Наша футбольная Russia

Глава V. Крах с рукой у сердца

Автор:
Рабинер Игорь
Источник:
Издательство:
Глава:
Глава V. Крах с рукой у сердца
Виды спорта:
Футбол
Рубрики:
Профессиональный спорт
Регионы:
РОССИЯ
Рассказать|
Аннотация

Открытое письмо президенту Российского Футбольного союза В. И. Колоскову Уважаемый Вячеслав Иванович! Обратиться к Вам с этим письмом нас вынудило то, что сейчас происходит вокруг сборной России по футболу. Вернее, то, что может с ней произойти в самом ближайшем будущем. Провал нашей сборной на

Глава V. Крах с рукой у сердца

Открытое письмо президенту Российского Футбольного союза В. И. Колоскову

Уважаемый Вячеслав Иванович!

Обратиться к Вам с этим письмом нас вынудило то, что сейчас происходит вокруг сборной России по футболу. Вернее, то, что может с ней произойти в самом ближайшем будущем.

Провал нашей сборной на чемпионате мира в очередной раз показал, что российская тренерская школа катастрофически отстала от современной футбольной мысли. Причем отставание это носит не личностный, а системный характер.

За последние годы сборную России по футболу возглавляли поочередно те, кого считали и продолжают считать лучшими из лучших. Но результат всегда плачевен. И на этот раз чиновники от футбола собираются наступить на те же грабли. Видимо, почему-то считается, что пригласить загшдно-го специалиста на пост тренера национальной сборной – значит, признать отсталость отечественной футбольной школы. И это стыдно. А постоянно проигрывать – не стыдно!

Российскому футболу нужен профессиональный тренер, специалист, который может строить работу с игроками, подготовку к матчам и саму игру в соответствии с принципами современного футбола. Этим критериям может отвечать действительно независимый профессионал мирового уровня Такого на сегодняшний день можно найти только среди иностранных специалистов.

Мы готовы предоставить Российскому футбольному союзу необходимые средства для оплаты работы такого профессионала. Мы верим, что интеграция в мировую спортивную индустрию отечественного футбола, который так долго пребывает в искусственной самоизоляции, пойдет ему на пользу.

Мы уверены, что нашу позицию поддержат тысячи людей, для которых слово "патриотизм" не является пустым звуком.

Заместитель председателя правления РАО "ЕЭС России" А. Н. Раппопорт Президент ОАО "ЮКОС-Москва" В. С. Шахновский Вице-президент ОАО "ЛУКОЙЛ" Л. А. Федун

Это открытое письмо было опубликовано в СМИ 21 июня 2002 года, сразу после вылета сборной с чемпионата мира. На следующий день, правда, появилось уточнение: г-н Раппопорт его не подписывал, так что авторов у послания президенту РФС осталось двое – Василий Шахновский и Леонид Федун. Это было первое появление на футбольной арене будущего владельца "Спартака" – и появление весьма заметное. Впервые разговоры о приглашении в сборную России зарубежного специалиста обрели конкретную финансовую почву.

Днем позже Федун дал небольшое интервью заместителю главного редактора "Спорт-Экспресса" Льву Россошику, где разъяснил свою позицию и назвал сумму, которую готов выделить.

– Случайно ли под письмом стоят две подписи – ваша и Василия Шахновского?

– Дело в том, что мы с Василием Савельевичем давно дружим и наши взгляды на состояние российского футбола во многом совпадают.

– "СЭ" впервые заговорил о приглашении иностранного специалиста в сборную России шесть лет назад. А когда к вам пришла подобная идея?

– Я много размышлял над этим вопросом и к окончательному выводу пришел после того, как наша сборная не смогла даже выйти из группы.

– Говоря о предоставлении необходимой суммы для оплаты зарубежного тренера, вы имели в виду собственные средства или деньги своей компании?

– Речь идет о моих личных средствах.

– О какой сумме может идти речь?

– По некоторым данным, на приглашение иностранного специалиста необходимо затратить от 500 тысяч до миллиона долларов.

– Можете ли назвать свою кандидатуру на место тренера? Или вы полагаетесь на выбор РФС?

– Думаю, что РФС сможет подобрать достойную кандидатуру.

Несколько лет спустя Федун, став председателем совета директоров "Спартака", стал проповедовать крайне спорную – а по мне, так просто вредную – идею о том, что тренер значит не более десяти процентов для общего успеха кяманды. Один только выход в финал Кубка УЕФА-2007/08 питерского "Зенита" под руководством голландца Дика Адвоката (когда я завершаю эту книгу, остается меньше недели до решающего матча) это лишний раз доказал. В составе команды играли восемь (!) российских футболистов, что не помешало команде из города на Неве показывать красивую игру, а 1 мая в ответном полуфинальном матче не оставить камня на камне от могучей мюнхенской "Баварии" -4:0! Не сомневаюсь, что, будь на месте Адвоката отечественный специалист, ни о чем подобном даже заикаться было бы невозможно.

Так вот: открытое письмо, подписанное Федуном, равно как и внушительная сумма, которую он был готов выделить -все это говорило о том, что в 2002 году он по достоинству оценивал роль тренера в футболе! Что потом заставило миллиардера радикально пересмотреть свою точку зрения – остается только догадываться.

Какой была реакция Колоскова? Об этом рассказал тот же Федун уже в конце 2004 года, когда стал владельцем "Спартака".

– Как к вашему письму отнеслись в РФС? – спросили мы Леонида Арнольдовича во время встречи в редакции "СЭ".

– Несерьезно. Шахновский, кстати, сразу предупредил: зная Вячеслава Колоскова, он уверен, что президент футбольного союза наше предложение не примет. Из РФС нам никто так и не позвонил. Последовало лишь официальное заявление Колоскова, что Россия еще до этого не доросла и что у РФС есть собственные средства, чтобы нанять тренера для национальной команды.

Сам Колосков тем временем утверждал, что и без того рассматривает возможность приглашения зарубежного специалиста. Еще во время чемпионата мира он в интервью "СЭ" заявил:

– В поисках зарубежного тренера для сборной России мы придерживаемся нескольких принципов. Первый – успешная деятельность специалиста именно на уровне сборных. Мел-лер-Нильсен и Эгиль Ульсен, добившиеся многого с командами Дании и Норвегии, этому критерию, безусловно, соответствуют. Но для того чтобы начать переговоры, мне необходимо поговорить с президентами футбольных федераций этих стран.

В ближайшие дни я проведу работу в этом направлении, и буду готов рассказать о ее результатах. Кандидатуру Марко Тарделли мне настоятельно рекомендовал Мишель Плати-ни. Они вместе играли за "Ювентус", и француз положительно отзывался и о деловых, и о человеческих качествах итальянца. Но, опять же, необходим разговор с президентом итальянской федерации. На днях буду обсуждать тренерскую тему и с ним, и с его немецким и испанским коллегами.

Еще один критерий – знание российского футбола. Мы не можем себе позволить, чтобы специалист полгода занимался только тем, что по слогам изучал фамилии игроков.

И, наконец, еще один необходимый критерий – коммуникабельность тренера, его стремление наладить контакт со своими российскими коллегами в клубах. "Делайте, как я скажу", – такой подход в России неприемлем. Наши ведущие специалисты – люди гордые и самодостаточные, разговор в приказном порядке с ними невозможен. А без поддержки клубных тренеров ни один самый выдающийся наставник не сможет добиться в сборной никаких успехов.

Несмотря на все эти заявления, ни у кого не было ощущения, что Колосков действительно хочет найти для сборной России сильного зарубежного специалиста. Но общественное мнение к тому моменту настолько для этого шага созрело, что он не мог рубануть сплеча – мол, не искал, не ищу и искать не буду. Тонкий дипломат, Вячеслав Иванович избрал иную тактику: дескать, нахожусь в каждодневном поиске, да вот только в Россию никто не рвется.

Может, никто и не рвался. Но верно ведь говорят, что под лежачий камень вода не течет…

На самом деле уверен: разговоры у Колоскова были, но сугубо абстрактные, для галочки. Ибо в тот момент Вячеслав Иванович всерьез никого не искал. Потому что кандидатура преемника уже была известна.

Валерий Газзаев.

В незримой очереди к трону в сборной настала, видимо, пора этого в высшей степени амбициозного тренера, чемпиона России 1995 года во главе владикавказского "Спартака-Алании".

Сам Валерий Георгиевич, весной 2002 года приступивший к работе в ЦСКА, рассказывал в своей книге с характерным для его натуры названием "Приговорен к победе":

"Так уж сложилось, что любой нормальный специалист мечтает о сборной. Я не просто мечтал, я всегда к ней готовился. И нисколько не сомневался, что буду ее возглавлять. Это знаменательное событие могло случиться и гораздо раньше, еще в 1998-м, после отставки Бышовца. Тогда на главный пост рассматривалось два кандидата: я и Романцев. Все точки над i должно было расставить голосование наставников клубов высшей лиги и чиновников РФС. По предварительной информации вроде бы побеждал я, но перед самой процедурой голосования возникла странная пауза. И в ходе нее многое поменялось. В итоге я набрал 9 голосов, а Алик (так Олега Ивановича называют те, с кем он играл), по-моему, 13. Знаю, что никто из функционеров меня не поддержал. Я постарался скрыть свою реакцию на случившееся. А реакция была болезненной. Даже излишне. Я посчитал такую развязку несправедливой, отчего мое желание стать главным тренером национальной дружины только окрепло. Да и злости профессиональной порядком добавилось.

…Своего очередного шанса я ждал более трех лет. И вот во время чемпионата мира 2002 года всем стало понятно, что произойдет смена главного тренера… Когда через несколько дней после возвращения нашей сборной из Японии (а я тогда с ЦСКА находился в Швейцарии) мне позвонил президент РФС Колосков, я воспринял это как само собой разумеющееся. Мне кажется, что Вячеслав Иванович даже и приглашения официального не делал, настолько все было очевидно. Мы лишь договорились о встрече, на которой нам следовало соблюсти определенные формальности. Никаких разногласий у нас не выявилось. Я, признаться, так до конца и не разобрался, почему мои предшественники постоянно сетовали на организационные и финансовые проблемы. Впрочем, меня это мало волнует. При мне команда ни в чем не нуждалась – Александр Тукманов и Вячеслав Колосков выполняли все свои обязательства. Более того, на фоне руководства "Динамо" и "Алании" последних лет, от которого я так натерпелся, чиновники Российского футбольного союза казались мне профессионалами".

Итак, Газзаев стал первым тренером, у которого не было претензий к РФС по организации дела. В начале их сотрудничество вообще было сплошь усеяно розами.

Только что все говорили о безнадежности современного футбольного поколения в России, а после газзаевского назначения Колосков вдруг на пресс-конференции в редакции "Известий" заявил:

– Пока нужно жить сегодняшним днем и стремиться выйти в финальную часть Евро-2004. Но с амбициями Валерия Георгиевича мы на чемпионате Европы вправе рассчитывать на призовые места, а на первенстве мира-наместо в восьмерке сильнейших. О как!

На другой встрече с журналистами, в редакции газеты "Мир новостей", президент РФС рассказал о перспективах сотрудничества с Газзаевым и много чего другого.

– У нас уже состоялись три рабочие встречи с Валерием Газзаевым, на которых мы обсудили все аспекты деятельности института сборных, – сказал Колосков. – Речь подробно шла не только о национальной команде, но и о молодежной. Поскольку мы рассчитываем, что Газзаев пришел по крайней мере на четыре года, то к следующему чемпионату мира значительная часть "молодежки" перейдет в первую сборную. Обсуждались условия обеспечения подготовки команды, финансовые условия для тренерского штаба и игроков. Разговор с новым главным тренером будет продолжен завтра в десять утра, а в полдень впервые за последние годы состоится тренерский совет, куда приглашены все наставники клубов премьер-лиги, а также ветераны, бывшие тренеры сборной страны.

– Какие вопросы на нем будут обсуждаться?

– Во-первых, взаимодействие сборной и клубов: от него зависит очень многое. Одно дело, когда клубный тренер напутствует игрока на защиту чести страны, и совсем другое, когда он говорит: "Береги себя, через три дня у команды ответственный матч". Конечно, пойдет речь о составе сборной: необходимо будет сформировать расширенный список из 30 игроков, из которых 20-22 будут призываться на конкретный матч. Без помощи клубных тренеров в этом вопросе также не обойтись.

– Будет ли заседание тренерского совета открытым для прессы?

– Конечно, не будет. Не надо смешивать понятия. Ваша газета критиковала меня за то, что исполком РФС, на котором выбирался главный тренер сборной, был закрытым. Но такая практика принята повсеместно! В МИДе на совещания с послами журналистов тоже не пускают.

Если деловая встреча – такая, как исполком или тренерский совет – будет проходить в присутствии 60 журналистов и 15 фотокамер, никакой серьезной работы не получится. При этом на пресс-конференции, которая состоится после тренерского совета, мы не собираемся ничего скрывать, будем подробно и честно отвечать на любые вопросы.

Со своей стороны, я всегда открыт для диалога с журналистами и полностью поддерживаю позицию Газзаева, который сказал о том, что открытость новой сборной будет максимальной.

Словом – полнейшая идиллия. Колоскова можно было понять. Кандидатуру Бышовца в 98-м ему навязали в политических кругах, Романцев был президенту антипатичен еще с 96-го. А тут – новый для сборной человек, который с Вячеславом Ивановичем испортить отношений еще не успел. Облегчение!

 

Сам Газзаев начал с того, что обнародовал десять принципов своей работы с национальной командой. Каждый из них был сколь справедлив, столь и очевиден. "10 принципов Газзаева" были поданы красиво, но вряд ли содержали в себе что-то революционное.

По большому счету, это была завернутая в блестящую обложку банальность. Некоторые пункты, полагаю, появились потому, что нужно было уколоть предшественника – Романцева. Хотя, может, вы посчитаете иначе.

1) В сборную будут привлекаться все сильнейшие на данный момент футболисты независимо от возраста, прежних заслуг, клубной принадлежности, личных отношений с тренерами сборной;

2) при формировании сборной будет соблюдаться принцип преемственности поколений;

3) сборная должна быть открыта для прессы, а ее игроки должны чувствовать себя представителями России, какие бы клубы они ни представляли;

4) в сборной должен быть создан психологический микроклимат, характерный для лидеров мирового футбола, обеспечивающий качественную работу, сплоченность и единение в игре, в стремлении к достижению целей;

5) каждый футболист должен расценивать вызов в сборную как важнейшее событие не только в своей спортивной карьере, ной в жизни;

6) наши тренеры будут наблюдать за всеми кандидатами в сборную, иметь постоянную информацию об их игровом и физическом состоянии;

7) тренеры сборной будут работать в постоянном контакте с клубными наставниками. Тренерский совет при Российском футбольном союзе должен стать совещательным рабочим органом;

8) молодежную сборную России необходимо рассматривать в тесной связи с национальной командой, привлекать к тренировкам первой сборной лучших молодых футболистов. В то же время необходимо учитывать турнирные интересы молодежной команды, поскольку ее успехи стимулируют прогресс молодых игроков;

9) деятельность всех сборных – от первой до самой младшей юношеской – должна замыкаться на главном тренере национальной команды, чтобы тактические задачи были понятны игрокам всех сборных;

10) необходимо построить современную учебно-тренировочную базу, сохранив на данном этапе идеальные условия для подготовки к важнейшим матчам в пансионате "Бор".

Ближайшая цель сборной – выход в финал чемпионата Ев-ропы-2004, создание команды, способной достойно выступить на Euro, а в перспективе – в отборочном турнире и играх мирового первенства-2006.

Основными стимулами для футболистов сборной России должны стать моральный, патриотический и спортивный, а система достойного материального поощрения будет основана на конечном результате.

О том, как эти десять принципов Газзаевым выполнялись, мы поговорим ниже.

Пока же – о главном камне преткновения, который появился и только ждал своего часа с момента прихода Валерия Георгиевича в сборную.

Совмещение постов.

В книге "Приговорен к победе" Газзаев объективно оценит фактор совместительства. Для меня это, кстати, стало откровением: вообще не думал, что этот тренер способен публично признавать свои ошибки. Раньше, по крайней мере, за ним такого не водилось.

"Сейчас-то прекрасно осознаю, что в сборной я был обречен. Расклад изначально был тупиковым. И отказаться от предложения Колоскова я не мог, и из клуба в разгар чемпионата да при действующем контракте уйти было нельзя. Но я верил в себя, и потому решил-таки отважиться на совмещение постов. В этом и скрывался корень всех бед. И не в энергетике даже дело-внутренние резервы в своем организме всегда можно изыскать. Хотя сил, конечно, и при полной мобилизации вряд ли на все хватит. Самое страшное, что точно не хватит эмоций. У ответственных людей, у людей, болезненно переживающих неудачи, всегда будут сложности с переключением с одной команды на другую. Ты постоянно будешь свои клубные проблемы притаскивать в сборную – и наоборот. Но и это еще не все минусы. Какой бы справедливый тренер ни был, в его действиях все равно будет прослеживаться предвзятость. Он-то искренне думает, что принимает объективные решения при выборе состава (я, кстати, и сейчас уверен в том, что все делал правильно), но на подсознательном уровне он, конечно, благоволит игрокам своего клуба. И ничего ты с этим не поделаешь – человек так устроен! Утверждать обратное – значит, заниматься самообманом".

Браво, Валерий Георгиевич! Без всякого сарказма – браво! До конца он, конечно, изменить себе не смог ("и сейчас уверен в том, что все делал правильно"), но суть бед, связанных с совмещением постов, отразил исчерпывающе.

Об одной только важной детали Газзаев в своей книге не упомянул. О том, что на исполкоме РФС было объявлено: совмещать посты он будет только до конца сезона-2002, затем же сосредоточится на сборной.

На пресс-конференции в редакции "Известий" я спросил Колоскова:

– Можете ли вы дать личную гарантию, что после окончания сезона Валерий Газзаев покинет пост главного тренера ЦСКА и сосредоточится на сборной?

– Да, могу. Об этом мы твердо договорились и с президентом армейского клуба Евгением Гинером, и с самим Газзаевым.

Блажен, кто верует. Никуда Газзаев зимой из ЦСКА не уйдет – хотя сезон-2002, на который ссылался в своей книге Валерий Георгиевич, был завершен. Кто, интересно, нарушил слово?

У меня есть предположение, почему первоначальная договоренность оказалась нарушенной, и в сезон-2003 Газзаев вновь вступил совместителем. Чемпионат 2002 года закончился тем, что в "золотом матче" на стадионе "Динамо" ЦСКА проиграл "Локомотиву".

В сборную он хотел уйти победителем. Не вышло. И он остался, зная, что в следующем сезоне для российского золота в ЦСКА будут созданы все условия. Не сомневаюсь: Газзаеву не дали сосредоточиться на сборной его бешеные амбиции.

– Где РФС возьмет деньги на зарплату освобожденному тренеру сборной Газзаеву? И какой она будет? – спросили Колоскова журналисты.

– Эти деньги уже есть. Они, во-первых, заработаны на чемпионате мира, а во-вторых, будут выделены нашими спонсорами, в частности, ТНК. Сумму будущей зарплаты главного тренера называть не буду. Но скажу, что она соответствует той зарплате, которую Газзаев получает в ЦСКА.

Сознательно ли Колосков вешал лапшу на уши журналистам – или действительно предполагал, что с зимы 2003-го Газзаев полностью сконцентируется на сборной? События, которые произойдут всего спустя полгода, заставят предполагать, что первая версия – ближе к истине.

В этом смысле показательны слова Газзаева уже в начале подготовки сборной к первому матчу отборочного цикла Еиго-2004 против Ирландии. Во время пресс-конференции в пресс-центре "Московского комсомольца" тренера спросили:

– Вы по-прежнему готовы оставить ЦСКА ради сборной после окончания сезона?

– Не хочу говорить об этой ситуации. Сегодня меня больше заботят проблемы сборной и клуба. А совмещение не столь важный вопрос… И не стоит на нем зацикливаться. Поверьте: корень неудачных выступлений национальной команды не в этом. У нас были и освобожденные тренеры, которые не выходили из отборочной группы…

В книге, вышедшей спустя четыре года, Газзаев выскажется совсем по-другому. Тогда же, ранней осенью 2002-го, он уже потихоньку начал готовить общественное мнение к невыполнению летней договоренности с РФС. По крайней мере, его нежелание уходить из ЦСКА из этой цитаты более чем очевидно.

@(r)@

Вскоре в печати был опубликован шокирующий "список 59". Если Колосков предполагал, что расширенный список кандидатов в сборную должен состоять из 30 человек, то Газзаев увеличил его вдвое!

Шеф отдела футбола "Спорт-Экспресса" Константин Кле-щев откликнулся на это событие не без иронии. В колонке под шапкой "Перебор!" он написал:

"Маловат получился расширенный список кандидатов в сборную России. Всего-то – 59 человек на многомиллионную страну, где футбол всегда считался видом спорта номер 1. Скромненько…

При желании можно было бы добавить в список еще семерых. Тогда Газзаев по крайней мере объяснил бы, что 3 по 22 – это три сборные. Главная – с Овчинниковым и Нигма-туллиным, Смертиным и Титовым, Кержаковым и Сычевым и другими надежными, заслуженными и талантливыми. Вторая – те, кто на подходе к главной. И третья – молодежь. Логично? Не уверен.

А можно было бы увеличить список человек на 50. Тогда получилось бы почти как у Марио Загалло, который перед чемпионатом мира 1998 года говорил, что в его записных книжках фамилии около трех сотен футболистов, достойных защищать цвета Бразилии. Логично? Не знаю.

Наконец, можно было бы за месяц, что Газзаев находится у руля сборной, решить, кто действительно нужен национальной команде. В нынешнем же варианте понятие "кандидат в сборную" выглядит слишком девальвированным – если, конечно, вкладывать в него высший смысл. Разве правильно определять круг наиболее достойных, элиту, механическим объединением игроков уровня (или близко к нему) первой и молодежной команд? Какая в этом логика, даже с учетом того, что двери сборной открыты для всех, главный критерий -форма футболиста, а в состав попадет лишь имеющий игровую практику (набор банальностей, которые произносят тренеры, продолжите сами)?

Считаю, Газзаеву уже сегодня мешает работа в клубе, хотя отборочные матчи Еиго-2004 еще не начались. Правда, проблему совмещения постов, судя по расширенному списку, решил без особого труда, включив в число кандидатов сразу 15 футболистов ЦСКА. Теперь все они, за исключением нескольких легионеров, будут у него постоянно перед глазами…

На мой взгляд, задачи, стоящие перед Газзаевым, намного серьезней, чем он предполагает. Жаль, если главный тренер сборной этого не понимает".

Этот комментарий – так уж сложились обстоятельства был опубликован в день рождения Валерия Георгиевича, и он, заподозрив злой умысел и желание журналистов побольнее его ужалить, на очередной пресс-конференции резко высказался в адрес "СЭ", назвав его ни много ни мало "антироссийской газетой" – и тем самым показав свое неумение держать удар. Чуть позже он извинился (причем не публично, а позвонив одному из руководителей издания). Но подобные демарши Газзаев позволит себе еще не раз…

Разумеется, выход материала именно в тот день имел отношение не ко дню рождения Газзаева, а к обнародованию "списка 59". Был информационный повод – вышел и материал. Не брать же было журналистам паузу, чтобы не обижать уважаемого специалиста! Или не менять же по такому случаю тональность с недоуменной на восхищенную! У Газзаева на этот счет, видимо, были свои представления…

В "списке 59" не оказалось многих ветеранов – Мостового, Карпина, Онопко, Черчесова, Никифорова, Аленичева, Чугайнова, Тетрадзе. Кто же, спросите, был? К примеру, совсем молодые ребята из дубля ЦСКА – Тлисов, Трипутень, Пиюк, которых за пределами армейского клуба мало кто знал. Заметной фигурой из них так никто и не стал. Наиболее тяжело сложилась судьба у Алексея Трипутеня, получившего тяжелую травму и вынужденного завершить спортивную карьеру. С деньгами на операцию ему помогали бывшие одноклубники… Сейчас Трипутень пробует себя в радио- и газетной журналистике. Молодому парню, фактически в начале карьеры вынужденно расставшемуся с делом своей жизни, хочется пожелать удачи.

В общем, "список 59" был чем-то весьма абстрактным и расплывчатым. Из него было ясно только то, на кого не будет делать ставку Газзаев. А вот на кого будет – надо было ждать.

Впрочем, концепция у Газзаева была. Которую, чуть-чуть утрируя, можно сформулировать так: "Главное, чтобы не как у Романцева".

В книге "Приговорен к победе" он писал:

"Оказавшись во главе сборной, я четко наметил себе генеральную линию – избрал революционный путь. У нас было достойное поколение 1969-1970 годов рождения – поколение, которое имело все основания рассчитывать на покорение больших высот. Но этого не случилось, время ушло безвозвратно. Конечно, проще было продолжать эксплуатировать тех ребят, и допускаю, что мы с ними без особых трудностей выбрались бы из группы. А что дальше? В 2004 – в год чемпионата Европы – им было бы капитально за тридцать. И физически, и психологически они бы уже не потянули. Поэтому нужно было идти ва-банк и чуть ли не полностью менять состав. Необходимо было воспитывать пускай и не такую талантливую, но куда более целеустремленную смену, в которой угадывалась бы перспектива.

Но прослойки среднего возраста у нас в стране не было, соответственно не было и преемственности. В свете развала Советского Союза и фактического уничтожения системы подготовки молодых спортсменов наш футбол потерял десять лет. За этот период в России появилась лишь одна, на мой взгляд, достойная фигура – это Леша Смер-тин. Новые дарования начали проклевываться в высшей лиге лишь в 2000-х. Появились Сычев, Игнашевич, братья Бере-зуцкие, Аршавин, Кержаков, Измайлов, Алдонин. По опыту работы вмолодежкея чувствовал, что у ребят новой волны твердый характер и увесистые амбиции И я сделал ставку на них, на тех, кому только предстояло самоутверждаться в профессиональном спорте. Я прекрасно осознавал, что мальчишкам не хватает опыта, что далеко не всеми навыками и умениями они обладают. Но если их не бросить на середину озера, они не научатся плавать. Конечно, я пытался утяжелить юную поросль уже обстрелянными бойцами, тем не менее я отдавал себе отчет в том, что на каком-то этапе сборная обязательно сделает шаг назад. Однако потом-то, – думал я, – она неминуемо прыгнет вперед и перелетит через ту пропасть, которую раньше даже и не пытались преодолеть.

…Моя революция была оправданна. Идея, программа, направление, подбор исполнителей – все было правильным. Я просто не успел довести начатое до конца".

 

Что всегда умел Валерий Георгиевич – так это заразить игроков своими эмоциями, энергетикой, влить в их игру страсть. А после аморфной, безжизненной сборной России образца ЧМ-2002 это было едва ли не главное, что болельщики жаждали увидеть. И уже в товарищеском матче с сильными шведами, в котором наши футболисты 90 минут владели инициативой, но в добавленное судьей время упустили победу, все это было. И Газзаев перед стартовым матчем отборочного турнира Euro-2004 заявил: "Можно надеяться, что в субботу стадион "Локомотив" будет заполнен: мне кажется, у болельщиков появилась вера в сборную, в то, что люди играют за нее не телом, а сердцем".

Газзаев вначале делал многое, чтобы понравиться общественному мнению. Например, капитаном сборной назначил Егора Титова – во-первых, игрока "Спартака" (что должно было свидетельствовать о беспристрастности), а во-вторых, футболиста, абсолютно не соответствовавшего представлениям тренера об игре центрального полузащитника. Доказательством тому – знаменитая в те годы фраза Газзаева: "Не знаю футболиста по фамилии Плеймейкер" и размышления на эту тему в книге "Приговорен к победе":

"Не очень-то понимаю, что под словом "плеймейкер" сегодня подразумевает общественность. В реальности есть игроки центральной оси, которые в равной степени должны выполнять как оборонительные, так и атакующие функции. Да, выделяются из них более искусные в созидании, но они все равно участвуют в черновой работе.

Вот взять пример ЦСКА-2005. Алдонин и Рахимич – два хавбека, выступающих в самой важной позиции. Их роли ключевые. Означает ли это, что их следует называть "плеймей-керами"? Вряд ли! Термин "плеймейкер" болельщики, видимо, используют в значении "дирижер". Какой дирижер?! Мы в XXI веке! Эра Платит осталась далеко позади. Людей на особом положении сегодня команда не потянет. Если уж кто-то хочет использовать слово "плеймейкер", то, намой взгляд, его как раз логичней адресовать всем игрокам группы атаки, в том числе и бровочникам. У них есть возможности для того, чтобы украшать футбол. Центральные же хавы – это трудяги".

Титов "трудягой" в газзаевском понимании не был никогда. Спрашивается – зачем тогда нужно было делать его капитаном? Кому нужна была эта показуха?

Кстати, жизнь сама опровергла ту газзаевскую теорию – и, по иронии судьбы, именно на примере клуба Валерия Георгиевича. Газзаев явно лукавит, рассказывая о ЦСКА образца 2005 года, выигравшем Кубок УЕФА. Действительно, опорных полузащитников Алдонина и Рахимича назвать плеймейкерами было невозможно. Но перед ними-то действовал бразилец Даниэль Карвалью, который самым что ни на есть образцово-показательным дирижером и являлся. В оборонительной работе не участвовал, зато пасы выдавал – пальчики оближешь. В финальном матче Кубка УЕФА против лиссабонского "Спортинга", выигранном – 3:1, на счету Карвалью оказались все три голевые передачи. Знакомство с футболистом по фамилии Плеймейкер принесло Газзаеву первый европейский трофей в российской истории – и после этого у него еще хватало упрямства строить "антидирижерские" теории!

Помимо откровенно популистского шага – назначения Титова – обратил на себя внимание еще один штрих. При прежнем руководстве сборной журналисты имели возможность наблюдать за тренировками в Бору лишь с небольшой трибуны, откуда детали – реплики игроков, их диалоги с тренерами, шутки – уловить было трудно. На первую тренировку при Газ-заеве репортеров на все время занятия пустили к самой кромке поля. Газзаев позже пояснил: "Миллионы болельщиков должны жить интересами и проблемами сборной, а это возможно только с помощью СМИ. Так будет и впредь".

"Впредь" продолжалось ровно до тех пор, пока сборная одерживала победы. После первого же поражения от Албании, к примеру, не вышло в эфир ток-шоу "Главная команда", которое с помпой проводилось в полгода газзаевских успехов. И это не была временная пауза: "Главная команда" скоропостижно скончалась. Равно как и "открытость" сборной Газзаева.

 

Поединок со шведами, кстати, ознаменовался сколь эффектной, столь и неоднозначной акцией. А именно – проводами из сборной Виктора Онопко. Многолетнего капитана команды, которому к тому моменту было всего 32 года, выпустили на первые полторы минуты встречи, после чего заменили, на мой взгляд, дав тем самым понять: по-настоящему в сборной на него больше не рассчитывают.

Вот строки из репортажа Дины Юрьевой, опубликованного в "СЭ":

"…диктор объявил. "Российский футбольный союз и Тюменская нефтяная компания сочли важным для истории нашего футбола отметить заслуги Виктора Онопко, сыгравшего сто матчей за национальную сборную". Президент УЕФА Леннарт Юханссон, глава РФС Вячеслав Колосков и председатель правления ТНК Виктор Вексельберг вручили юбиляру ключи от белого "Порше" с надписью "Онопко" на капоте, который стоял у бровки рядом с тренерской скамейкой шведов. (Ключи от второго такого же авто с фамилией "Сычев" были вручены юному нападающему "Спартака" и сборной как лучшему игроку сборной в матче Россия – Тунис на ЧМ-2002).

Идея вручить приз стоимостью 70 тысяч долларов пришла в голову руководителям ТНК и РФС неделю назад, расходы по приобретению автомобиля нефтяники и футбольный союз поделили пополам…

Зазвучал гимн России, и сразу вспомнилось, что только Онопко перед каждым матчем пел его слова…

Затем Онопко выполнил капитанские обязанности – поприветствовал судей, разыграл ворота, обменялся вымпелами со своим шведским коллегой, прибежал к центру поля и пожал руки каждому игроку российской сборной. Тут-то и произошел эпизод, мнения о котором разделились – то ли это сценарий, то ли экспромт. Смертин начал что-то объяснять главному арбитру, но тот безапелляционно отправил его за боковую. Таким образом Онопко вышел в стартовом составе на свой 101-й матч за сборную. Он сыграл в нем всего 90 секунд. А затем, уходя на замену, заботливо надел повязку вышедшему вместо него Смертину".

Онопко вручил повязку Смертину, а не Титову, поскольку тот был травмирован, в матче со Швецией участия не принимал, а в Бор приезжал только для участия в собрании команды, где и было объявлено о его назначении. Мой коллега по "СЭ" Вячеслав Короткий спросил спартаковца:

– Новое назначение стало неожиданным?

– Не совсем, – ответил Титов. – В моем возрасте удивляться не приходится. К тому же информация о том, что я могу стать капитаном, доходила до меня еще две недели назад. Другое дело, что в сборной, где собраны лучшие из лучших, каждый достоин капитанской повязки – чем хуже меня Юрий Ковтун, Сергей Овчинников или назначенный вице-капитаном Алексей Смертин?

Как видим, самого Онопко новый капитан в этом списке не упомянул. Это означало, что прощание Виктора со сборной (о котором, заметим, говорили все, кроме него самого) воспринималось футболистами как свершившийся факт. При том что сам Онопко накануне чествования заявил: "Даже не знаю, откуда появилась информация о завершении моих выступлений за сборную. Пока не собираюсь заканчивать карьеру. И если буду нужен сборной, всегда готов приехать".

Информация появилась из "списка 59", в котором фамилия Онопко не значилась…

А потом вдруг Газзаев понял, что нормальных защитников в стране – кот наплакал. После чего, не моргнув глазом, вызвал Онопко на матч с Ирландией, вновь сделал его игроком стартового состава и обо всяких проводах думать забыл. С одной стороны, это показало определенную гибкость Газзаева, его способность менять вроде бы уже принятое решение, если того требуют обстоятельства. Но зачем тогда утверждать в книге о революционном порыве, стремлении "разрушить мир до основанья, а затем…", желании пройти с молодежью через тернии к звездам, если на первый же официальный матч был возвращен самый опытный футболист предыдущего поколения?

 

Первый матч отборочного цикла получился великолепным. Ирландцы, прекрасно сыгравшие на чемпионате мира, были повержены со счетом 4:2. И это – несмотря на травму, полученную в последний момент Смертиным. Один из голов забил Владимир Бесчастных. Этот мяч окажется последним в его биографии как игрока национальной команды…

Публика и пресса были в восторге. "Игра от сердца!" -провозгласил, к примеру, "Спорт-Экспресс", обыграв тем самым коллективный предматчевый жест, когда исполнение гимна России все игроки сборной и ее тренерский штаб встречали с правой рукой, приложенной к сердцу.

В материале "Инъекция оптимизма" я написал:

"Газзаеву удаюсь нечто большее, чем взять три очка у главного конкурента за место на Евро-2004. За полтора часа Газзаев и его команда вернули нам давно (пожалуй, с 99-го года) забытое ощущение, что Россия может гордиться своей футбольной сборной. Так же, как в июне ирландцы гордились своей. Тоже – без звезд мирового масштаба, зато с духом, заставляющим об их отсутствии забыть.

"Не телом, а сердцем " – этот газзаевский призыв был услышан. В субботу наша команда играта сердцем, и переживали за нее тоже сердцем. От каждого сюжетного поворота, от каждого движения каждого игрока пробирачо с головы до пят. Любой, кому посчастливилось наблюдать за этим матчем, был словно теш, на черкизовском поле – отбирал мяч, как Алдонин, nacoeai, как Лоськов, бе.жт, как Кержаков, бил, как Несчастных. Сборкой Романцева (подчеркну: не 99-го, а 2002-го) сопереживать с той же силой от всей души хотелось, да почему-то не получалось…

…И совсем не хочется себе напоминать, что выигран лишь первый бой, а не война. И что, скажем, в отборочном цикле Евро-84 сборная Валерия Лобановского дома разгромила португальцев 5:0, а потом турнирные расклады сложились так, что минимальное поражение в Лиссабоне из-за выдуманного пенальти оставило сборную СССР за бортом чемпионата Европы.

Напоминать об этом, при всей, может быть, несвоевременности, надо. Во избежание затяжной эйфории, позволительной лишь в первые дни после такой победы".

Последние два абзаца я написал скорее для того, чтобы остудить самого себя от безоглядной радости от той вдохновенной победы. Но именно они окажутся пророческими…

Спустя месяц после Ирландии россияне должны были сыграть первый выездной матч цикла – в Грузии. Но встречу не удалось довести до конца. В конце первого тайма при счете 0:0 на стадионе в Тбилиси погасло освещение, восстановить которое не удалось. Переигровка была назначена на следующую весну. Неприятно было и то, что исполнение гимна России сопровождалось оглушительным свистом, а в автобус сборной, выезжавший с арены после досрочного завершения поединка, обрушился град камней, перебивший стекла. Правда, в Тбилиси утверждали, что это произошло по вине грузинского водителя автобуса, который слишком резко направил автобус прямо в толпу и тем самым спровоцировал людей, взвинченных отменой матча, на хулиганские действия.

Легендарный телекомментатор Котэ Махарадзе настолько переживал случившееся, до такой степени не скрывал стыда за своих соотечественников, что ночью его забрали в больницу с тяжелым сердечным приступом. Оправиться от которого Котэ Ивановичу так и не удалось…

Эта трагическая история лишний раз говорит о том. что футбол – далеко не только игра. Это срез жизни, который вызывает у людей самые настоящие, самые сильные чувства. И когда кто-то, не задумываясь о последствиях, совершает на футбольном поле или за его пределами какие-то постыдные поступки, я вспоминаю именно историю смерти Махарадзе.

…Л сборная России продолжила набирать висты. Следующий матч – дома с Албанией – был впервые проведен в Волгограде, и если в Москве на подобного рода поединок пришли бы тысяч1 пять-семь болельщиков, то не перекормленный большим футболом волгоградский зритель заполнил стадион и с энтузиазмом поддерживал команду Газзаева. И она победила 4:1. После чего восторженные заголовки наподобие "Эта сборная хочет в себя влюбить" (такая шапка была опубликована в "СЭ") появились едва ли не в каждой газете.

Я же спустя день написал:

"Для начат представим новую сборную России в роли старинного знакомого, которого не видели тысячу лет. Какие эмоции, какую степень фамильярности избрать в минуту долгожданной встречи? Как со стороны оценить то. как он. этот знакомый, себя вел. что сделен и кем к моменту свидания стал?

Мне кажется, для первой встречи лучше всего подойдет крепкое мужское рукопожатие. И в Черкизове, и в Волгограде сборная была талантлива, весела и неравнодушна – а за спайку этих достоинств можно простить и отдельные шероховатости.

Впрочем, стоп. Объятия и лобызания предлагаю приберечь до более близкого знакомства – пока мы не до конца знаем, что у нашего "приятеля" за душой. Если переводить на язык футбола – только предстоит выяснить, как, например, эта сборная играет на выезде. Тайм в Тбилиси не в счет: никому не дано знать, педантично ли выполняла команда Газзаева тренерскую установку на малозрелищное, но эффективное изматывание соперника или же у нее попросту не шла собственная игра. Любые споры на этот счет бессмысленны, потому что судить о 45-минутном матче – все равно что оценивать постановку пьесы, недоигранной из-за обрушившихся во время антракта декораций.

Неизвестно также, как новая сборная умеет держать удар, то есть реагировать на первый гол в матче, пропущенный в свои ворота: оба раза мы забивали первыми. Команды Газзаева времен его тренерской юности отличались как раз тем, что, если они открывали счет, остановить их было почти невозможно, зато если это делал соперник, – то приключались 0:6 от "Айнт-рахта" и 2:7 от "Рейнджере". Впрочем, с тех пор тренер внес существенные коррективы даже в свою тактическую концепцию, не говоря уже о накопленном опыте".

На положительных эмоциях от старта сборной в отборочном цикле РФС и Газзаеву оказалось легко "протащить" решение о продолжении совмещения постов в сборной и ЦСКА. В декабре Колосков дал пресс-конференцию, после которой стало ясно: летом, утверждая обратное, обе стороны развели общественность, по модному нынче выражению, "как лохов".

– Вам какого решения хотелось бы? – спросили Колоскова.

– Чтобы Газзаев работал и в клубе, и в сборной. Но большинство членов исполкома против этого.

– Тренер клуба, работающий со сборной, – мы это уже проходили…

– У нас было и по-другому, а результат тот же – провал. Я исхожу из того, что тренер должен каждый день работать. Иначе он теряет квалификацию, остроту восприятия происходящего на футбольном поле. Вспоминаю слова Анатолия Тарасова о том, что тренер подобен дрессировщику: день не побывал у тигра в клетке -рискует в следующий раз быть съеденным.

– Итак, можно предсказать, что Газзаев останется в ЦСКА, – вряд ли Гинер пожелает с ним расстаться.

– Ранее я говорил, что многое будет зависеть от желания самого Газзаева и достигнутого результата. Сегодня результат вроде бы устраивает всех: и сборная начала неплохо, и ЦСКА прогрессирует заметно.

– Словом, вы считаете, что совмещение не во вред?

– В данной и конкретной ситуации – нет.

– А вот Феллер сразу ушел из клуба, как только возглавил сборную Германии!

– Там другие традиции.

 

Ссылаться на "другие традиции" в России всегда любили -утверждая, что у нее свой, особый путь, почему-то в корне отличающийся от цивилизованного. Приводило это чаще всего, правда, к национальным катастрофам.

В футбольной России первый акт этой катастрофы случился 29 марта 2003 года. Наша сборная со счетом 1:3 проиграла Албании. В городе Шкодер, по дороге в который из столицы Тираны чаще можно было встретить не автомобили, а запряженных повозками… ослов, команда Газзаева не просто проиграла, но и сыграла убого. Было вдвойне горько, что произошло это в нищей стране, где на воротах главного стадиона в Тиране мальчишки сушат одежду, а за углом трибун в Шкодере громоздятся развалины.

Я написал в "СЭ": "Команда Газзаева, конечно, еще может выйти в финальный турнир чемпионата Европы. Не в будущем результате дело. И даже не в чудовищном субботнем – чего в жизни не бывает. Дело в ошеломительном ощущении, что "карлик" сыграл в футбол лучше нас. Такое случилось в первый раз, и невозможно выдумать разочарования страшнее.

Счет на шкодерском табло – к чему лукавить? – был идеально точным отражением игры. Единственный за весь матч удар в створ албанских ворот – убийственный ответ на попытку оправданий главного тренера на послематчевой пресс-конференции: "Мы проиграли не по своей вине. Все голы в наши ворота были забиты с нарушением правил". И это – о полутора часах стыда, который заливает лицо краской".

О выступлении Валерия Георгиевича на пресс-конференции я упомянул не случайно. Своей весьма спорной по фактам и постыдной по смыслу ссылкой на необъективное судейство главный тренер перечеркнул многое из того хорошего, что было сделано в сборной предьшущей осенью.

Похоже, после победы над Ирландией и Газзаеву, и игрокам, и журналистам с болельщиками изменило чувство реальности. Восхитительное, но сиюминутное превращение Золушки в Принцессу вскружило всем во главе с Газзаевым головы. Безликий тайм в Тбилиси, правда, насторожил, но четыре гола албанцам в Волгограде укрепили в сладкой иллюзии, которую мы и заморозили на зиму. Победы в межсезонье в контрольных матчах на Кипре над аборигенами и "домоткаными" румынами, двоих из которых позже не взяли даже в кровоточащий "Спартак", окончательно обесточили блок питания бдительности у сборной, укрепили вальяжное ощущение мира, лежащего у ее ног.

А по весне иллюзии испарились – вместе с осенней свежестью эмоций, всегда сопровождающей приход нового тренера. Оказалось, что мало играть только сердцем (действительно красивая и заслуживающая уважения формула Газзаева), -надо уметь играть еще ногами и головой. Даже в Албании.

Наряду с мудростью у сборной России отсутствовала и юная лихость – та самая "игра сердцем". Ни опыта, ни молодости -такой странной была команда албанского образца. Глядя, как прямолинейно бодается наша первая сборная с дубом албанского прессинга, помноженного на немецкую дисциплину, думалось: как же команде не хватает озорства Измайлова, Арша-вина, Сычева! А невключение в заявку Хохлова и отказ от приглашения Титова обернулись тем, что в запасе был только один полузащитник-созидатель, и тот фланговый.

…29 марта 1997 года сборная России под руководством Бориса Игнатьева в кипрском Паралимни свела вничью с хозяевами отборочный матч ЧМ-98, и это показалось нам унизительным. 29 марта 2003 года в албанском Шкодере крупно проиграла сборная Газзаева. Что оставалось делать – кивать на заколдованную дату? А может, искать причины субботнего происшествия, равных которому в истории российского футбола еще не" было?

 

С турнирной точки зрения проигрыш Албании был менее значим, чем с моральной. А вот следующее поражение -30 апреля в переигровке в Грузии со счетом 0:1 – уже поставило поездку на чемпионат Европы под серьезнейшую угрозу. Хорватский тренер грузин Иво Шушак и автор гола, сидевший тогда в глубоком резерве "Локомотива" Малхаз Асатиани, нанесли российской сборной вторую оплеуху кряду. Благотворительность нашей команды не знала границ: и для Албании, и для Грузии выигрыши у России стали первыми победами в том отборочном цикле!

Никакой атмосферы враждебности на сей раз в Тбилиси не было: говорю об этом как человек, который провел те дни в Грузии. Да и вообще, только политики-популисты придавали октябрьским событиям 2002 года заведомо антироссийскую окраску, пытаясь на этой почве раздуть конфликт между российским и грузинским народами. В апреле 2003-го прием российским гостям был оказан самый теплый, а ради автора этих строк, приглашенного утром в день вылета в Москву на шашлык в древнюю грузинскую столицу Мцхета, даже был задержан на час… рейсовый самолет. Чего только не сделаешь ради дорогих гостей!

0:1 – лучшее, что могло ее ждать при таком качестве игры.

За день до матча на тбилисском стадионе "Локомотив" у Газзаева спросили, сколько раз он просматривал запись албанского фиаско. Тот ответил: ни разу. Более того – вообще не видел смысла этого делать. Из слов тренера напрашивался вывод: детальный анализ болезненного, но далеко не фатального проигрыша произведен не был. К тому же еще в Шкодере главной причиной поражения Газзаев назвал судейские ошибки, что могло расхолодить игроков. Какой смысл копаться в себе, если твой тренер публично возлагает вину на арбитра? Допускаю, что его высказывание (в дальнейшем, кстати, ни разу не списанное на послематчевые эмоции) стало первым шагом к тбилисской неудаче.

"Руки у сердца" у команды Газзаева вновь не было. Зато она была у грузин, чей настрой лучше всех выразился во фразе защитника Давида Квирквелия: "Я был готов вырвать из груди сердце и положить его на поле". Больно было смотреть, как наши игроки, даже проигрывая, вяло катали мяч по своей половине поля. На следующий день одна из грузинских газет предпослала тексту на своем языке русскую шапку: "Бежали робкие россияне". Возразить такому язвительному "ремиксу" Лермонтова, увы, было нечего.

Газзаев повторил "ноу-хау" Анатолия Бышовца времен матча с Исландией: роль единственного форварда в Тбилиси выполнял номинальный полузащитник Семак. Результат получился точно таким же, как и в Рейкьявике. Кержаков с Сычевым в стартовый состав не попали. При этом у россиян не только забивать, но и обороняться было некому: в составе появился защитник Евсиков, чьей единственной заслугой было то, что он – игрок ЦСКА. Не знаю ни одного другого тренера, который привлек бы этого футболиста в национальную команду – как и форварда армейского клуба Попова. После отставки Газзаева речи о том, чтобы Евсиков или Попов играли за сборную, больше не заходило никогда. Во всех своих интервью Газзаев вспоминает о братьях Березуцких, которых "вывел в люди" вопреки общественному мнению – и это действительно так. Но почему-то о Евсикове и Попове тренер не упоминает нигде…

Еще одна спорная привычка, вошедшая у тренеров нашей сборной в традицию – произвольно тасовать амплуа игроков.

В Тбилиси это, помимо Семака, коснулось впервые за долгое время вызванного в команду Аленичева. За день до матча я спросил хавбека португальского "Порту", когда он в последний раз играл на позиции правого полузащитника. "В 97-м, в "Спартаке"", – ответил он. Вряд ли в такой ситуации можно было ожидать от него выдающейся игры на позиции, требующей специфических навыков.

Вызвали большое сожаление поступки Газзаева не только во время, но и после игры. И не у меня одного. Грузинская газета "Олимп" на следующий день написала: "Валерий Георгиевич, вы, когда были игроком, знали, что победа и поражение – братья. Почему же теперь не пришли на пресс-конференцию? Почему не поздравили Иво Шушака с его первой победой, не пожали ему руку? Горечь поражений надо уметь переживать по-мужски".

Итак, Газзаев, после ЧМ-2002 пообещавший максимальную открытость сборной для прессы, пошел по пути Романцева и после поражения не явился на встречу с журналистами. Недаром говорят, что нутро человека становится ясно не во времена успехов, а в минуты неудач.

Поражения от скромных соперников Газзаев в книге "Приговорен к победе" объяснил так: "Перед поездкой в Албанию травмировалось несколько ребят, на которых я рассчитывал. И мне пришлось, к огромной радости публики, прибегнуть к помощи опытных сборников, игравших по устоявшимся тогда в российском футболе канонам. Они и моих требований не приняли, и свои навыки не показали. Мы провалились с треском". Не говоря уже о том, что Газзаев перепутал матчи с Албанией и Грузией, виноваты у него вновь оказались игроки…

Колосков после матча заявил, что с Газзаевым ему предстоит провести "серьезный разговор". Возникло чувство, что безоблачные прежде отношения президента РФС с главным тренером сборной начали давать трещину.

Подтвердил это в своей книге "Приговорен к победе" и сам Газзаев:

"Работалось нам с Колосковым нормально, грех жаловаться. Но как национальную команду затрясло, все резко поменялось. Вячеслав Иванович не только блеснул ораторским искусством, он стал меня сторониться. Такое ощущение, что боялся запачкаться в тех помоях, которые на меня выливали. В итоге Колосков, пускай и косвенно, посодействовал тому, что я подал в отставку".

Газзаев упомянул о "помоях", которые на него-де выливали. Это вообще долгое время была его любимая тема. Почему-то Валерию Георгиевичу не приходило в голову, что эти самые "помои" он лил на себя сам – поражениями в Албании и Грузии и, что очень важно, собственной на них реакцией. После нее мало у кого возникало желание сочувствовать Газзаеву и поддерживать его в трудную минуту.

Видимо, тренер этого так и не понял. В книге "Приговорен к победе" Валерий Георгиевич в своей эмоциональной манере говорил:

"Никогда не бывает так, что ты поднимаешься исключительно вверх. Случаются падения, пробуксовки. И вот такой жестокий этап в судьбе сборной России настал. За ним неминуемо последовал бы подъем-требовалось лишь чуть-чуть потерпеть. Однако в этот самый момент на нас набросились все кому не лень. Все произошло настолько молниеносно, что я даже не успел заметить, как плюс поменялся на минус. Обрушившийся прессинг нам жутко мешал, бил по неокрепшей психике ребят. Общественность пыталась нас закопать и абсолютно все, что касалось сборной, воспринимала в штыки. Это было чудовищно! С такой оголтелостью в словах и извращенностью в мыслях я прежде не сталкивался. Естественно, у меня все это вызвало отторжение. Когда мне попадалось какое-нибудь издание, где сборную втаптывали в грязь, я комкал его и выбрасывал: видел я вас с вашими статьями в одном месте!"

Спасибо Газзаеву за откровенность: о подобном "вдумчивом" отношении к критике мне не доводилось слышать ни от одного тренера. А что до критики, то Валерий Георгиевич, видимо, никогда не читал английскую или итальянскую прессу после неудачных матчей их сборных. То, что происходит в России, – это детский лепет по сравнению с тем, что пишется на туманном Альбионе или Апеннинах. Вообще, работа с национальной командой предполагает готовность к самой жестокой критике, поскольку каждый матч сборной пресса и болельщики оценивают по высшему счету. "Проходных" поединков у нее не бывает.

В июне сборная России поехала на отборочный матч в Швейцарию. И к 20-й минуте уже проигрывала со счетом 0:2. В этот момент все уже попрощались с чемпионатом Европы. Но хозяева, с невероятной легкостью добыв преимущество, успокоились и позволили нашей команде сравнять счет. Оба гола – один с игры, один с весьма спорного пенальти – забил защитник Игнашевич. В Базеле на судейство испанца Ибанье-са нашей команде жаловаться уж точно было нельзя…

Базельское спасение нашей сборной было сродни внезапному исцелению смертельного больного. Лихорадочная поступь российского канатоходца над полем стадиона "Санкт-Якоб" в первые 20 минут встречи настолько не предполагала благополучной развязки, что о ее природе спорили еще долго. Тем более что при счете 2:2 швейцарцы могли столько раз забить третий гол, что их неспособность сделать это смог бы объяснить только вратарь Овчинников…

После ничьей в Швейцарии я написал в "СЭ" материал под заголовком "Выздоровление или агония?" Свою позицию об итогах года работы Газзаева со сборной мне показалось уместным высказать именно в момент, когда эмоции – будь то победные или проигрышные – не могли захлестнуть ни меня самого, ни болельщиков. Ничья создает наиболее ровное настроение для работы над аналитической публикацией. Вот ряд отрывков из нее.

"Так безвольно мои команды не играли никогда", – сказал Газзаев о поражении в Тбилиси, забыв, видимо, и 0:6 его "Динамо" от немецкого "Айнтрахта", и 2:7 его "Алании" от шотландского "Рейнджере". Но даже не в этом дело: в диагностике футбольных неудач слово "безволие" меня вообще настораживает. Оно слишком абстрактно и уводит от сути.

Безволие – это когда у игроков ничего не получается, и в результате они опускают руки. Выходит, оно – следствие, а не причина!

…Газзаева, человека эмоционального, бросает то в жар, то в холод – такова, убежден, первая причина. Пусть многие недовольны тем, как играет ЦСКА, но там Валерий Георгиевич по крайней мере упрямо гнет свою линию. В сборной же тренер второй матч подряд вносит по шесть (!) изменений в стартовый состав – о какой сыгранности тут можно говорить?!

Немного статистики: в пяти с половиной (включая осенний тайм в Тбилиси) официальных матчах отборочного цикла Евро-2004 на поле выходили 29 футболистов, заявлено на эти встречи было 34, а вызывалось в команду меньше чем за год – и вовсе 44! Для сравнения: Валерий Лобановский за весь отбор к Евро-88 задействовал 25 игроков, Анатолий Бышовец к Евро-92 – вообще 23. Да и те же 29 у Олега Романцева к Евро-96 объяснялись лишь тем, что в заведомо проходных матчах с Сан-Марино и Фарерами он дал поиграть Писареву, Кечинову, Мухамадиеву, Черышеву и Лебедю, ни одного из которых в более серьезных матчах не выпустил. То есть реальное количество романцевских бойцов -24. А в нынешней сборной их уже 29. И это – при крамольности одной только мысли о проходных матчах…

Помнится, Газзаев в прошлом году очень обижался, когда газеты язвили по поводу его приснопамятного июльского списка 59 кандидатов в сборную. Восклицал: мол, неужели непонятно, что перечень этот сугубо расширенный и включает кандидатов в молодежку?

На деле вышло, что число реальных сборников неудержимо приближается к тому, виртуальному. Матч в Базеле подарил нам трех игроков, впервые появившихся в стартовом составе, В. Березуцкого, Попова и Ковтуна плюс вышедшего на замену Быстрова и запасного Булыкина. И так – каждый раз. С моей точки зрения, это означает одно: национальная команда превращается в проходной двор.

Значимость вызова в сборную девальвируется – и это при том, что в одном из своих "Десяти принципов" на инаугурационном исполкоме РФС ("СЭ" от 21 августа 2002 года) Газзаев заявил: "Каждый футболист должен расценивать вызов в сборную как важнейшее событие не только в своей спортивной карьере, но и в жизни!" Еще несколько красноречивых цифр.

За десять прошедших месяцев в сборную вызывались 15 (!) игроков ЦСКА. Девять из них выходили на поле в отборочном турнире, восемь – в стартовом составе. Если прикинуть, что три незыблемые позиции в армейском клубе занимают легионеры Ярошик, Рахимич и Шершун, картина выходит странная. Лобановский – и тот из запасных своего великого киевского "Динамо" приглашал в сборную лишь Евтушенко, забивавшего почти при каждом появлении на поле. В частности, в финале Кубка кубков…

Даже если не касаться скользкой темы личной выгоды тренера-совместителя, нередко желающего искусственно поднять рыночную цену игрока своего клуба (об этом, например, недвусмысленно говорил Сергей Юран за сутки до матча во время ток-шоу на "7ТВ"), кадровая необъективность Газзаева, считаю, очевидна. Помните ли вы, например, что на заре его работы со сборной туда приглашались Даев и Лактионов? Один был игроком ЦСКА, о другом говорили как о потенциальном армейце. Так же, как и о Хохлове, пребывание которого на скамейке "Реала Сосьедад" не помешало Газзаеву вызвать его зимой на "Турнир четырех", где он забил победный мяч Кипру.

Но как только выяснялось, что этих игроков в ЦСКА не будет, приглашения в сборную отчего-то прекращались…

После выхода в Базеле пяти игроков ЦСКА в стартовом составе и еще одного – на замену невозможно не вспомнить пресс-конференцию Колоскова в пресс-центре "Известий" сразу после газзаевского назначения. Я тогда спросил президента РФС, может ли он дать личные гарантии, что после окончания сезона Газзаев уйдет из ЦСКА. "Да, могу, – ответил Колосков. – На этот счет есть твердая договоренность с президентом ЦСКА Евгением Гинером и самим Газзаевым". Девять месяцев спустя, во время "Прямой линии" в "МК", глава российского футбола заявит, что решение исполкома РФС о нежелательности совмещения, безусловно, было, но сам он никаких обещаний не давал…

Спросите, что изменилось бы, если бы Газзаев сегодня не работал в ЦСКА… Давайте ответим хотя бы на один вопрос: вышел бы тогда в стартовом составе в Базеле Попов, а не Сычев? Вот и весь сказ.

Почти год работы Газзаева стал, на мой взгляд, ярчайшим доказательством "от противного", что сборной нужен иностранный тренер. Объективный и неангажированный. И дело тут не столько в личности Газзаева (хотя и в ней тоже): практика показывает, что "приватизация" сборной, увы, заложена в кодекс поведения любого российского специалиста.

"В сборную будут привлекаться все сильнейшие на данный момент футболисты, независимо от возраста, прежних заслуг, клубной принадлежности, личных отношений с тренерами сборной", – вот, кстати, еще один пункт из "Десяти принципов" Газзаева (да еще и под номером 1), который так и остался декларацией. Как остался ею и пункт 7: "…Тренерский совет при Российском футбольном союзе должен стать совещательным рабочим органом". "Рабочий орган" собирался ровно один раз – как только Газзаев был назначен.

А вот что гласит пункт 4: "В сборной должен быть создан психологический микроклимат, характерный для лидеров мирового футбола".

Микроклимат, как известно, во многом определяет капитан. Что имел в виду Газзаев, волевым решением вручив повязку Егору Титову, понять невозможно.

Капитан "Спартака" явно не вписывается в концепцию главного тренера сборной, и прошлогодняя травма, как и ее последствия, тут ни при чем. В таком случае назначение Титова можно считать футбольно-политическим ходом – чтобы общественность сразу же поверила в беспристрастность нового тренера. Но если бы Газзаев по-настоящему делал ставку на Титова, то не проигнорировал бы его уже в двух матчах этого сезона-в Албании и Швейцарии. Капитан сборной, которого не вызывают, – это ли не абсурд, и как к этому может относиться команда?

…Пишу эти строки и прекрасно понимаю: кто-то с изложенными мною мыслями согласится, кто-то с ожесточением отбросит газету. Одни посчитают удивительную базель-скую ничью шагом к выздоровлению, другие – бесполезным продолжением агонии. Но в любом случае субботний матч поставил слишком много вопросов. И я посчитал своим долгом попытаться ответить на них.

Есть, правда, и еще один вопрос: может ли сборная со всем ворохом ее проблем все-таки выйти на чемпионат Европы? Да, может. Посредственный состав 10-й отборочной группы (Швейцария с Ирландией не входят в элиту), удачные для нас сентябрьские сроки решающих матчей, наконец, безудержная энергетика Газзаева-"настройщика" – все это, вполне возможно, сыграет в нашу пользу. Правда, с такой же вероятностью и не сыграет.

Только вот, если мы все же добьемся успеха, смысла в поездке такой команды в Португалию будет, по моему разумению, даже меньше, чем прошлогодней сборной Олега Романцева в Японию. И это самое печальное.

 

Если Газзаев причисляет этот текст к категории "помоев", то ему остается только посочувствовать. Голые факты, цифры и логические выводы из того и другого – не более. Тренер почувствовал себя затравленным, но он сам сделал все для того, чтобы таковым стать.

Тем временем ЦСКА под его руководством уверенно лидировал в чемпионате России. Вот только лидерству этому никто не умилялся: футбол команда показывала бесхитростный, простой – порой до примитива, – и грубый. Брала не умом, а напором и нахрапом. Да и методы достижения результата за пределами поля у многих вызывали вопросы. А потому, чтобы разобраться, что к чему, все ждали выхода армейцев на международную арену – в Лигу чемпионов. Успешное выступление в этом турнире сняло бы если не все эти вопросы, то значительную их часть.

А вместо этого ЦСКА во втором квалификационном раунде Лиги чемпионов сенсационно вылетел от скромнейшего "Вардара" из Македонии. Произошло это в начале августа, и вот тут-то на Газзаева действительно обрушился девятый вал критики, которую он назвал "помоями".

Никто не спорит: мы, журналисты, тоже далеки от идеала. Можем заблуждаться, порой нас захлестывают эмоции, иногда мы перегибаем палку с формулировками, не слишком тщательно выбираем выражения и потом об этом жалеем. А все потому, что мы – живые люди.

После первого матча против "Вардара", проигранного ЦСКА на своем поле – 1:2, я, как теперь понимаю, перешел грань допустимого, назвав Газзаева в комментарии для "Спорт-Экспресса" "тренером для внутреннего пользования". Это клише я обосновал статистикой: за 11 лет он не прошел ни одного соперника в еврокубках, за исключением украинского "Днепра" в квалификации Кубка УЕФА-97. Зато получил уже упомянутые 0:6 и 2:7, а также 0:4 от бельгийского "Андерлехта", 0:3 от венгерского МТК, 1:3 от норвежского "Лиллестрема".

Но, как бы безобразно ни выступал клуб или сборная, нельзя вешать на человека ярлыки – вроде "тренера для внутреннего пользования". Что жизнь и доказала два года спустя.

После окончания чемпионата-2003, завершившегося победой ЦСКА, президент клуба Евгений Гинер, к изумлению Газзаева, уволил его с занимаемой должности. В книге "Приговорен к победе" тренер написал: "Я так и не разгадал загадку, на каком основании руководство рассталось с тренером, приведшим команду к чемпионству. Кстати, сегодня я уже с трудом верю, что со мной так поступили. Кажется, это был сон. Жуткий и неприятный".

Не такая уж и сложная она, эта загадка…

Гинер, будучи умным руководителем, знал цену всему, что происходило в 2003 году, и принял жесткое решение. А через полгода… вернул Газзаева обратно. К тому времени специалист, побыв полгода без работы, не мог не подумать над случившимся – и кое-что для себя явно пересмотрел. Футбол, в который потом заиграл ЦСКА, резко отличался от игры армейцев в 2003-м. И привело это к тому, что закаленный невзгодами Газзаев получил от судьбы полновесную компенсацию за все годы неудач – и весной 2005-го выиграл Кубок УЕФА. Я же после 3:0 в полуфинале у "Пармы" перед ним через газету за "тренера для внутреннего пользования" совершенно искренне извинился…

Но это будет нескоро. К середине же 2003-го поражения в Албании и Грузии морально надломили Газзаева, а "Вардар" -так просто добил. Ответный матч в Скопье завершился вничью, ЦСКА бесславно вылетел из Лиги чемпионов, и я на страницах "СЭ" поделился мыслями о том, что нас ждет дальше:

"Все познается в сравнении Год назад мы искренне возмущались минимальными проигрышами японцам и бельгийцам в финальной стадии чемпионата мира и шестью поражениями "Спартака" в основной сетке Лиги чемпионов с общим счетом 1:18. Сегодня же, в безвременье Албании, Грузии и Македонии, на память приходит грустный анекдот о двух приятелях, один из которых как-то пожаловался другому на черную полосу в своей жизни. А год спустя при встрече заявил: "Помнишь мои слова о черной полосе? Так вот, это была – белая".

Лигу чемпионов-2003/04 армейцам, конечно, уже не вернешь. А вот шанс вскочить на подножку разгоняющегося поезда в Португалию еще есть. Но в это с трудом верится при тренере, который за рулем новенького "Мерседеса" не способен обогнать македонский "Запорожец".

Такие поражения нельзя раскладывать на составные части, допытываться, кто и в каком игровом эпизоде набедокурил. После таких поражений надо уходить. И из клуба, и – тем более – из сборной. Потому что тренер, который проигрывает "Вардару" и сам же признается, что "команда не готова к Лиге чемпионов", не может выйти в финал чемпионата Европы Тем более что эту необъяснимую "неготовность" не спишешь на загруженность в сборной: последний раз национальная команда собиралась два месяца назад.

…После ЧМ-2002 невообразимо хотелось перемен – и ирландско-албанский эмоциональный всплеск создал иллюзию, что они произошли. В чем сегодня остается только каяться. И делать вывод: в том, что всего за год отношение к его сборной круто изменилось, виноват только сам Гяззаев.

Понимают ли это руководители нашего футбола? Собираются ли как-то реагировать на катастрофу в Скопье?

Вчера утром я позвонил Вячеславу Колоскову и задал один вопрос:

– Может ли продолжать работу в национальной сборной человек, который проигрывает "Вардару"?

– Если честно, вы застали меня этим вопросом врасплох, -ответил Колосков. – В принципе, конечно, может – несчастный случай с каждым может произойти, и я не готов результат одной игры экстраполировать на все тренерское будущее Газзаева. В конце концов, ЦСКА – лидер чемпионата России. Но, конечно, возникает тревога за моральное состояние тренера после такого поражения. Если уж веемы не просто огорчены, а ошарашены, то можно представить его ощущения, которые усилены еще и тем, что "Вардар" прошел ЦСКА в канун дня рождения тренера. В понедельник я намерен встретиться с Валерием Георгиевичем, чтобы понять, насколько он устойчив перед подобными стрессами. Ведь от этого во многом зависит результат матча в Дублине. Только после этой беседы смогу высказаться более определенно.

…Колоскову самое время забыть о своей дипломатичности. Шанс поехать на чемпионат Европы еще есть – и упустить его президент РФС может только собственным бездействием. Оставив в сборной тренера, не пустившего один из самых богатых клубов Восточной Европы даже в третий отборочный раунд Лиги чемпионов".

 

Финальный акт драмы под названием "Газзаев и сборная" наступил в том же августе.

Сборная России проиграла на своем поле товарищеский матч команде Израиля – 1:2.

А потом произошли события, которые Колосков и Газзаев в своих книгах трактуют совершенно по-разному. Приведу обе версии.

Вячеслав Колосков, "В игре и вне игры":

"После поражения в товарищеском матче с израильтянами Газзаев сказал журналистам: "Сборная неуправляема".

…С пресс-конференции Валерий Георгиевич ушел, оставив меня отвечать на вопросы. Беседа с прессой продолжалась два часа и свелась к тому, что лучших футболистов, чем те, которые были на поле, у нас нет.

На следующий день, рассчитывая на то, что Газзаев немного успокоился, мы позвонили ему, но он подтвердил мне и Александру Тукманову, моему заместителю, что в сборную не вернется".

Следует добавить, что в интервью, которое он дал "СЭ" через пару часов после матча, Колосков заявил:

– На собрании команды сразу же после матча Газзаев объявил, что уходит в отставку с поста главного тренера сборной. Утром мы встретимся, и если он не изменит своего решения, то отставка будет принята.

Валерий Газзаев, "Приговорен к победе":

"Поражения от Грузии и Албании по сей день со мной. Это мой стимул – стимул никогда не повторить подобного.

Несмотря на то, что творилось тем летом, я не потерял самообладания. Более того, я понимал, как исправить ситуацию. Но многие из футболистов стали заложниками настроений толпы и уже были не способны "переваривать" тяжелейшие моральные нагрузки. Безусловно, для того, чтобы окрепнуть, нам нужно было пройти через испытания, но не через такие же! Считаю, для того, чтобы выбраться из кризиса, нам не хватило лишь одной победы, дальше бы все потихонечку нормализовалось…

После злополучного матча с Израилем и моей затянувшейся беседы с игроками мы с Колосковым договорились в горячке не принимать никаких решений и не делать никаких политических заявлений. Нам предстояло встретиться на следующий день и все обсудить. Поэтому я, как мог, держался и ни о какой отставке на послематчевой пресс-конференции даже не заикался.

Когда Вячеслав Иванович вышел к журналистам, я уже ехал домой. Телефон отключил – не до него мне было. Просто вместе со мной в машине находился Саша Стельмах (друг Газзаева, менеджер ЦСКА и тогда – сборной. – Прим. И. Р.), и ему на мобильный позвонил один уважаемый мною корреспондент, который и пересказал мне выступление президента РФС. На вопрос: "Если завтра Газзаев подаст в отставку, вы ее примете?" Колосков ответил: "Да".

Ну, у меня кровь и забурлила. Включил свой телефон, набрал Колоскова – не отвечает. Через какое-то время перезванивает: Валерий Георгиевич, ну мы с вами завтра встречаемся?

– А зачем мы с вами будем завтра встречаться?! Вы же уже все сказали! Нам с вами не по пути. Ищите нового тренера! И говорить нам с вами больше не о чем.

Бросил трубку. После этого мы с экс-президентом РФС встречались лишь раз. На моем 50-летии.

Если бы Вячеслав Иванович тогда повел себя иначе, не исключаю, я и остался бы. Тот уход был, пожалуй, самым нелогичным из всех моих уходов. И самым обидным!"

В другом отрывке той же книги Газзаев, вроде бы говоривший, что работалось с Колосковым ему неплохо, вдруг набросился на бывшего президента РФС со всей пылкостью своей натуры. Хотя, надо заметить, некоторые аргументы Валерия Георгиевича (особенно если бы они были облечены в иную форму) вполне обоснованны.

"Любопытно было, как на проблемах сборной многие пытались сделать себе хороший пиар, продемонстрировать всем свои скрытые таланты и "патриотизм". Особенно по части популистских заявлений преуспел незабвенный Вячеслав Иванович.

…За результат-то отвечают непосредственно представители нашей профессии. Как только начинались неудачи, Вячеслав Иванович сам всем об этом напоминал. Потому и оказывались крайними Бышовец, Романцев, Газзаев. Потому и продержался Колосков четверть века в своем кресле, невзирая на то, что последняя наша победа при нем была одержана в 1988 году.

Часто я возвращаюсь к тем событиям. Анализирую и все прокручиваю в сотый, наверное, раз. После первого тайма в матче с Израилем я сделал семь замен. Экспериментальный спарриг, хотелось посмотреть и новых кандидатов, и новые сочетания. Вроде бы нет ничего криминального в том поражении. Но сам факт. Атмосфера. Мнения. Предательство! Вот я и плюнул на все это: найдите того, кто для вас будет лучше, чем я.

Хотя убежден, я бы вывел команду на чемпионат Европы и имел бы неплохие предпосылки для того, чтобы кое-чего там с ней добиться.

Тренер должен работать с национальной дружиной как минимум четыре года. Тогда и придет результат. А то пошла у нас нездоровая тенденция: расставаться с человеком посередине пути. Когда при нем Россия потеряет все шансы, вот тогда да – снимайте. Но пока ничего не потеряно, дайте ему возможность спокойно довести до ума начатое. Все эти игры в спасателей и чудотворцев только во вред. К тому же они, как наркотик, вызывают привыкание, и с каждым разом пауза между приемами дозы уменьшается".

Главу, в которой все эти цитаты приведены, Газзаев назвал красноречиво: "Сильную личность всегда будут ненавидеть". Вот только интересно, почему почти все журналисты и подавляющая часть болельщиков великолепно относятся к Юрию Семину? Почему так любили Виктора Прокопенко, которого не стало в 2007 году? Почему с таким уважением относятся к Гусу Хиддинку? Они что – не сильные личности? А может, просто эти люди умеют себя достойно, не теряя лица, вести в любой жизненной ситуации – и тем самым вызывают симпатию окружающих? "Ненавидят" же не сильную личность, а человека, чье поведение и отношение к людям целиком и полностью зависит от показываемых его командой результатов?

Нет спору: Газзаев – сильный тренер, который многого в своей карьере (в особенности уже после сборной) добился. И не отдать ему за это должное нельзя. Но в силу своего характера он – как, впрочем, и Романцев – не создан для того, чтобы завоевать симпатии всей страны. Потому что для болельщика национальной команды очень важно не только профессиональное, но и человеческое. Тренер сборной должен олицетворять для людей житейскую мудрость, которой в 2003 году Валерию Георгиевичу, увы, не хватило.

На отставку Газзаева не замедлил отреагировать Анатолий Бышовец, заявивший: "Ход событий легко прогнозировался, он – результат порочного круга в российском футболе, который замкнулся на Газзаеве". Работа самого Бышовца со сборной, особенно в 98-м, была далека от совершенства, однако здесь с ним трудно было не согласиться…

И еще. Тенденция бросаться из крайности в крайность не изменила Газзаеву даже на страницах его книги "Приговорен к победе", название которой с учетом количества и масштаба неудач в его карьере само по себе выглядит неуместно. Я уже приводил цитату, из которой следовало, что руководителям РФС в отношении него не хватило терпения – одна победа, и все пошло бы как по маслу. Направление, мол, было выбрано верное.

Но вот – отрывок из вступления к книге.

"Для меня и сегодня оскорбительны воспоминания о том, что сборная под моим руководством товарищеский матч с Израилем провела откровенно наплевательски. Вроде бы ничего тогда страшного не случилось, ну, сыграли не так, как хотелось. Но я не мог после этого оставаться на своем посту. Я сорок минут в раздевалке говорил футболистам все, что о них думал. Всем вместе и каждому по отдельности, не подбирая выражений! Я и сейчас им это сказал бы и хлопнул дверью так, как тогда.

Я всегда, за единственным исключением, уходил сам… Во всех ситуациях можно было притвориться, что все нормально, остаться и продолжать работать. Допускаю, я до сих пор возглавлял бы сборную России, но это было бы предательством самого себя".

Серьезные нестыковки обнаруживаются в версиях Валерия Георгиевича. С одной стороны, на послематчевой прессконференции они с Колосковым договорились скоропалительных решений не принимать, обсудить ситуацию на следующий день. И решение, по этой версии, он принял, лишь узнав о высказывании Колоскова в разговоре с журналистами. По другой, только что процитированной, он не мог оставаться на своем посту после "наплевательского" отношения игроков к своим обязанностям в матче с Израилем, высказав им все, что думает. Газзаев сам не заметил, что одно исключает другое.

Да и вообще, если футболисты плюют на тренера в важнейший для него момент, кто в этом может быть виноват, кроме самого тренера – так и не сумевшего добиться от них преданности и веры?..

"Игроки осознали, что самоотдача во встречах за сборную должна быть запредельной, и, кроме того, доказали: они патриоты".

Эту фразу Газзаев произнес в сентябре 2002 года, после матча с Ирландией. За какой-то год "патриоты" превратились в безразличных к национальной команде людей. Разумеется, в глазах ее бывшего тренера.

Довелось где-то услышать грустную сентенцию: "Есть футбол южноамериканский, где главное – чтобы все было красиво, есть футбол европейский, где главное – чтобы все было эффективно. А есть футбол российский, в котором главное -найти, на кого свалить".

Теги: сборная России по футболу, история футбола, Евро-2008.

    Загрузка...

    Полное библиографическое описание

    • Автор

      Первый автор
      Рабинер Игорь
    • Заглавие

      Основное
      Глава V. Крах с рукой у сердца
    • Источник

      Заглавие
      Наша футбольная Russia
      Дата
      2008
      Обозначение и номер части
      Глава V. Крах с рукой у сердца
    • Рубрики

      Предметная рубрика
      Профессиональный спорт
    • Языки текста

      Язык текста
      Русский
    • Электронный адрес

    Рабинер Игорь — Глава V. Крах с рукой у сердца // Наша футбольная Russia. - 2008.Глава V. Крах с рукой у сердца.

    Посмотреть полное описание