Взаимосвязь мотивов сохранения здоровья школьников 12-16 лет средствами физической культуры

Введение. В последнее время публикации и научные работы специалистов различного профиля изобилуют данными о критическом состоянии здоровья подрастающего поколения [3, 7 и др.].

Не вызывает сомнения, что ценностный потенциал физической культуры способен служить материальным, интеллектуальным и духовным средством воспитания гармонично развитой и социально активной личности [1, 6 и др.].

Оздоровительное влияние на организм рационально организованной в рамках физической культуры двигательной активности человека описано огромным числом исследователей и уже давно является бесспорным фактом [1, 4, 6 и др.]. В то же время до настоящего времени ученые не пришли к единству в концепции понимания механизмов, побуждающих человека к тому или иному виду активности, в том числе к занятиям физическими упражнениями [3, 7]. Для объяснения движущих сил поведения человека используют категории: нужда, желание, потребность, мотив, мотивация, интерес, ценностные ориентации, установки и т. п. Методологической основой большого числа исследований стали научные положения В. П. Симонова. По его мнению [13], первична потребность, которая представлена в виде некоторой жизненной силы, побуждающей живое существо к активности ради самосохранения и саморазвития. Производной от потребности является мотивация, возникающая на базе определенного опыта и носящая выраженный когнитивный характер. Связывает поведение и действующую мотивацию мотив. По мнению ряда авторов, формирование мотиваций и производных от них мотивов наиболее интенсивно происходит в первые пятнадцать лет жизни [3, 5, 7 и др.].

Не противоречит описанной позиции, а, на наш взгляд, существенно ее дополняет понятие о деятельности человека как направленном процессе адаптации, подробно описанное в работах В. И. Медведева [9]. Следуя положениям его теории, вся деятельность человека развертывается по двум типам программ — осознанным и неосознанным. Потенциальная программа с зафиксированной последовательностью действий и реакций, с упроченными связями между этими структурами уже имеется в коре головного мозга. Поступившая в кору информация анализируется, и в зависимости от ее специфики определяется цель и происходит выбор наиболее подходящей программы. Потребность в деятельности выступает в виде цели, достижение которой обеспечивается благодаря внешним и внутренним преобразованиям, осуществляемым по имеющейся программе. Неосознанные программы, особенно генетически заложенные, обеспечивают физиологические процессы и внутренние механизмы поддержания гомеостаза, осознанные программы связаны с временными целями и обуславливают внешнюю деятельность. Реализация комплекса осознанных программ осуществляется благодаря наличию общей программы, так называемой концептуальной модели деятельности. Она состоит, во-первых, из сформированного образа наличной ситуации, соотнесенного с энграммами долговременной памяти, прошлым опытом; во-вторых, из цели и задач, сформулированных сознанием, и, в-третьих, модель предусматривает выбор стратегии предполагаемой деятельности. Процесс создания в сознании человека концептуальной модели, включающей образ воздействия, его значимость, последствия взаимодействия с учетом возможных ответных реакций со стороны объекта и формирования на основе этого образа состояния, обеспечивающего соответствующие действия человека, определяют как процесс психологической адаптации. Цепочку связей, формирующуюся в процессе адаптации человека, исследователи представляют в следующем виде: «адаптогенный фактор — восприятие — эмоция — концептуальная модель — адаптация». У истоков процесса адаптации постоянно присутствует то или иное противоречие, требующее разрешения в дальнейшем [2, 12]. Отсутствие противоречия не требует адаптации, организм и личность вполне удовлетворяются уровнем наличного состояния, которое было до контакта с тем или иным фактором среды. Выделяют три основные причины возникновения стресса: во-первых, это действительное наличие ситуации угрозы для жизнедеятельности человека; во-вторых, ситуация, обусловленная невозможностью удовлетворить какую-либо потребность, и возникающее как следствие состояние фрустрации; в-третьих, возникновение конфликта мотивов или интересов в состоянии человека. Фактор, вызывающий конфликт и возникновение в результате такого конфликта состояния напряженности или стресса, называют адаптогенным. Адаптогенные факторы могут иметь физическую или химическую природу, могут быть связаны с особенностями информационного потока. В особую группу выделяют семантические адаптогенные факторы, которые сами по себе не угрожают целостности организма, а лишь несут информацию об этой угрозе, их действие связано лишь с психической сферой, прежде всего с сознанием человека.

В группе семантических факторов наибольший интерес для нас в связи с проблематикой нашего исследования представляют так называемые ситуационные факторы, т. е. такие, где поводом для развития адаптации является не какой-либо фактор или их группа, а ситуация, которая складывается при их появлении. Особенно интересно рассмотреть ситуации социально-репрезентативные и личностно-репрезентативные. Первые связаны с изменениями социальной обстановки, с отношениями в коллективе или группе, психологическим климатом. Личностно-репрезентативные адаптогенные факторы требуют развития адаптации в силу тех или иных особенностей личности человека, стиля и направления его мышления, особенностей видения им мира. Развиваемая при этом адаптация всегда индивидуальна, как индивидуальна и причина ее появления, другие личности, находящиеся в такой же ситуации, могут и не испытывать необходимости в этом процессе [11].

Согласно анализу литературных источников последнего времени проблематика формирования социально-валеологических мотиваций в концептуальных моделях деятельности и изучение иерархии ценностных ориентаций различных социально-демографических слоев населения являются достаточно актуальными. В то же время многозначность трактовок феномена здоровья, большое количество подходов к оценке элементов, его составляющих, определяют и сложность выделения мотивов сохранения здоровья. Предполагается, что мотивы эти полифункциональны и зависят от разных мотивационных уровней и групп.

Подобное предположение позволило нам сформулировать идею о том, что более эффективным при выявлении сформированности концептуальной модели на оздоровление средствами физической культуры, а также потребностей, ее формирующих, при создании методик, способствующих направлению психологической адаптации детей в здоровьесберегающее русло, будет использование интеграции различных областей научного знания.

Методика. Исследование проводилось нами весной 2005 г. на базе МОУ СОШ № 118 г. Челябинска. В нем приняли участие 200 школьников в возрасте 12-16 лет. Им было предложено ответить на 17 вопросов анкеты. Вопросы были подобраны таким образом, что позволили судить о витальном, социальном и духовном компонентах в структуре потребностей учащихся в области физической культуры. Кроме того, анализ ответов на вопросы анкет позволил выявить силу и интенсивность мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры. Далее респонденты обследовались на аппарате «ЭТОН-1» с целью оценки функции внешнего дыхания. Также нами определялись данные физического развития участвующих в обследовании детей, на их основе высчитывались так называемые индекс тела (отношение массы тела к квадрату длины тела в етрах), жизненный индекс — ЖЕЛ (отношение ЖЕЛ в мл к массе тела), индекс Кетле (отношение массы тела в граммах к длине тела в сантиметрах). Нам представилось интересным определить зависимость уровня здоровья учеников, выявленного по интегральному коэффициенту оценки состояния бронхиальной проходимости, характеризующего функции системы внешнего дыхания (далее индекс состояния — ИС), от интенсивности мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры. Кроме того, мы попытались выяснить наличие взаимосвязи между потребностями, преобладающими в структуре физкультурных интересов, и состоянием здоровья учеников.

Результаты и их обсуждение. Анкетирование позволило определить, что структура потребностей учеников средней и старшей школы в области физической культуры представлена следующим образом: у 59 % опрашиваемых ведущие потребности расположены в русле витального компонента, у 21 % — превалируют потребности социального порядка и у 20 % среди потребностей в физкультурной деятельности доминируют потребности идеальные. Как видно, более чем половиной опрашиваемых в занятиях физическими упражнениями движет в первую очередь витальность: 73% 12-14-летних и 69% 15-16-летних подростков видят основную пользу от занятий физическими упражнениями в укреплении тела, 7 и 19 % — соответственно в возможности просто двигаться. Примерно одинаково сформированы потребности социального и идеального компонентов.

Так, предполагают использование приобретенных в рамках занятий физическими упражнениями двигательных умений и навыков 23 % 12-14-летних и 16% 15-16-летних учеников; 12% 12-14-летних и 9 % 15-16-летних видят основную пользу от занятий физическими упражнениями в расширении жизненных перспектив. Основной пользой зот нятий физическими упражнениями считают развитие моральных и волевых качеств личности 25 % учеников 7-9-х классов и 22 % 10-11-классников; считают возможным развить интеллектуальные способности с помощью занятий физическими упражнениями 13% 12-14-летних и 7% 15-16-летних школьников.

Вычисление коэффициента ранговой корреляции между интенсивностью мотивов сохранения здоровья с помощью физических упражнений и ИС позволило выявить достоверные показатели корреляции для возрастов 12 и 15 лет (rp = — 0,339 и rp = — 0,337 соответственно). Таким образом, можно констатировать отсутствие сформированной концептуальной модели деятельности, направленной на оздоровление, у учащихся других возрастных групп.

Оценка ИС позволила разделить всю выборку на две группы. В первую вошли ученики с интегра-тивным показателем системы внешнего дыхания в рамках нормы и условной нормы; вторую группу составили обследуемые с умеренными и значительными нарушениями системы внешнего дыхания. Кроме того, в каждой группе были выделены три подгруппы в зависимости от доминанты в структуре физкультурных потребностей (см. таблицу).

Уравнение регрессии позволяет выявить, насколько различные учитываемые нами показатели соотносятся с ИС.

Зависимость интенсивности мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры и ИС проявилась в группах учащихся без нарушений функции внешнего дыхания с доминантой витальных потребностей:

ИС = 2,419 - 3,8СОС25-75выд + 1,00МОС2-5выд + 0,321РОвд + 0,724тау 1М - 0,39ЖИ + 20,2МОС50выд - 0,25ИМ

и идеальных потребностей:

ИС = -2,34 + 0,999тау2М + 0,401тау1М - 0,16ОФВпосвыд + 0,022Тпос + 0,417ОФВ1выд/ ЖЕЛвд - 0,21МОД + 0,169МОС50выд/ЖЕЛвыд + 0,368 ОФВ1вд + 0,176Тфжелвыд + 0,085ИМ.

Анализ представленных уравнений регрессии у учащихся групп нормы с доминантой витальных потребностей в сфере физической культуры показал, что ИС зависел от средней объемной скорости при выдохе 25-75 % (СОС25-75) форсированной жизненной емкости легких (ФЖЕЛ), от максимальной объемной скорости при выдохе 25 % ФЖЕЛ (МОС25выд), которые указывают на хорошее состояние проходимости крупных и мелких бронхов, от резервного объема вдоха (РОвд), от степени вогнутости кривой форсированного выдоха в координатах «поток — объем» за 1 с (тау1М), от показателя жизненного индекса (ЖИ) и от интенсивности мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры (ИМ). У учащихся групп нормы с доминантой идеальных потребностей ИМ также была включена в уравнение регрессии наряду со степенью вогнутости кривой форсированного выдоха в координатах «поток — объем» за 1 и 2 с (тау1М, 2М), объемом при достижении пиковой объемной скорости (ПОС) форсированного выдоха (ОФВпосвыд), временем достижения ПОС (Тпос), индексом Тиффно (ОФВ1/ЖЕЛвд), минутным объемом дыхания (МОД), соотношением половины максимальной объемной скорости выдоха к ЖЕЛ выдоха (МОС50выд/ЖЕЛвыд), объемом форсированного выдоха в 1с (ОФВ1), временем выполнения форсированного выдоха.

В уравнении регрессии ИС в группах учащихся с нарушениями функции внешнего дыхания, вне зависимости от доминирующих потребностей, интенсивность мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры не фигурировала. Уравнения регрессии имели следующий вид: Группа с доминантой социальных потребностей: ИС = 16,844 + 2,03МОС50выд — 0,16ЧД — 1,9ОФВ0,5выд — 0,07МОС75выд — 2,0МОС5выд/ ЖЕЛвыд — 0,40РОвыд + 0,123 МОС50вд — 0,45СОС0,2-1,2выд — 0,29Е + 0,124ЖИ.

Группа с доминантой витальных потребностей: ИС = 27,823 — 0,60МОС50выд — 0,95ОФВ1-выд/ФЖЕЛвыд — 0,75СПВвыд.

Группа с доминантой идеальных потребностей: ИС = 8,413 — 1,3МОС75выд + 0,229ЧД + 0,463ЖЕЛвыд + 0,266тау2М + 0,379ТФЖЕЛвыд.

Таким образом, только у учеников, функции внешнего дыхания которых находятся в норме и условной норме, мы обнаружили взаимосвязь структуры потребностей в физических упражнениях, интенсивности мотивов сохранения здоровья средствами физической культуры и уровня их здоровья.

Развивая мысль о деятельности как процессе адаптации, можно предположить, что в группе детей с отклонениями в состоянии здоровья концептуальная модель деятельности, направленной на оздоровление, не сформирована, зарегистрированные нами при помощи аппаратуры отклонения в состоянии здоровья еще не оцениваются организмом в качестве физических адаптогенных факторов, угрожающих целостности организма. В то же время владение подобной информацией ставит перед педагогами задачу формирования информационных и семантических адаптогенных факторов, способных запустить механизмы психологической адаптации и ведущих к формированию у школьников концептуальной модели деятельности, направленной на укрепление здоровья средствами физической культуры.
 

Распределение учащихся по уровню здоровья и структуре физкультурных потребностей (п = 200)

Литература

1. Бальсевич В. К., Лубышева Л. И. Концепция информационно-образовательной кампании по развертыванию национальной системы спортивно-ориентированного физического воспитания // Физическая культура: воспитание, образование, тренировка. 2003, 1, с. 11-17.
2. Бодров В. А. Информационный стресс. — М: Наука, 2000. — 430 с.
3. Быков В. С. Физическая культура студента: Учеб. пос. — Челябинск: изд-во ЮУрГУ, 2003. — 84 с.
4. Исаев А. П., Прокопьев Н. Я., Чимаров В. М. и др. Учение о здоровье. — Тюмень: изд-во ТГУ, 2002. — 143 с.
5. Каменская В. Г. Психологическая защита и мотивация в структуре конфликта: Учеб. пос. — СПб.: Детство-пресс, 1999. — 144 с.
6. Лубышева Л. И. Современный ценностный потенциал физической культуры и спорта и пути его освоения обществом и личностью // Теория и практика физ. культуры. 1997, №6, с. 10-15.
7. Малоземов О. Ю. Мотивация физкультурно-оздоровительной деятельности учащихся в контексте жизненных реалий // Физическая культура: воспитание, образование, тренировка. 2005, № 2, с. 17-22.
8. Мерлин В. С. Проблемы интегрального исследования индивидуальности. — Пермь: изд-во ПГПИ, 1977. — 242 с.
9. Медведев В. И. Адаптация. — СПб.: Институт мозга человека РАН, 2003. — 584 с.
10. Плешаков А. Н., Гостев Г. Р., Кудрявцева В. Б. Физическая культура как вид социальной деятельности // Культура физическая и здоровье. Воронеж, 2004, № 2, с. 15-17.
11. Посохова С. Т. Психология адаптирующейся личности: субъективный подход. — СПб.: Наука, 2001. — 340 с.
12. Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. — М.: Медгиз, 1960. — 320 с.
13. Симонов В. П. Мотивированный мозг. — М.: Наука, 1987. — 212с.