Сергей Никоненко: игра на деньги приводит к духовному обнищанию

Сергей Петрович, вас с нашим журналом связывает давняя дружба. Еще в 2004 году вы были лицом Фабрики «Старт» и давали интервью нашему «Бильярдному миру». За эти годы вы не расстались с бильярдом?

– Не только не расстался, а в прошлом году в апреле месяце стал призером очень престижного турнира между артистами и ведущими ТВ, эстрады, театра, кино. Кроме людей искусства и телевидения в нем при- нимали участие и другие известные люди, политики, например Пал Палыч Бородин. Играли мы в «амери- канку». Турнир проходил в Москве, в бильярдной при клубе «Кино» в Олимпийском. Я занял на нем почетное третье место. Соперники мне достались весьма достойные. Первым был режиссер телевидения Александр Орлов, муж Аллы Будницкой, мы знакомы больше сорока лет, и я прекрасно знаю, что он играет головы на две выше меня. Внутренне я был уверен, что ему проиграю, что он очень легко со мной разделается. Игра шла до двух побед, и первую партию он достаточно легко выиграл. Я был готов уже к тому, что проиграю, но во второй партии он расслабился, и я у него выиграл, счет стал один–один. Играем контру, кто выиграет, тот идет дальше, кто проиграл – тот вылетает. И тут мне еще везение, фортуна помогла, у меня упали три подарочных шара или, как их называют, «дураки». Для одной партии это очень серьезно. И я обыграл Орлова. А дальше я обыграл продюсера и спонсора турнира, он прилично играет, но где-то мы на равных, я был осторожен и выиграл. Очень легко далась победа над Яковом Брандтом, врачом, телеведущим, 2:0. Потом я обошел Андрея Макаревича. Проиграл только Александру Малинину, который стал чемпионом этого турнира. Второе место занял покойный уже, к сожалению, Борис Хмельницкий.

– Вы помните свое ощущение, когда впервые взял в руки кий?

– Вам рассказать про ощущение от того маленького бильярдика, где стальные шарики и маленькие палочки-кии? (смеется). Их можно было толкать по борту, они и по борту падали. Нет, конечно же, это не бильярд. Настоящий бильярд я видел в 1954 году в Театре киноактера, у нас была бильярдная, там стояли два очень хороших стола, один из них старинный, и шары были из слоновой кости, так что мне еще удалось поиграть на кости. Там был маркер, время стоило недорого, там я и полюбил бильярд, и научился играть. Все ошибки, которые делают начинающие бильярдисты, я делал, конечно. Сейчас могу сказать, что, если хочешь научиться играть, надо сразу идти к учителю, чтобы тебе показали главные премудрости игры. «Учись, мой сын, наука сокращает нам опыт быстротечной жизни». А я на собственном опыте все проходил, поэтому процесс был довольно длительный. Заниматься постоянно и времени не было, хотя эта игра меня очень завораживает. Вообще трудно понять, бильярд – это спорт или искусство. Я видел, как разные люди играли в бильярд, и про игру некоторых можно с уверенностью сказать, что это именно искусство. Например, артист цирка, жонглер Николай Ольховиков грандиозно совершенно играл на бильярде, особенно в русскую пирамиду. Я играл даже с Игорем Александровичем Моисеевым, он необыкновенно красиво играл на бильярде! Вообще говоря, это был удивительной красоты человек, и все, что он ни делал, он делал красиво. Он часто играл, у него практика была очень серьезная. Герасимов, мой учитель любил бильярд, но у него времени маловато было.

– А вы кому-нибудь передали умение играть в бильярд? Рассказали о тонкостях игры?

– Ну, по крайней мере, сыну. Мне за фильм «Классик» подарили стол и грамоту вручили «За неоценимый вклад в развитие бильярдного спорта», которая разрешает мне в клубе «Кино» играть бесплатно в любое время. Там мы с сыном и упражнялись. А я, в свою очередь, уже покойному другу своему Александру Абдулову на его пятидесятилетие подарил кий, на котором написал: «Гению от Классика».

– Каким кием вы играете?

– Кий у меня не очень дорогой, нормальный кий. Достаточно ровный, не прыгает буграми. Разные кии бывают, как разные столы бывают. Некоторым нравится, чтобы потяжелее был, кто-то предпочитает полегче. Наверное, мой кий – это мой вариант, или я просто привык к нему. Кстати, за выигрыш в турнире, о котором я говорил раньше, мне его и подарили. Денежный приз и кий. Так что я получил полное удовольствие, и не только от призов! За бильярдом на турнирах же главный приз – это встреча. Встретишься, поговоришь, руку пожмешь старым друзьям, и хорошо от этого.

– Вы азартный человек? Насколько важно для вас взять партию?

– Я достаточно азартен, особенно в молодости был. Сейчас я уже умею управлять своим азартом. Мне глав- ное – участие в игре. Выиграть хочется, конечно, если у партнера класс повыше, пробуешь хитрить, пробуешь психологические какие-то моменты, но если он выше, то выше. Потом же в бильярде еще бывает так, что вдруг что-то открывается, и у тебя абсолютно все сбывается, все происходит, все хорошо. Или наоборот, все перекрывается, все окна, двери, и полный пролет, полная темнота, полный стоп, простого шара забить не можешь! Вот от чего это зависит, это понять очень сложно. Возможно, это недоверие начинается самому себе. Ты не положил одного, второго, третьего, и суммарно это дает иное качество игры. А в это время партнер уже четыре положил себе на полку (смеется).

– Кого вы вините в проигрышах? Вы не склонны винить шар, например, в том, что он что-то делает не так?

– На шар я никогда не грешил, я грешил только на себя. У нас в Доме кино был маркер старый, он говорил: «Чаще мели, вернее бери». А то еще вот так над нами подшучивал: «Я думал, ты плохо играешь, а ты совсем не умеешь!». Бывает, так и происходит. Иногда плохо играешь, а иногда как будто совсем не умеешь. Практика нужна, практика! Я вот сына научил, и у него вдруг откуда-то взялась такая потрясающая кладка! Особенно дальнобойные шары, через всю поляну, через весь стол! Удивительно получается! А иногда небрежно играет, и прямого шара в угол может не положить. Ну как так? Я и себя спрашиваю иногда: как? А вот так!

– Есть такие партии, которые вы помните на протяжении долгих лет?

– Конечно! Приятель у меня есть один, он так переживает, когда проигрывает. Мы с ним играли однажды, первую партию он выиграл – счастливый, вторую выиграл я, и он вдруг как молоко от лимонной кислоты сворачивается, начинает желваками играть. Смешно на это смотреть. Играем третью, счет семь–один, он выигрывает. И вдруг я кладу семь безответных шаров, все остальные. И из этих семи четыре были «дураки»! Вот так бывает, поймаешь кураж, шар падает, еще и второй падает.

– Как часто вам удается поиграть?

– Редко, очень редко, к сожалению. Хотелось бы играть каждый день, хотя бы по часику, но не получается. Даже вот подарочный бильярд у меня дома стоит, но и на нем не получается. Работы много. И сын не так часто играет, как хотелось бы. Он сейчас окончил высшие режиссерские курсы, ему уже за 30. Перед этим он учился на инязе, поработал в бизнесе, но все же пошел на эти курсы, хочет работать в кино.

– Профессия режиссера – благодарная? Желали ли вы сыну такой судьбы?

– Она непростая, эта профессия, но если начинает что-то складываться, то необыкновенно интересная жизнь может получиться. Так, наверное, во всех профессиях.

– В какой ипостаси вам удобнее, режиссера или актера?

– Мне в любой ипостаси удобно, лишь бы процесс творчества был, лишь бы можно было что-то изобретать, что-то придумывать, что-то по-другому сыграть.

– А в бильярд вы на интерес играете?

– На поцелуи (смеется). Я нормально отношусь к ставкам, но сам на деньги не играю. Я играл довольно азартно в карты на деньги, но в 73 году, крупно выиграв, очень крупно, решил завязать с этим. Вот такая ко мне пришла идея. Не продолжать игру на деньги, а прекратить. Я понял, что это все приведет к обнищанию даже не материальному, а духовному. Все это ведет к продаже внутри тебя, к обмену духовного на материальное. А я этого не хочу.