызвать Зарипова на поединок. О чем спор? Конечно, это состязание. С соперниками. А еще и с самим собой. Но это одинаково относится и к совершенно здоровым людям.

Не надо искать кошку в темной комнате, когда ее там нет. Есть более стоящие занятия. Мы три дня шли впереди планеты всей по золоту, пока не подошло время горных лыж, и немцы сразу завоевали семь медалей. Вспомним, а наш здоровый спорт здесь что-нибудь завоевал? Завидно было следить за матчами паралимпийских хоккеистов. Мы потерпели поражение от канадцев, но от этого не перестали быть великой хоккейной страной. Ведь это спорт – любимый миллионами. Почему он не культивируется паралимпийцами? Трудно наладить выпуск оборудования? Вряд ли, это не боб и не сани. А вот насчет отсутствия желающих себя испытать в этом великолепном виде спорта как-то не верится. То же самое можно сказать и о керлинге, добавив и дефицит льда во многих весях нашего Отечества. Имеем в виду искусственного и под крышей, созданного природой хватит до тотального потепления.

По словам председателя Паралимпийского комитета России Владимира Лукина (возглав­ляет комитет уже 12 лет), спортом в стране занимаются всего-то 3–4 процента инвалидов, до обидного мало. В одном из интервью он отметил, что так называемый большой спорт в последние годы приобретает все больше гламурный оттенок и становится частью шоу-бизнеса, что и привлекает к нему спонсоров. В паралимпийском спорте гламура не углядеть, хотя мир не без добрых людей. А потому главной бедой и того и другого сектора спорта остается бедность инфраструктур.

Эра милосердия по отношению к людям с ограниченными возможностями в нашей стране пока не наступила, хотя в последнее время делается для них очень много, если сравнивать с временами, когда не делалось ничего. А послевоенных калек, инвалидов великой войны, и вовсе с глаз долой убрали не за Можай, что на сто первом километре, а еще дальше, за Валдай, о чем нелишне вспомнить в канун 65-летия Победы. Вспомнить и помянуть, поскольку большинства из них уже давно нет на этом свете.

Не устаю излагать высказывание руководителя Москомспорта Михаила Степанянца. Он как-то в сердцах сказал, что дело не в пандусах, подъемных устройствах и прочих механизмах, облегчающих жизнь инвалидов, а в том, чтобы сострадание к ним обрело реальную форму помощи. Это когда молодой и здоровый уступит место в транспорте или поможет слепому преодолеть препятствие, когда молодые и здоровые ребята помогут своему ограниченному в движениях товарищу подняться на трибуну, чтобы вместе со всеми сопереживать на футбольном матче.

Вот тогда и наступит эра милосердия. Никак не раньше.