Записки футболиста

Новая пора

Автор:
Федотов Григорий
Источник:
Издательство:
Глава:
Новая пора
Виды спорта:
Футбол
Рубрики:
Персоны
Регионы:
РОССИЯ
Рассказать|
Аннотация

Годен! «Защита отечества есть священный долг каждого гражданина СССР», — так записано в нашей Конституции, названной по имени ее творца Сталинской. С глубоким волнением входил я в военкомат в день, когда пришел мой черед быть призванным на военную службу. — Здоров! — сказал, улыбаясь, врач. — Годен

Новая пора

На штурм ворот

Фото: На штурм ворот

Годен!

«Защита отечества есть священный долг каждого гражданина СССР», — так записано в нашей Конституции, названной по имени ее творца Сталинской.

С глубоким волнением входил я в военкомат в день, когда пришел мой черед быть призванным на военную службу.

— Здоров! — сказал, улыбаясь, врач. — Годен хоть в пехоту, хоть в моряки, в общем на какую угодно службу!

Добрым словом помянул я еще раз физическую культуру, спорт, сделавших меня крепким, сильным, выносливым и закаленным.

Спустя несколько дней, простясь с заводским коллективом, цехом, с товарищами, я, рядовой боец славной Краснознаменной Московской пролетарской дивизии, нес военную службу. Началось учение, строевые занятия, горячие солдатские будни.

Настала в моей жизни новая пора. Когда я думаю об этом времени сейчас, первое, что вспоминается мне, это крепкая дружба молодежи, пришедшей в солдатское общежитие. Незнакомые прежде, мы сразу нашли общий язык, общие интересы. Общность цели объединила нас. Мы понимали, в какой напряженной международной обстановке строит, творит наше первое в мире социалистическое государство. На громадном пространстве — от Гибралтарского пролива до Шанхая — шла война. На востоке японские империалисты по- разбойничьи вторглись в Китай, на западе гитлеровская Германия оккупировала Австрию. Более полумиллиарда населения земного шара оказалось втянутым в войну, развязанную агрессорами при поддержке Уолл-стрита и Сити.

Мы знали, с какой ненавистью смотрят на нашу социалистическую родину фашистские захватчики всех мастей. Мы понимали, как важно для каждого из нас быть умелым боевым защитником мирного труда народа, из которого мы вышли. Мы старались быть дисциплинированными солдатами, внимательными слушателями на занятиях. Как когда-то в детстве хорошо становилось на душе от похвалы учителя в школе, так теперь целый день бывало ходишь радостным, если скупой на слова командир скажет после строевой учебы или политбеседы: «Неплохо для начала, красноармеец Григорий Федотов!»

Ошибка тренера

Физическая культура и спорт отлично развиты в нашей Советской Армии. Были среди нас, солдат, гимнасты, штангисты, легкоатлеты, футболисты, пловцы...

Продолжая нести службу в части, я в свободное от занятий время начал тренировку в новом для меня футбольном коллективе Центрального Дома Красной Армии имени М. В. Фрунзе.

Коллектив этот уже тогда пользовался репутацией одного из старейших и лучших в Москве. Он возник еще в 1923 году, когда была создана так называемая Опытно-показательная площадка всевобуча (ОППВ), ставшая спортивным центром армейских физкультурников. Тогда же начала свой спортивный путь футбольная команда, получившая вскоре широкую известность. Коллектив армейских футболистов был непременным участником соревнований на первенство столицы, выигрывал звание чемпиона Москвы. Лучшие игроки армейской команды входили в состав сборных команд СССР и РСФСР. С весны 1936 года команда ЦДКА в числе ведущих команд выступала в соревнованиях на первенство страны по футболу.

Мой приход в коллектив армейских футболистов совпал с периодом, который я бы назвал «болезнью роста» команды. Своеобразная создалась в то время обстановка в коллективе. Было в нем немало опытных, сильных игроков, игравших не один год в команде. Был тренер, сам в прошлом большой мастер футбола. Вместе со мной пришли в команду и другие молодые игроки. Казалось бы, есть все условия для формирования боевого коллектива, и бесспорно для чуткого и волевого тренера-воспитателя не представляло бы большого труда, зная характеры и особенности каждого из своих воспитанников, сформировать не только отличную команду, но и крепкое товарищество.

К сожалению, тренер не оказался достаточно чутким и умелым. Не знаю, можно ли его винить в этом. Повторяю, это был в свое время хороший мастер. Работал он с нами с душой, отдавая без остатка весь свой опыт, навыки, знания.

Но ведь время у нас идет быстро. Требования вчерашнего дня очень скоро оказываются устаревшими. Вспоминая сейчас нашу армейскую команду того времени, о котором идет речь, я яснее, чем тогда, понимаю, что наш тренер не поспевал за ходом событий. Не сумел он понять, что наш футбол, как и спорт вообще, — это действительно искусство. Конечно, наш тренер понимал, что играть так, как играли лет десять или даже пять назад, команда не может. Добросовестно старался он подметить новинки, перенести их в игру своей команды. Но ведь требовалось не только это. Хороший тренер должен быть прежде всего воспитателем коллектива и, кроме того, смелым новатором. Опираясь в своей работе на коллектив, организуя и направляя его инициативу, руководитель создает не просто команду, составленную из одиннадцати футболистов, а настоящее творческое содружество. Широчайшие возможности спортивного роста открываются тогда перед командой. Такого содружества в нашей армейской команде в то время еще не было. Оно пришло позднее.

К предстоящему летнему сезону 1938 года готовились мы старательно. Было известно, что в отличие от прошлых лет на этот раз в соревнованиях на первенство страны по группе «А» примет участие значительно большее количество коллективов. Футбол рос не по дням, а по часам. Двадцать шесть команд мастеров вошли в число сильнейших. Среди них было немало молодых коллективов, игравших ранее в других группах. Несмотря на серьезную, казалось, подготовку сезон наша команда начала с крупного поражения. Играли мы с командой «Стахановец» в Донбассе, в городе Сталино. Большое впечатление произвел на меня этот рабочий шахтерский город, весь какой-то особенно светлый, новый, зеленый. Если что там и осталось от прежней Юзовки, так, может быть, только небо, которого прежде, наверное, и не замечали усталые от тяжелого труда шахтеры.

Мы ездили на шахты, видели чистые, уютные шахтерские поселки с парками, садами, клубами, школами, спортивными площадками у подножья гор вынутой из недр земли породы.

Спускались в забои. По всей земле прогремела трудовая слава советских шахтеров, когда простой забойщик шахты «Центральная-Ирмино» Алексей Стаханов вырубил за одну смену столько угля, сколько не вырубал до него никто в мире! Мы узнали, что рекорд зачинателя новаторского движения, охватившего всю страну, стал теперь на шахтах Донбасса чуть ли не нормальной выработкой и что давно уж он перекрыт другими. Там, в забое, мы крепко пожимали руки белозубым молодым шахтерам, гордясь ими, радуясь их победам.

Помню, вечером накануне состязания нас пригласили на концерт во Дворец культуры. Выступали участники шахтерских кружков художественной самодеятельности. Как хорошо играли, пели, танцевали горняки! От всей души мы вместе со всем залом аплодировали артистам, незадолго перед концертом поднявшимся из глубин земли. Как было это все непохоже на то, что мне приходилось читать о горняцкой доле шахтеров Южного Уэльса или Рура!

В день игры на стадионе собралось едва ли не все население города. Встретили наше появление на поле дружным приветственным гулом. Есть в Сталино одна достопримечательность: огромная гора вынутой породы. Эта гора высится как раз над стадионом. И в дни интересных футбольных встреч на ней нет пустого места. От вершины до подножья сидят на вей ребята, живой кажется гора.

...Началась игра. Молодая команда горняков играла с большим подъемом, слаженно, напористо. Было очень жарко в этот день, но футболисты «Стахановца» сразу же предложили нам такой высокий темп игры, что нам, опытным игрокам, было довольно трудно его выдерживать.

Весьма возможно, что в технике игры мы их превосходили. Но играли мы разрозненно, отдельными прорывами, много суетились. Обыгрывая противника в единоборстве, не успевали разыграть ни одной комбинации так, чтобы она не была разгадана и предупреждена.

Шахтеры выиграли встречу. Победа их была убедительной и полной. Четыре раза нам приходилось начинать с центра, в то время как их вратарь не пропустил ни одного мяча.

Почему так случилось? Возвращаясь домой в Москву, мы еще в вагоне поезда много и горячо спорили, разбирая игру. Нападение, как это часто бывает, склонно было во всем обвинять защиту. В свою очередь, защита совершенно справедливо напоминала нам, нападающим, что забивать мячи в чужие ворота — это наша прямая обязанность и что если бы мы были достаточно активны в атаках, то, само собой понятно, игра меньше бы велась у наших ворот.

Словом, поспорили. А вывод? Ведь это вовсе не так просто пропустить за 90 минут игры четыре мяча, не забив ни одного! Значит, какой-то серьезный недостаток есть в игре нашей команды.

Подумав, решили — основная беда в том, что нет у нас на поле взаимопонимания, чувства локтя Недостаточно сыгрались.

На тренировках стали обращать особое внимание на проведение внезапных и неожиданных комбинаций. Это помогло нам улучшить игру. Однако чувство неудовлетворенности не проходило. Наконец мы поняли, что все-таки играем не так, как могли бы. Нехватало главного: интересных тактических находок. Хорошо понимая свои задачи на поле, мы не смогли найти нового в тактике игры команды. А это было необходимо. Возросшее мастерство команд требовало перестройки игры, новых, более гибких тактических форм.

Вот по этому руслу и надо было направить усилия коллектива! Тренер сделать этого не сумел. Правильный путь подсказали товарищи по спортивной борьбе на футбольном поле. Тем и характерен и замечателен наш спорт, что растем мы вместе, помогая друг другу, взаимно обогащаясь опытом друг друга, подсказывая верные решения, побуждая друг друга к росту.

Общими силами

Советские футболисты никогда строго не ограничивали себя рамками схемы. В этом принципиальное отличие нашей спортивной школы от буржуазного спорта. История нашего советского футбола — это непрерывный процесс исканий.

В конце сороковых годов этот процесс стал особенно активным. И не случайно. Есть общее, близкое в том подъеме, который происходил на футбольных полях, с новаторством в цехах, шахтах, на стройках — по всей стране.

В сущности, те же условия подготовили бурный производственный рост молодежи и рост ее спортивного мастерства, подобно тому как широчайшее по размаху техническое образование рабочих масс, овладение ими техникой вызвало к жизни новаторское стахановское движение, массовое физическое воспитание молодежи, на основе комплекса норм ГТО подготовило и ускорило процесс овладения спортивным мастерством. «...У нас в физкультурном движении участвуют миллионы,— говорил М. И. Калинин. — И, разумеется, в среде этих миллионов скорее можно найти таланты, чем в тысячах, и в тысячах легче найти таланты, чем в сотнях».

В спортивные секции коллективов шла закаленная, физически разносторонне развитая молодежь со значком «ГТО» на груди. Терпеливо учась, перенимая опыт старшего поколения, она смело шла вперед, отвоевывая у времени секунды, расширяя представление о мастерстве.

Молодежь пополнила и наши футбольные команды. Футбол стал еще более массовым. Росло мастерство молодежи, и ей, техничной, выносливой, казались узкими прежние тактические рамки.

В этот период в нашу армейскую команду пришли молодые футболисты — Алексей Гринин, Владимир Никаноров, Валентин Николаев, Александр Прохоров и другие. Все они были значкистами ГТО, и у каждого за плечами оказался пусть еще небольшой, но боевой стаж футбольных поединков в юношеских командах.

Владимир Никаноров, молодой силач, кстати сказать, хороший борец, занял место в воротах. Уже на первой тренировке он показал себя замечательным вратарем! Его внешне простая, без всякой рисовки игра была, быть может, не столь эффектна, но зато надежна.

Алексей Гринин оказался полезнейшим для коллектива игроком, настоящим правым крайним нападения нового типа. Наше нападение получило хорошее пополнение и в лице Валентина Николаева. Техничный, с огоньком, на редкость работоспособный, с хорошо отработанными ударами с обеих ног, молодой полусредний сразу прочно занял место в нашей пятерке. В защиту пришел Александр Прохоров, цепкий, неутомимый, способный наглухо закрыть любого нападающего... То, что происходило у нас, было и в других коллективах. В Сталинграде в местной команде «Трактор» появился совсем молодой центральный нападающий Александр Пономарев, о котором защитники других команд говорили: «Трудно с ним! Как не держишь, обязательно найдет лазейку к воротам, а если нет, — ударит издалека, да так точно, именно туда, куда надо...» В тбилисском «Динамо» вышел на поле нападающий Борис Пайчадзе. Молодой футболист умел, как никто, пожалуй, спокойно, умно, точно сыграть в самый напряженный момент, мгновенно оценив обстановку.

Я мог бы и дальше вспоминать имена молодых футболистов, пришедших в команды мастеров в то время. Но дело не в именах. Пришло новое поколение мастеров. Их выдвинула из широких своих рядов физкультурная молодежь с боевым наказом: «Вперед, товарищи, смелее!» И этот боевой наказ молодежи футболисты выполняли с честью!

Приток свежих молодых сил придал нашим исканиям на футбольных полях значительно более активный наступательный характер. Иным становился у нас футбол. Решающие изменения в тактике игры претерпевали все линии в команде. От прежней системы — пять в линию — отошли, по существу, уже все коллективы. В условиях напряженных спортивных встреч протекал процесс становления новой, более гибкой атакующей системы, условно называемой «системой трех защитников».

Что же происходило на футбольных полях?

Как я уже упоминал, наша защита с приходом в нее третьего центрального защитника стала применять тактику подвижной обороны — держания игроков противника в сочетании с игрой в зонах. Трудны и многообразны стали обязанности защитника, Держать игрока нападения, быстрого, техничного, напористого, — это практически значит перехватывать все адресованные ему мячи, атаковать его в момент приема мяча, — иными словами, стараться предупреждать игру нападающего, не давать ему играть.

Конечно, это очень нелегко! Здесь нужны тонкое понимание игры, постоянное внимание, большая физическая выносливость и быстрота.

Но держать «своего» нападающего — лишь одна из обязанностей. Защитник должен уметь сочетать это с игрой в своей зоне, чтобы, во-первых, неотрывно следя за ходом игры, уметь во-время выйти на мяч и, во- вторых, прийти на помощь партнерам по защите в момент угрозы воротам, откуда бы она ни возникла.

Если в наших командах Сложная тактика подвижной обороны очень скоро нашла широкое распространение, то именно потому, что на стадионы пришла молодежь, отлично закаленная, с хорошей техникой, с хорошо развитым беспокойным чувством нового. Иначе стали играть полузащитники. На их плечи легла тяжесть «опеки» полусредних, быстрых и энергичных, то-есть защитные функции на дальних подступах к своим воротам и помощь своему нападению, в атакующих действиях которого полузащитники стали принимать активное участие.

Энергичные поиски нового происходили в игре нападающих. Тактика держания игроков, принятая защитой, очень затруднила игру нападения. Трудно стало подходить к воротам, трудно забивать голы. Одно время существовало мнение, что в новых условиях защиты центральные нападающие должны играть таранно, то- есть выдвинувшись несколько вперед, должны уметь пройти, протаранить защиту. Именно так играл одно время в московском «Динамо» Сергей Соловьев, напористый, техничный, физически сильный футболист. Но центр-таран было лобовым решением. Очень скоро футболисты пришли к выводу, что качества тарана очень плохо помогают нападающему, призванному быть душой атак. Мы замечали на поле, что игрок таранных качеств, как правильно отмечает Б. А. Аркадьев в своей книге «Тактика футбольной игры», больше мешал игре центрального защитника противника, чем играл сам. В конце концов зачастую его игра на поле сводилась к единоборству с центральным защитником. Это ограничивало не только его игровые возможности, но и лишало нападение остроты и слаженности.

В поисках бреши в защите нападающие начали блуждать по полю. Так было в «Торпедо» и «Динамо» Тбилиси. Так было и в нашей армейской команде и в других коллективах. Однако маневрирование нападающих происходило еще неорганизованно. Обычно получалось так: один из нападающих, как правило наиболее умелый и опасный, покидал свою территорию, передвигался поперек поля, в то время как четверо его партнеров оставались в пределах своей игровой территории. В какой-то степени это маневрирование путало игру защиты. Но только в какой-то степени.

Интересной и напряженной была та пора! Каждая команда старалась внести что-то свое, новое. Так, например, было время, когда молодая команда автозавода имени Сталина «Торпедо», новичок в группе сильнейших, вдруг оказалась лидером розыгрыша первенства страны. Она одерживала одну победу за другой над лучшими коллективами. Молодежный боевой состав автозаводцев показал убедительный пример смелого новаторства на поле. Команда одной из первых начала играть по системе трех защитников. Продумав игру, они не отступали от своего замысла, даже если случались неудачи. В этом молодежная команда выгодно отличалась от некоторых других, более сильных коллективов, которые шли по этому пути более медленно, с опаской, оглядываясь порой назад.

Но успех торпедовцев был недолог. Их игра послужила стимулом для более решительной перестройки игры в других командах.

Решающее слово в перестройке игры нападающих, а, следовательно, и в завершении процесса коллективных поисков новой футбольной тактики сказали московские динамовцы. Но далеко не сразу эта команда стала играть по-новому. В то время как московский «Спартак» два сезона подряд оказывался победителем первенства страны и обладателем «Кубка», московские динамовцы оставались в тени. Их успехи были скромными. В сезоне 1938 года «Динамо» довольствовалось пятым местом, а на следующий год и вовсе несвойственным команде седьмым местом в таблице. Многочисленные поклонники динамовцев переживали тяжелые времена, но в команду веры не теряли.

Наблюдая в то время за игрой московского «Динамо», мы понимали трудности, переживаемые коллективом. Состав динамовцев, пожалуй, в большей степени, чем в других командах, требовал обновления. Это был ансамбль мастеров, индивидуально очень сильных, хорошо сыгравшихся по старой системе, принесших в свое время немало успехов своему коллективу. Я понимаю, им было трудно, может быть трудней, чем другим, решительно и быстро перестроить свою игру, еще, казалось, столь недавно такую успешную.

Наступил сезон 1940 года. Накануне сезона в команду «Динамо» пришел новый тренер — Борис Андреевич Аркадьев. Человек высокой спортивной культуры, опытный мастер футбола, чуткий ко всему новому, он сумел, как никто в то время, точно понять происходящее на футбольном поле, увидеть, предугадать то направление, по которому должен был пойти и пошел наш футбол.

В начале розыгрыша первенства 1940 года перспективы московских динамовцев не были особенно блестящими. Четвертое место в итоге игр первого круга — это еще далеко до победы. Впереди динамовцев Москвы шли к тому же такие команды, как тбилисское «Динамо», занявшее второе место в розыгрыше первенства 1939 года, наша армейская команда, сумевшая в том же первенстве выйти на третье место, и, наконец, ленинградское «Динамо», отлично игравшее.

Но во второй половине розыгрыша первенства московские динамовцы перепутали все прогнозы. Началась полоса их побед. Хорошо помню состязание старых соперников — «Динамо» — «Спартак». Это была памятная встреча. Памятная не только для динамовцев, но и для всех нас, потому что динамовцы в этой игре дали наглядный урок, как надо играть по-новому. Я не преувеличиваю. Мы, футболисты, в самом деле сидели на этом состязании с ощущением того, что на знакомом поле стадиона происходят события, глубоко для нас поучительные.

Коллектив футболистов московского «Динамо» под руководством тренера Аркадьева сумел обобщить и развить в своей игре все лучшее, что было найдено в нашем футболе в пору перестройки его тактики. Бесконечно далекой была подлинно творческая игра от жесткой игровой схемы! Если игра линии защиты строилась по уже знакомому принципу подвижной обороны, сочетания держания игроков с игрой в зонах, то в игре полузащитников И особенно нападения мы увидели воплощение того нового, к чему все понемногу подходили, о чем думали, к чему стремились.

Нападающие московского «Динамо» вели себя на поле на первый взгляд несколько непонятно. Зрители были знакомы с блужданием одного или самое большее двух игроков в команде. Но чтобы все нападающие в стремительном ходе состязания непрерывно перемещались, менялись местами, приводя в полнейшее недоумение и растерянность защиту противника, — этого еще никогда не бывало!

Именно так играли динамовцы. Кажущийся беспорядок был отлично организованным. Казалось порой почти непостижимым, почему мяч, посланный кем-нибудь из динамовцев не на игрока, а просто на свободное место в поле, непременно достигал цели, попадал к партнеру. И непонятно, каким шестым чувством угадывали игроки путь мяча, появляясь всякий раз в наиболее выгодном месте для его приема и, главное, свободными от «опеки». Выбор места,—мы знали, что это такое. Но на этот раз игроки нападения не просто умело выбирали место на поле в зависимости от обстановки. Они сами строили благоприятную для себя обстановку, создавая живой, стремительно меняющийся рисунок игры. Главным действующим лицом в атаке оказывался не игрок с мячом, а его партнеры — игроки без мяча. Это не парадокс, мы теперь все так играем. Развитие атаки и момент ее завершения проходят в стремительных, хорошо продуманных передвижениях игроков без мяча, с тем чтобы в сложнейших условиях спортивной борьбы с гибкой, не менее чем нападение, защитой создать на какую-то долю секунды возможность удара по воротам.

Характерно, что в игре динамовцев в равной степени принимали полезное участие и такие мастера комбинации в футболе, как Михаил Якушин, и центр- таран Сергей Соловьев, и быстрый, живой Сергей Ильин. Индивидуальные качества каждого из них не мешали общей игре, а дополняли друг друга. Видно было, как много поработали тренер и коллектив над тем, чтобы особенности каждого футболиста получили свое наиболее полное выражение, а вместе с тем и наиболее полезное применение.

Активное участие в наступлении принимала полузащита. В наши дни атакующие действия полузащитников воспринимаются как нечто вполне естественное. В то время гол, забитый полузащитником, был целым событием. Дело было не только в том, что игроки полузащиты не очень стремились к чужим воротам, ограничивая свои обязанности во время атаки команды питанием нападающих мячами. Само нападение довольно неохотно включало в свои ряды полузащитников, предпочитая оставлять за собой право забивать голы.

В команде «Динамо» полузащитники впервые отказались от ненужной скромности, а нападающие охотно потеснились, предоставляя игрокам полузащиты Николаю Полыска, Всеволоду Блинкову место в своей среде. Надо ли говорить, как много выиграла от этого команда в наступлении, создавая в самые острые моменты численное превосходство на штрафной площадке у чужих ворот?

Словом, московское «Динамо» своей игрой убедительно и наглядно разрешило целый ряд задач, над которыми думали, работали коллективы, переходя на новую тактику. Мне кажется, я не ошибусь, если скажу, что с этой встречи началась, по существу, новая пора в истории нашего футбола. Все лучшее, что было присуще советскому футболу, — чувство коллективизма, энергия, воля к победе,—определяло характер и содержание новой тактики, определившей, в свою очередь, дальнейший путь развития нашей советской школы футбола.

В центре нападения

В такой атмосфере постоянных поисков нового рос и формировался и я в числе других молодых футболистов. Пришло время, и я перешел с места левого крайнего в центр нашей пятерки нападающих. Так решили команда и тренер. Не скрою, было приятно, что коллектив доверил мне такое ответственное место. Но сумею ли я оправдать оказанное доверие?

Я много думал, советовался, как вести себя на поле в центре нападающей пятерки. Центр-таран отходил в прошлое. Правда, многие еще играли так, но, наблюдая за ними на поле, я видел, что эта игра не соответствует духу времени. Выдвинутые вперед, они ждали передачи мяча, с тем чтобы, получив его, попытаться один на один переиграть своего «опекуна» — центрального защитника. Такая ограниченная тактика центра нападения мешала действиям всей команды. Было ясно, что так играть больше нельзя.

Но как же надо играть? Прежде всего следовало продумать не только свои обязанности центра нападения в новых условиях, но и игру всей команды. Без понимания игры команды в целом очень трудно правильно определить свои обязанности. Я думаю, что это необходимо регулярно, систематически проделывать каждому игроку, независимо от того, какое место он занимает в команде.

В нашем коллективе в это время стал работать новый тренер — Евгений Прокопьевич Никишин. Вместе с ним мы ставили и решали на тренировках разнообразные тактические задачи.

— Как бы, например, ты стал действовать на места центрального защитника, играя, скажем, против Сергея Соловьева? —задавался мне вопрос.

Прежде чем решить такую далеко не простую задачу, приходилось как следует подумать. Сергей Соловьев, динамовский центральный нападающий, доставлял своей игрой немало хлопот «опекунам». Обладая всеми качествами центра-тарана, он в то время начал отходить от такой игры: не придерживался строго своей территории, появлялся то на левом, то на правом краю, играл в тылу своего нападения, но в нужный момент всегда оказывался в непосредственной близости к воротам противника.

Понимание игры центрального защитника, его трудностей в спортивной борьбе с тем или иным противником помогало мне лучше понять, а следовательно, и лучше построить свою игру. Конечно, правильно поступает Сергей Соловьев, уходя от «опеки», из зоны действия центрального защитника. Я тоже начал .играть так. Сразу ощутил значительно большую свободу действий. Центральные защитники не рисковали оставлять свою территорию, открывать" путь к воротам в самом опасном для атак направлении. Таким образом, я, центральный нападающий, получал возможность, действуя относительно свободно, завязать игру на середине и на краях поля и отсюда, оценив обстановку, выбирать наиболее выгодное направление для своей атаки на ворота.

Конечно, такая игра не легка. Нужно быть очень зорким и отлично понимать игру своих партнеров, особенности каждого из них. Мы тогда хорошо сыгрались. Каждый из нас знал, на что способны в той или иной обстановке его товарищи. Знал я, например, что Алексей Гринин особенно опасен для противника решительным, быстрым рывком на ворота, знал, что полусредний Валентин Николаев, техничный, сильный в единоборстве с противником, всегда сумеет создать опасный момент у ворот.

Центр нападения должен быть организатором атак своих нападающих. Внимательно следя за всем происходящим на поле, мгновенно оценивая положение, он должен уметь, получив мяч, создать наиболее благоприятную обстановку для штурма ворот. Именно создать, а не ждать, когда она сама создастся. Многое зависит при этом от мастерства центрального нападающего. Он должен отлично владеть техникой, быть сильным, выносливым и, конечно, технически зрелым. Получить мяч в положении, наиболее выгодном для дальнейшего развития наступления, — вот первая задача центрального нападающего. Центр нападения должен суметь так выбирать место на поле, чтобы партнер мог послать ему мяч, не опасаясь, что кто- нибудь из противников его перехватит или тут же помешает центральному нападающему играть.

Владея высокой техникой, пониманием игры, опытный центральный нападающий не станет ждать, пока его партнеры окажутся на поле в выгодном для атаки положении. Он сам будет создавать обстановку, благоприятную для развития атаки.

Никаких трафаретных решений здесь быть не может. Главное — понимать, предугадывать возможное развитие игры, уметь быстро оценить обстановку, сделать выводы — и действовать решительно, быстро, смело.

Но было бы ошибочным думать, что обязанности центрального нападающего могут ограничиваться только организацией атак. Они значительно шире. Центр нападения должен быть наиболее опасным и активным в штурме ворот. Организуя наступление, он обязан вместе с тем всегда уметь оказаться в центре направления главного удара. Забить гол — основная, главная задача центрального нападающего. Если мне удавалось почти в каждой встрече проводить мячи в ворота противника, то это прежде всего потому, что я старался никогда не забывать, что забивать голы моя прямая обязанность центрального нападающего и что я буду плохим организатором атак, если не найду в них себе самое ответственное место, довольствуясь тем, что послал мяч партнеру.

Тут у читателя, естественно, может возникнуть вопрос: как же мне удавалось забивать мячи?

Должен снова сказать, что готовых решений здесь также нет, да и быть не может. Много мне удалось забить мячей, и, пожалуй, все они были забиты в различной обстановке и по-разному. Самое же основное, мне думается, это все то же умение хорошо видеть игру на поле, понимать, предугадывать развитие игры, действия своих противников и своих партнеров, стараться быть разнообразным в своих атакующих действиях, с тем чтобы к тебе не привыкали «опекуны». И решительность. Условие важнейшее. Владея хорошей техникой, ударами с обеих ног, пониманием игры, можно всегда найти брешь в защите ворот, обмануть своего «опекуна», выйти с честью из трудного поединка с вратарем. Конечно, важно быть морально стойким. Ведь действительно очень трудно забить мяч. Всегда немного волнуешься, когда приходит мгновение удара по воротам. Уверенность в себе необходима. Ведь вратарь и защитник в этот момент тоже неспокойны. Часто бывает так, что успех в завершающем ударе по воротам решается не столько в техническом, сколько в моральном поединке нападающего с защитником. Таких примеров я из своей практики мог бы привести множество. Хотя бы в единоборстве с вратарем Анатолием Акимовым или защитником Василием Соколовым — самыми трудными для меня противниками в то время. Оба опытны, техничны, играют смело и умно, обмануть их — труднейшая задача. Василий Соколов цепок, зорок, его не проведешь обманными движениями. Только бывало приблизишься к воротам, он тут как тут, следует за тобой, что ни предпринимай — держит, не дает играть. То же в единоборстве с Анатолием Акимовым. Забить ему в ворота мяч было для меня огромной удачей. Неотступно следил этот замечательный вратарь за каждым движением нападающих. Мяч у тебя, от ворот близко и ударить можно — не мешают. Но едва, подумаешь об этом, Акимов уже предупредил, бросился вперед, с ноги снял мяч. Бить издали бесполезно, всегда сумеет оказаться в воротах как раз там, куда идет мяч.

Очень редко мне удавалось переиграть этих защитников. Разве только в тех случаях, когда поединок выигрывался в моральном отношении, когда я оказывался более решительным, смелым и неожиданным в своих действиях.

Нападающий всегда должен помнить о своей личной ответственности за усилия своего коллектива. Так меня учили, в таком духе воспитывали.

Я бывало ночью плохо спал после встречи на поле, во время которой допустил ошибку, упустил возможность забить гол. Ворочаешься с боку на бок, думаешь: «Ну, как же так все это случилось?.. Ведь мог же ударить по воротам, чего испугался, зачем отдал мяч другому, зачем медлил?» Пока не поймешь как следует, отчего произошла ошибка, не уснешь. А когда поймешь — урок на будущее. Ошибка не повторится, прочувствовал ее, пережил глубоко.

Помню, например, нашу неудачу в игре с московскими динамовцами. Во многом я считал себя виноватым в нашем проигрыше старому спортивному сопернику. Это было в конце сезона 1940 года. Команда «Динамо» (Москва) выигрывала встречи одну за другой, уверенно приближаясь к победе в чемпионате.

Перед встречей, как всегда, обсудили игру. Какую новинку приготовить динамовцам? Решили, что нашим полусредним нападающим следует попробовать играть несколько впереди. Мне было дано задание начинать развитие атаки, оттянувшись назад, в середине поля или на краю и больше на правом краю, чем на левом, где меня привыкли видеть прежде. Начиная атаку, я должен был быстро выходить вперед к штрафной площадке. Задача выдвинутых вперед полусредних — создавать благоприятную обстановку для игры центрального нападающего; задача крайних нападающих — играть в основном на своих местах, стараясь при этом растягивать как можно шире защитную линию динамовцев, с тем чтобы ослабить защиту в самой опасной центральной зоне. Полузащитникам было предложено играть как бы во втором эшелоне нападения, не забывая, конечно, о своих защитных обязанностях. Создать длительный, затяжной штурм ворот, Постараться тем самым морально подавить противника — такова была главная задача всего коллектива. В решении этой задачи мне, центральному нападающему, была отведена ведущая роль. Мои партнеры должны были на всем протяжении состязания строить игру так, чтобы я оказывался в момент завершения атаки в наиболее выгодном положении для удара по воротам.

Словом, задумали целый план. И казалось, что нам обязательно удастся перехитрить динамовцев!

Я особенно тщательно готовился к этой встрече.

И вот игра началась. Сначала все складывалось как будто неплохо. Нам удавалось довольно долго сохранять территориальное преимущество, играть на половине поля противника. Мяч, пропущенный нами после стремительного прорыва Сергея Соловьева, не снизил нашего боевого настроения. Очень скоро Александр Виноградов, наш полузащитник, сумел забить ответный гол. Но время шло, и, несмотря на территориальное преимущество, нам никак не удавалось изменить счет в свою пользу.

Почему? Играли мы так, как было решено заранее. Играли хорошо, напористо, энергично. Но все наши попытки довести до конца развитие атаки кончались неудачно. С огорчением и тревогой я постепенно начал понимать, что, в сущности, не приношу своей игрой той пользы, которую хотел бы. Просто не могу ее принести! Задумано ведь было так, что центральный нападающий должен быть душою наступательных действий команды — начинать атаки, распределять своим партнерам мячи, обстреливать ворота. Усилия всей команды были направлены для решения этой задачи. Защитники, отбивая мячи, должны были посылать их мне для развития наступления.

Практически все это выглядело совсем иначе. Взяв на себя слишком большую роль, я оказался не в силах ее выполнить. Мне не давали этого делать. Не позволяли начинать развитие атаки. Наша полузащита, увлекшись наступательными действиями, плохо опекала на середине поля полусредних, и один из них непременно оказывался возле меня, вступая в борьбу за мяч, как только я его получал. Центральный защитник динамовцев, высокий, техничный и опытный футболист Чернышев, встречал меня на подступах к воротам, неотступно следовал за мной, перехватывая мяч. Иногда мне удавалось выйти победителем в единоборстве с ним, но тогда на помощь спешил другой игрок защиты или полузащиты динамовцев, оставив своего опекаемого, возле которого, В свою очередь, тут же оказывался другой игрок «Динамо».

Наша игра потеряла слаженность и остроту. Динамовцы сумели верно разгадать наш замысел И принять контрмеры. Организатор атакующих действий команды оказался, по существу, выключенным из игры. Это решающим образом сказалось на всей игре команды. Перестроиться в ходе состязания мы не сумели. Тратили много энергии, но напрасно. В большой степени я был виноват в этом. Несмотря на то, что с каждой минутой становилось все более очевидной негодность задуманного нами плана, я продолжал играть по-прежнему, не пытаясь поискать других путей.

Мы проиграли встречу. Три мяча подряд провели в наши ворота динамовцы. Их наступление было облегчено тем, что наша полузащита, упорно продолжая следовать полученному заранее заданию, не успевала опекать полусредних нападающих противника.

Хороший это был урок. Заранее принятый план игрыникогда не может быть догмой. Надо всегда в процессе спортивной борьбы уметь во-время понять слабые стороны задуманного, разгадать тактику противника и,если надо, решительно перестроить свою игру. Для себя же я сделал из этого поражения вывод: никогда не следует слишком много брать на себя. Было бесспорной ошибкой то, что мы решили искусственно создать главное действующее лицо на поле. Не может и не должно быть на поле главных действующих лиц. Игра центрального нападающего, как и любого другого игрока команды, только тогда по-настоящему полезна,когда она подчинена коллективным, дружным действиям команды.

Встречи с футболистами Болгарии

«Добре дошли!» («Добро пожаловать!») — такими словами встречали трудящиеся болгарской столицы города Софии команду советских футболистов. Это было в августе 1940 года.

Болгарские футболисты, особенно команды «Славия» и«Спарта», с которыми нам предстояло играть, пользовались отличной репутацией в футбольном мире. Играли они по системе «дубль-вэ», были хорошо тренированы, владели техникой. На их счету было немало международных встреч и побед.

Наша первая игра с командой «Славия» состоялась в на редкость знойный день. Стадион «Юнак», на котором мы играли, был переполнен. Тепло встретила публика наш выход на поле. Всем нам преподнесли огромные букеты цветов. Люди выбегали с букетами прямо с трибун, дарили их нам с теплым душевным возгласом: «Добре дошли!»

Встреча началась нашей атакой. Играли мы дружно, хорошо маневрировали. В игре защиты «Славии» появилась некоторая растерянность. Защитникам никак не удавалось понять, какова же, в сущности, схема нашего наступления, почему края, внезапно покинув свою территорию, оказываются в центре, в то время как центральный нападающий, место которого по всем правилам должно быть во главе атак, впереди, играет почему-то сзади. Уже на четвертой минуте нам удалось открыть счет. Виктор Семенов, получив передачу от левого крайнего, с хода сильно пробил по воротам.

Вслед за тем удалось и мне забить гол. С недалекого расстояния я послал мяч в ворота. Вратарь отбил. Но, как и всегда, я после удара продолжал продвигаться вперед, к воротам, на всякий случай, зная, что иногда бывает так, что вратарь не совсем уверенно принимает мяч, роняет его или неудачно отбивает. В поединке нападающего с вратарем это, между прочим, очень важный момент. Так случилось и на этот раз. Вратарь, не сумев поймать мяч, отбил его, и мне не трудно было добить мяч в ворота.

Прошло несколько минут, и третий мяч влетел в сетку ворот «Славии». Потом — угловой удар. Я постарался предугадать развитие событий на штрафной площадке. Заметил, что защитники особенно бдительно стерегут меня и Семенова, вероятно потому, что нам удалось уже провести мячи в ворота. Ну, а раз стерегут, надо попытаться обмануть. Выхожу за пределы штрафной площадки, оттягиваюсь назад. Мой «опекун» посмотрел на меня, но за мной не пошел, подумал, вероятно, что всегда успеет. Но вот мяч в воздухе, кто-то из защитников отбивает его головой за линию штрафной площадки. А мне только этого и надо было! Успеваю достать мяч и ударить по воротам. Вратарь, закрытый своими защитниками, даже и не видел меня. Мяч — в воротах. Все это произошло очень быстро.

После перерыва мы снова атаковали. Повторяю, жара была примерно 40 градусов, но хорошая физическая подготовка позволила нам играть все 90 минут ответственной международной встречи в быстром темпе, с неослабевающей энергией. Нам удалось провести еще два мяча в ворота «Славии» Очень хорошо, напористо играл наш крайний нападения Павел Корнилов. Он то и дело прорывался к штрафной площадке противника, создавая опасные моменты. Последний, шестой гол случилось забить снова мне. На этот раз сыграл свою роль элемент неожиданности. Получив от партнера мяч, я с далекого расстояния, низом, послал его в ворота. Защита и вратарь не ожидали этого удара. Расстояние было большое, атака только зарождалась. Следя за быстрыми маневрами наших игроков, защитники перемещались вслед за ними. В этой сумятице я и улучил момент, — как оказалось, удачно.

В конце встречи нападающие «Славии» стали решительно наступать. Безусловно они хотели улучшить результат. Но наша защита держалась стойко. Снова блеснул своим вратарским мастерством Анатолий Акимов. Он отбил мяч, посланный с одиннадцати метров при штрафном ударе.

Лишь за несколько минут до последнего сигнала судьи болгарским футболистам удалось забить один мяч в наши ворота. Встреча закончилась со счетом 6:1 в нашу пользу.

Вторую встречу в Болгарии мы провели со сборной командой города Софии. Ночью, накануне состязания, шел сильный, затяжной дождь. Перед игрой поле было вязким и скользким. Однако игра началась в том же стремительном темпе. Нам снова удалось переиграть наших противников. Если не изменяет память, мне посчастливилось забить три или четыре гола. Центральный защитник, мой «опекун», никак не решался покинуть свою зону. А мне больше от него ничего и не было нужно. Играя сравнительно свободно, я, в зависимости от обстановки на поле, отходил и на края и в центр. Само собой понятно, что защитник, на долю которого выпадала необходимость опекать, допустим, правого крайнего, приходил в растерянность, встречая на моей территории не одного, а двух нападающих противника.

Мы выиграли встречу со счетом 7:1.

Месяц спустя болгарская команда «Славия» побывала в нашей стране с ответным спортивным визитом. Гости три раза встречались с нашими футбольными командами: два в Москве и один в Ленинграде. С ленинградскими динамовцами болгарские футболисты сыграли вничью 2 : 2. В Москве проиграли встречи «Спартаку» и «Динамо». Принципиально важными были для нас эти победы. Они еще раз подтвердили правильность нашего новаторского пути.

    Загрузка...