Мой друг хоккей

В Мекке мирового хоккея

Автор:
Сологубов Николай Михайлович
Источник:
Издательство:
Глава:
В Мекке мирового хоккея
Виды спорта:
Хоккей
Рубрики:
Персоны, Профессиональный спорт
Регионы:
РОССИЯ
Рассказать|
Аннотация

Итак, мы летим в Канаду! Мы — это хоккеисты сборной команды СССР, составленной в основном из игроков московских клубов. Каждый из нас мечтал побывать на родине хоккея, в стране, где слава виртуозов клюшки подчас затмевает самую громкую известность модных кинозвезд и популярных политических деятелей.

В Мекке мирового хоккея

Итак, мы летим в Канаду! Мы — это хоккеисты сборной команды СССР, составленной в основном из игроков московских клубов. Каждый из нас мечтал побывать на родине хоккея, в стране, где слава виртуозов клюшки подчас затмевает самую громкую известность модных кинозвезд и популярных политических деятелей.

Напомню, что речь шла не о туристской поездке. Уже один тот факт, что федерация хоккея Канады пригласила советских спортсменов совершить турне по стране, лучше всякой широковещательной рекламы говорило о том, что нашим хоккеем всерьез заинтересовались за океаном.

Что значит хоккей для этой страны, мы поняли сразу же, как только сошли с трапа самолета, в котором провели около двенадцати часов, совершив прыжок через Атлантический океан в Ньюфаунленд.

Свой первый матч нам предстояло провести в Торонто, а до него, как выяснилось, лететь столько же времени, сколько через Атлантический океан. Если же учесть, что самолет внутренней линии делает на пути пять остановок, то нетрудно представить себе наше самочувствие, когда мы наконец-то достигли цели своего путешествия. Но, несмотря на поздний час, очередной атаки корреспондентов, которые, как выяснилось, ничуть не уступают напору канадских хоккеистов, избежать не удалось.

Вопросы сыпались, будто весенний град.

«Кто сильнейший форвард команды?», «Как себя чувствует космонавт Лайка?», «Чем занимается сейчас тройка Боброва?», «Кто станет чемпионом на мировом первенстве в Осло?»

На тренировках перед играми также не было отбоя от зрителей и журналистов, один из которых, известный спортивный обозреватель Боб Хескет, писал:

«Многие будут поражены, когда обнаружат, что русские хоккеисты имеют по одной голове и обычный комплект рук, глаз и пальцев. Несколько лет назад, когда они набрались дерзости побить на первенстве мира торонтскую команду «Линдхорст», стали подозревать, что русские созданы иными, чем другие люди».

Директор катка не скрывал своего удивления, услышав от наших тренеров, что советские хоккеисты ничуть не возражают против присутствия на тренировках большого количества публики. А известные вербовщики в профессиональные канадские клубы Боб Уильсон (Бостон) и Боб Дэвидсон (Торонто) заявили репортерам: «Эти русские парни замечательно контролируют шайбу. Поразительно, что на льду не было никаких столкновений!»

Уильсон признал, в частности, что, по крайней мере, трое русских могли бы выступать за профессиональный клуб.

Свой первый матч 21 ноября против победителей Кубка Аллана (высший приз любительского хоккея в Канаде) 1956/57 г. мы проиграли 2:7. Не хочу оправдывать столь неудачный дебют. Замечу, однако, что в течение первых двух минут Юрию Пантюхову и Вениамину Александрову удалось забросить две шайбы. В дальнейшем же не могли не сказаться наши «воздушные бдения», большая физическая усталость, они вскоре сделали свое дело.

Итак, первый блин, к сожалению, вышел комом. Тем не менее тон канадской прессы оказался благожелательным. А Джек Маккензи, тот самый, что входил в сборную олимпийскую команду Канады, не преминул заметить, что, отдохнув и попривыкнув, русские еще покажут, как надо играть в хоккей.

Со своей стороны, пусть и с многолетним опозданием, хочу заметить, что столь крупного поражения могло бы и не быть, используй мы в матче все девятнадцать игроков, входивших в состав команды, а не семнадцать, как это оказалось на самом деле. Это тем более удивительно, ибо сам Тарасов хотел, чтобы команда выступала девятнадцатью хоккеистами (обе стороны были согласны на это). Однако желание тренера как можно дольше держать на льду меня и Трегубова привело к тому, что мы оба еле-еле справились с выпавшей на нашу долю нагрузкой.

Можно, конечно, понять тренера, пожелавшего начать турне с победы. Первый выигранный матч, особенно за рубежом, имеет громадное психологическое значение. Однако в данном случае боязнь поражения стала теми путами, что связали нас по рукам и ногам еще до выхода на лед.

В Виндзоре, где нам предстоял матч с «Виндзорскими бульдогами», уже утром гостеприимные хозяева предложили осмотреть местные достопримечательности и заодно, так сказать, попутно посмотреть на Соединенные Штаты.

— Ступайте вдоль этой улицы до набережной. Минут через семь вы увидите Детройт.

Все это было похоже на шутку. Вскоре, однако, мы убедились воочию, что Америка, знакомая нам по книгам, журналам, фильмам, предстала серой громадой небоскребов на другой стороне трехсотметрового канала, разделявшего Канаду и США.

Итог матча с «Виндзорскими бульдогами» — 5:5, пожалуй, вполне отражает равенство сил соперников. Тем не менее я, как, впрочем, и многие канадские журналисты, склонен расценивать его как наш успех. За 14 минут до конца игры мы проигрывали 2:5 и сумели сравнять счет!

На следующий день почти псе газеты отдали должное игре советских хоккеистов. «Хуже это или лучше, — писал спортивный обозреватель «Виндзор дейли Стар» Даг Воган, — но вчера, когда русские сыграли 5:5с «бульдогами», хоккей был перенесен на 20 лет назад. Лучше, если вы старый хоккейный болельщик, который помнит и любит старые добрые времена, когда за комбинационную игру, владение шайбой и скорость давали призы. Хуже, если вы сторонник модного в Канаде и США стиля «сногсшибания и бросания на борт». Как заявили сами русские игроки, они приехали к нам учиться, расширять свои познания в хоккее. А из того, что нам довелось увидеть вчера, весьма затруднительно сказать, кто у кого и чему будет учиться. Мы совершенно определенно думаем, что вряд ли многому русские научились у «бульдогов». В то же время мы совершенно уверены в том, что наши парни заметили кое-что такое, чему они с удовольствием научились бы сами».

Не ради похвальбы, квасного патриотизма привожу я эти приятные для всего нашего хоккея слова. Быть может, кое в чем столь лестные оценки были в известной степени данью, что ли, гостеприимства. И все-таки наиболее дальновидные знатоки хоккея не ошиблись в том, что советские игроки привнесли в мировой хоккей невиданный доселе быстрый темп, тонкую комбинационную игру, настоящий коллективизм. Об этом, не скрою, было приятно читать, и наш переводчик Роман Киселев охотно знакомил игроков с отзывами канадской прессы.

После короткого отдыха — снова в путь. В Китченере-Уостерлу встретили немало старых друзей — соперников по олимпийскому турниру. Бывший тренер команды Боб Бауэр, вратарь Броудер, менажер Эрни Гоман и многие другие, с кем приходилось встречаться, дружески похлопывают по спине.

Команда «Китченер-Уостерлу Датчмен» весьма тщательно готовилась к матчу и сумела взять реванш за поражение на Белой олимпиаде в Кортине. Против нас выступали восемь игроков, входивших в олимпийскую команду Канады. Зато после этого матча мы выиграли все пять последующих: 7 :4 в Садбери, 6 : 3 в Норт Бей, 6 : 3 в Монреале, 4 : 2 в Кингстоне и 10:1 в Оттаве.

Матчи советских хоккеистов в Канаде получили широкий отклик у спортивной общественности этой страны.

Все время мы находились в центре внимания специалистов, прессы и приверженцев.хоккея, коих в Канаде великое множество. Все они великолепно разбираются в тонкостях игры, отдавая должное истинному мастерству, независимо от того, их ли это хоккеист либо игрок команды-соперника.

Немаловажное значение имел наш визит и для укрепления тогда только зарождавшихся спортивных связей между двумя нашими странами. Теплота и сердечность приема, искреннее внимание, оказанные нашей команде всеми, с кем нам довелось встречаться, убедительнее самых убедительных слов говорили за то, что и эту свою задачу мы также решили успешно. И, надо полагать, не случайно на страницах почти всех крупнейших канадских газет появлялись отклики на выступления советской команды.

Вот что, например, писала «Канадиен Трибьюн» в номере от 2 декабря: «Сколько хорошего принес приезд советских хоккеистов! Дружеский прием, оказанный им газетами и спортивными обозревателями, рекордное количество зрителей в «Мейпл Лифс Гарден», когда они играли против «Данлопс», доброжелательность публики — все это показатели того, каким может стать положение, если закончится холодная война и между советским и канадским народами начнется регулярный обмен спортивными, культурными, научными и другими делегациями... Давайте чаще встречаться! Как сказал один из торонтских спортивных журналистов, «будем с нетерпением ждать того времени, когда игроки «Монреаль Канадиенс» займут места в спутнике, вылетающем в Москву в 6.15 для вечерней встречи на международный Кубок Стэнли».

Должен сказать, что все последующие годы, за исключением 1957-го, когда канадцы и американцы не участвовали в мировом первенстве, проходившем в Москве, отношения между канадскими и советскими хоккеистами оставались и, надо полагать, останутся такими же крепкими, искренними, какими они были в самом начале их встреч.

Уже в эту первую нашу поездку в Канаду (впоследствии их было еще несколько) каждого из нас, хоккеистов сборной СССР, одолевало вполне естественное любопытство, когда речь заходила об игре канадских профессионалов.

В самом деле, как играют ставшие полулегендарными Ришар-Ракета из знаменитого клуба «Монреаль Канадиенс», форвард клуба «Дейтройт ред уингс» Горди Хоу и другие звезды канадского хоккея? И, конечно же, каждый из нас, наблюдая за игрой команд «большой шестерки»— Высшей лиги профессионального хоккея, спрашивал себя: «Как бы мы сыграли с профессионалами Канады? Можно ли их победить?»

Должен сказать, что этот вопрос нередко задавали многим игрокам нашей сборной по возвращении на Родину. И всякий раз я, например, отвечал отрицательно.

— Нет, пока мы обыграть их не можем...

Этого мнения я придерживаюсь и поныне, так как реально представляю себе существующее соотношение сил.

«Так что же, Ришары, Хоу и другие — сверхчеловеки?» — спросит иной читатель, прочтя эти строки.

Нет, они, разумеется, обыкновенные люди. Но представьте себе команду, составленную из 16 Бобровых, Фирсовых и Локтевых, и вы поймете, какой громадный выбор звезд имеется у менажеров ведущих профессиональных клубов. Поэтому, думается, каждому должно быть ясно, почему мы пока не можем победить канадских профессионалов. Я умышленно оставляю слово «пока». Уверен, что их преимущество над сильнейшими европейскими командами — сборными СССР, Чехословакии и Швеции — в случае организации матчей между профессионалами и любителями вскоре будет не столь ощутимым, каким оно выглядит сейчас.

В чем же сила канадского профессионального хоккеиста?

Абсолютно коротко ответить на этот вопрос — значит по существу оставить его без ответа. Поэтому я позволю себе поподробнее рассказать о наиболее характерных, типичных сторонах игры профессионалов.

Начну с того, что повторю азбучную истину: хоккей — игра очень быстрая, сверхбыстрая, вихревая! И вот чтобы на протяжении всех шестидесяти минут чистого времени быть хозяином положения, беспрестанно контролировать шайбу, сохранять инициативу, успешно навязывать свою волю, свой план игры, надо на площадке все делать несколько быстрее, нежели этр успевает сделать соперник.

В спортивных играх — футболе, хоккее, баскетболе — бытует даже такой термин: игра на опережение. Применительно к канадскому хоккею этот термин получает еще более широкое значение, ибо он является, если так можно сказать, одним из компонентов другого, более широкого понятия — маневренности.

Маневренность, высочайшее техническое мастерство и виртуозную игру корпусом —правда в пределах специальных правил — и следует считать тремя китами канадского профессионального хоккея.

Мне приходилось нередко слышать и читать о жесткости, почти звериной ярости хоккеистов-профессионалов.

Могу засвидетельствовать, что те, кто представляет матчи профессионалов как сплошную потасовку и драку, глубоко ошибаются, хотя отдельные игровые эпизоды нередко походят на обмен ударами агрессивно настроенных боксеров. Но, повторяю, было бы неверно не видеть за «перехлестами игрового темперамента» профессионалов их большого искусства. Каждый из них мастерски делает в хоккее буквально все, и если форвард получил возможность поразить цель, он непременно захочет забросить шайбу сам. Если же взять ворота труднее, нежели занявшему лучшую позицию партнеру, последует незамедлительный пас тому. Вместе с тем здесь мы видим не только целесообразные действия больших мастеров. Здесь явственно слышится «звон злата», пахнет долларами, которые ждут авторов гола (и того, кто забросил шайбу, и того, с чьей подачи это было сделано). Короче, перед вами разыгрывают яркий спектакль, в котором все главные роли поручены звездам первой величины и где пет места серому, скучному слову «статист».

Вам еще неясен конец, неизвестен победитель, но, право же, нелегко оставаться равнодушным, видя матч искусных мастеров, а накал страстей достигает высшей точки кипения!

Я уже упоминал о высокой маневренности, техническом мастерстве и великолепной игре корпусом профессионалов. Так вот, продолжая разговор на тему «Можно ли победить канадских профессионалов?» замечу, что нам, по-моему, пока легче догнать их в исполнении отдельных приемов, силовой борьбе (некоторые наши хоккеисты, тот же Анатолий Фирсов, вряд ли уступят в этом канадским профессионалам), нежели в искусстве маневрирования.

А что значит успешно маневрировать? Это значит, почти не затормаживая, не гася дистанционной, линейной скорости (есть такие термины в хоккее, обозначающие прямолинейное движение на коньках), уметь передвигаться буквально в любом направлении, используя силу инерции, закладывать виражи любой трудности. В конечном счете это значит выигрывать у соперников те драгоценные доли секунды, которые нередко становятся решающими в хоккейном поединке.

Так вот, давайте вспомним, много ли у нас таких быстрых и маневренных хоккеистов? Скажем прямо, не так уж много. Быстрых-то сколько угодно. А вот истинно маневренных, таких, о которых шла речь выше,— таких, увы, пока нетрудно пересчитать по пальцам.

За год-два подобных игроков не воспитаешь. Нужно время. Начинать надо опять же с мальчишек. В Канаде, например, «голос» игроку ставят, когда он только начинает петь дискантом. Желая видеть своих сыновей хоккейными звездами, отцы отдают сыновей на выучку к известным тренерам в знаменитые клубы. А так как хороших клубов в стране хоть отбавляй, так же как и катков с искусственным льдом (в наш первый приезд их было более 500), то, если посчитать, что каждый клуб воспитает хотя бы одного классного игрока, нетрудно понять, какими поистине неисчерпаемыми резервами хоккеистов располагает эта страна.

Канадский профессионал отлично владеет всеми видами бросков, причем выполняет их, как правило, предельно быстро и без подготовки, лишая вратаря возможности принять соответствующую моменту стойку. А если учесть, что двое форвардов постоянно маневрируют у ворот, стремясь всеми правдами и неправдами добить отскочившую от вратаря шайбу, нетрудно понять, какой нелегкий удел выпадает на долю защитников.

Тем не менее, наблюдая за игрой команд «большой шестерки», я невольно ставил себя в оборонительные порядки одной из сторон, стараясь предугадать, как бы поступил сам в той или иной ситуации.

Вот один из эпизодов, привлекших мое внимание в матче команд «Бостон бруинс» и «Торонто». Опекаемый защитником «Торонто», правый крайний «Бостон бруинс» Джонс, сделав короткое ускорение, отдал шайбу идущему параллельно партнеру. Тот сразу же вернул ее обратно, выкатился под острым углом к воротам «Торонто», очутившись за спиной защитника, занявшего позицию в створе ворот.

Казалось бы, логика подсказывала защитнику подкатиться к выдвинувшемуся к воротам форварду, чтобы помешать ему принять шайбу от партнера с правого фланга. Так, очевидно, поступил бы на его месте любой защитник. Так, честно говоря, сделал бы я, окажись в аналогичном положении Во всяком случае, мысленно я уже успел выполнить задуманный маневр.

А вот защитник «Торонто» поступил иначе: оставив без опеки вырвавшегося под углом к воротам Джонса, он занял такую позицию, которая позволяла ему, во-первых, перехватить пас, адресованный форварду, выкатившемуся к тому времени в створ ворот, а потому наиболее опасному, и, во-вторых, лишала Джонса возможности, получив шайбу, сместиться в центр и оказаться один на один с вратарем.

Поразили меня не столько новизна избранного защитником решения и точность маневра, хотя и этим нельзя было не восхищаться, сколько быстрота, синхронность всех фаз, всех элементов, из которых состояли действия защитника в описанном игровом эпизоде.

Шайбу, как я и предполагал, все-таки получил Джонс. Однако его бросок довольно легко отбил вратарь, что, собственно, предугадать было уже довольно просто, ибо ни в одной стране, культивирующей хоккей, нет столько высококлассных вратарей, сколько их в Канаде. Должен сказать, именно такое фанатическое доверие вратарям, их высочайшее искусство (иного слова не подберешь) во многом определяют действия любого игрока канадской команды, и не только профессиональных лиг. Этот фактор тоже нельзя не учитывать, взвешивая наши шансы в возможном поединке с канадскими профессионалами.

Ежегодно во второй половине апреля, когда заканчивается сезон команд «Большой шестерки», устраивается матч двух сильнейших профессиональных клубов. Сбор от него целиком поступает в пользу ветеранов лиги, которые по разным причинам (чаще всего из-за серьезных травм) раньше времени покинули хоккей. Есть, конечно, и среди профессионалов преуспевающие люди, сумевшие вовремя отложить на «черный день», а затем открыть свое дело, стать бизнесменами. Но таких все-таки меньше, чем тех, для кого предназначены доллары, собранные их собратьями по профессии под занавес очередного сезона.

И вот ведь что любопытно. Канадский профессионал, готовый, если ему хорошо заплатят, драться до крови, стремясь любой ценой забросить шайбу, в пользу своих бывших коллег играет бесплатно, считая это за большую честь. Как рассказывали нам, еще не было случая, чтобы кто-либо отказался от участия в матче.

Собственно, причину такой профессиональной солидарности понять не так уж трудно: никто не знает, насколько долго будет милостива к нему фортуна и не окажется ли он ненужным клубу прежде, чем на счету в банке накопится кругленькая сумма. Поэтому забота о завтрашнем дне остается немаловажной проблемой для канадского профессионала, если он, разумеется, ни Хоу, Морис Ришар или Плант.

Когда в 1893 году генерал-губернатор Канады лорд Стэнли пожертвовал серебряный кубок в качестве главного приза канадского хоккея, то вряд ли он мог предполагать, что спустя несколько лет борьба за этот трофей достигнет такой остроты, а матчи финалистов привлекут десятки тысяч зрителей. А ведь поначалу вроде бы ничто не предвещало такого бума. Первыми обладателями приза стали любительские команды, чей класс в общем-то был невысок. Но уже с 1908 года, когда появился на свет хоккей профессиональный, кубок стал главным призом для лучшего профессионального клуба.

Профессиональный хоккей быстро оценили и крупные бизнесмены. Чувствуя запах наживы, они стали вкладывать деньги в новое дело, обещавшее в скором времени неплохие проценты на каждый вложенный доллар. И не ошиблись. Коммерческий дух нашел выражение в канадско-американском альянсе, суть которого, пожалуй, в полной мере отражает формула «игроки — канадские, деньги — американские».

Хоккей настолько вошел в быт каждого канадца, что без него просто невозможно представить себе жизнь страны. Человек, впервые попавший в Канаду, вскоре перестает удивляться этому всеобщему поклонению хоккейным кумирам и воспринимает как само собой разумеющееся такие, например, высказывания прессы.

«Ничего нет более значительного в жизни Канады, чем хоккей, с ним не сравнится даже выращивание пшеницы, которым мы известны во всем мире, — пишет журнал «Хоккей-пикчериэл». — И хотя кое-кто в этом может усомниться, хоккей — величайший вид спорта на земле и в то же время великая, неотъемлемая часть нашей национальной культуры. Именно нашей, потому что это единственное, в чем мы никому не подражаем.

Если очень образованные люди в Канаде писали о том, что от хорошего хоккейного матча они получают такое же наслаждение, как от балета «Метрополитен-опера» или балета Большого театра, то можно смело сказать: да, хоккей — это наша культура».

У профессиональных хоккеистов существует традиция, согласно которой команда, завоевавшая Кубок Стэнли, здесь же, на льду, наполняет до краев шампанским этот серебряный сосуд, и каждый из победителей по очереди пьет из него. Право первого глотка предоставляется вратарю (и соблюдается неукоснительно). Такая привилегия лишний раз подчеркивает исключительное значение вратаря, от игры которого во многом зависят успехи команды.

Надо ли говорить, что в «Большой шестерке» профессионального хоккея, куда входят: «Монреаль Канадиенс», «Торонто Майпл лифс», «Чикаго блэк хокс», «Дейтройт ред уингс», «Бостон бруинс» и «Нью-Йорк рейнджерс», сосредоточены действительно выдающиеся представители вратарского искусства.

Турнир на звание чемпиона лиги продолжается около семи месяцев — с октября по март — и разыгрывается в четырнадцать кругов (!), после чего команды включаются в борьбу за Кубок Стэнли.

Любопытно, что каждая из команд «Большой шестерки» имеет лишь по одному вратарю, и если он получил травму или по какой-либо другой причине не может выйти на лед, замену ему должна найти команда — хозяин поля. Если же вратарь выбывает из строя на сравнительно долгий срок, его место занимает коллега из младшей профессиональной лиги, о чем руководство клубов договаривается заранее.

Наиболее точно высказался об игре канадских вратарей их, пожалуй, самый грозный соперник — знаменитый форвард Гордон Хоу из «Дейтройт ред уингс», которого канадские специалисты считают величайшим хоккеистом всех времен и народов:

«Было бы немного странно, если бы я стал делать комплименты вратарям — я не очень их люблю, — но дело в том, что эти парни позволяют забивать себе в ворота лишь такие шайбы, остановить которые почти невозможно. А бросить такую шайбу не так-то просто».

Громкую славу оставил после себя выдающийся вратарь Терри Савчук — судя по фамилии, украинец канадского происхождения (в Канаде проживает немало выходцев с Украины). Его называли «феноменальным голкипером», «чудом на льду». Не меньшей известностью пользовались Жак Плант из «Монреаль Канадиенс» и Гленн Холл из «Чикаго блэк хокс». Кстати, Плант первым из хоккейных вратарей стал выступать в защитной маске, которая ныне стала непременным атрибутом вратарей — и не только в профессиональном хоккее.

Спокойствие и уверенность Планта вскоре вошли в поговорку. У Планта появилось немало подражателей, но известно, что даже самая лучшая копия уступает оригиналу. Те, кто слепо копировал приемы талантливого мастера, забывали, что они, эти приемы, потому у Планта так великолепно получаются, что найдены им самим и опробованы в сотнях матчах.

Не могу не заметить, что буквально все канадские вратари, игру которых мне довелось видеть, весьма различны по своей манере, хотя каждого можно без преувеличения назвать великолепным мастером. Последнее обстоятельство позволяет говорить о вратарской хоккейной школе канадцев, опыт которой нам следовало бы изучить, учитывая, разумеется, уже сложившиеся традиции нашего хоккея.

Продолжу, однако, разговор о вратарях-звездах из «Большой шестерки. Наиболее сильное впечатление на меня, как, впрочем, на всю нашу команду, произвела игра вратаря «Чикаго блэк хокс» Гленн Холла.

Более хитрющего вратаря, нежели Холл, лично мне видеть не приходилось. Я бы назвал его вратарем-психологом, великолепно разбирающимся в манере игры самых искусных форвардов, которые умеют в каскаде финтов, обманных движений, скрыть от вратаря свои истинные намерения. Но в том-то и дело, что в поединке с Холлом, «этой старой лисой», как его нередко называли, все как раз бывало наоборот. Условия диктовал вратарь! Холл, например, специально (будто случайно) открывал один угол ворот, как бы приглашая нападающего бросить шайбу в незащищенное пространство, и, когда видел, что форвард «клюнул» на приманку, мгновенно менял позицию, успевая отбить, казалось бы, мертвую шайбу.

Мне рассказывали, что у Холла есть специальная картотека, где зафиксированы излюбленные приемы всех наиболее опасных для него форвардов. И нельзя не верить этому замечательному мастеру, когда он говорит, что «вратарь, играющий только руками и ногами и не играющий головой, никогда не станет великим хоккеистом».

Суммируя впечатления, могу сказать, что характерной чертой всех вратарей команд «Большой шестерки» следует считать их удивительное умение расслабляться, давать отдых находящимся в величайшем напряжении мышцам и нервной системе. Это особенно важно, так как приходится выступать как минимум в 70—80 календарных матчах, не считая контрольных.

Когда атакует его команда, вратарь стоит спокойно, облокотясь о верхнюю штангу ворот. Это и есть та недолгая пауза, во время которой следует дать себе отдых. Но как только соперник начинает контратаку, от былого спокойствия вратаря не остается и следа. Весь он — пружина, готовая в нужный момент распрямиться, чтобы преградить путь шайбе, пулей летящей в ворота.

Наш читатель, по-видимому, немало наслышан о выдающемся форварде из клуба «Монреаль Канадиенс» Морисе Ришаре. Это был действительно единственный в своем роде хоккеист высокой результативности и безудержной отваги. И тем не менее игра даже такого виртуоза, как Ришар-Ракета, блекла в сравнении с игрой нападающего из клуба «Дейтройт ред уингс» Гордона Хоу. Хоккейный век канадского профессионала, как правило, ограничивается 10—12 годами. Когда мы видели Хоу в деле, то был его пятнадцатый сезон. Уже сам факт такого спортивного долголетия говорит о том, что помимо уникального индивидуального мастерства — и технического и тактического — Хоу выдающийся атлет (его рост 183 см, вес 80 кг).

Хоу особенно славится своими бросками, о которых впору сказать, что шайба пущена с пушечной силой, если бы это сравнение не было бы столь стертым.

Впрочем, выдающихся нападающих среди канадских профессионалов столько, что выбрать из них наиболее сильных — задача, прямо скажем, не из легких. Здесь и брат Мориса Ришара Анри Ришар из «Монреаль Канадиенс», и его одноклубник Жак Боливо, Дики Мур... Двое последних были в разное время обладателями кубка Росса— высшего приза для нападающих команд «Большой шестерки».

Мне особенно понравилась игра Боливо. Это хоккеист-гигант (рост 190 см, вес примерно 100 кг). Тем не менее он весьма подвижен, а его умению управлять клюшкой могут позавидовать иные цирковые жонглеры. Шайба, будто притянутая магнитом, не отходит от крюка в момент обводки и пулей срывается, когда ее хозяин решится сделать очередной «выстрел».

Казалось бы, сама конституция этого игрока предполагает игру резкую, грубую. А Боливо, наоборот, весьма корректен — разумеется, применительно к профессиональному хоккею. Этот факт, кстати, лишний раз говорит о том, что настоящее мастерство никогда не соседствует с недисциплинированностью и всякого рода нарушениями правил.

Умение забить гол, точно поразить цель — это, пожалуй, главный критерий оценки мастерства профессионального хоккеиста, независимо от того — защитник он или нападающий. Каждый стремится выполнить бросок как можно сильнее. Ведь если вратарь и парирует шайбу, то ее можно добить, и к тому же отбитая куда-нибудь, без адреса, шайба лишает обороняющихся возможности организовать быструю контратаку.

Мастерство канадских хоккеистов таково, что я не погрешу против истины, сказав, что каждый третий бросок форварда непременно достигает цели. Гола может и не быть (есть вратари), но процент попадания в площадь ворот весьма велик.

Наблюдая за филигранным, точно выверенным искусством канадских снайперов, не перестаешь удивляться, восхищаться — хоккеисты меня особенно поймут — и, увы, сожалеть, что даже ведущие наши форварды пока значительно уступают им в умении забивать гол.

Можно ли научиться вот так, почти без промаха, «расстреливать» вратарей? Да, можно. Только для этого надо забыть, что тренировочный урок длится пару часов. И совсем не лишне помнить мудрую пословицу «без труда не вытащить и рыбку из пруда». Именно так, не жалея времени на стократное повторение какого-либо приема, так неистово, я бы сказал — «по-пучковски», тренируются канадские звезды.

Думается, нашим молодым игрокам следует помнить, что красный свет, фиксирующий взятие ворот, сам по себе не зажигается. Было бы весьма полезно, если бы наши нападающие — это относится почти ко всем — научились выполнять бросок тогда, когда вратарь, закрытый своими или чужими игроками (а на пятачке перед воротами такое бывает часто), не может уследить за молниеносными перемещениями шайбы. Не видя, кто делает бросок, и, что особенно важно, как это делает, вратарь в этот момент походит на человека, играющего с повязкой на глазах. Опытные нападающие умеют искусственно создавать такие своеобразные заслоны. Они не устают маячить перед вратарем, а владеющий шайбой партнер нередко посылает ее прямо в форварда, поставившего заслон. Последнему остается лишь подпрыгнуть, чтобы дать шайбе черной молнией влететь в сетку.

Хочется сказать и об игре сильнейших защитников. Я уже упоминал об одном эпизоде, когда меня особенно заинтересовали действия моих коллег. Заканчивая рассказ о канадских звездах, расскажу о выдающихся игроках обороны высшей лиги профессионального хоккея

Канады, и в первую очередь о ее лучшем защитнике (в те годы) Даге Харли из «Монреаль Канадиенс».

Харли не быстро передвигается на коньках: оторваться от него не составляет особого труда. Однако нападающий может считать себя уже лежащим на льду, если перед ним вырастает мощная фигура Харли.

В действиях защитников силовые приемы — различного рода удары, подножки — являются обычным и, пожалуй, главным средством борьбы. Не так давно мне довелось увидеть в газете фотографию тридцатисемилетнего Терри Шочака — одного из самых популярных канадских вратарей. Помнится, еще в наш первый приезд за океан его портреты не сходили с газетных страниц. И вот спустя более десяти лет я снова вижу знакомое лицо известного спортсмена. Нет, оно, пожалуй, не постарело. Такой же мужественный, смелый, чуть полунасмешливый взгляд. Но сколько новых шрамов появилось по соседству со старыми!

Если верить репортеру, взявшему интервью у знаменитого вратаря, шрамов на лице Шочака теперь уже свыше 400(!?). Вот уже в течение шестнадцати лет Терри — регулярный посетитель хирургической клиники.

Тем не менее, отмечая как порочащие настоящих спортсменов ярость и неуемную злость, у профессиональных хоккеистов Канады можно и следует заимствовать отдельные технические приемы игры корпусом, применение которых не противоречит правилам любительского хоккея.

Могут спросить: «А так ли уж нужно стремиться к встречам с профессионалами?»

Конечно, можно было бы обойтись и без них. Но спортсмены всегда остаются спортсменами. Они стремятся выявить сильнейших, иначе не было бы спорта. И хотя правила профессионального хоккея отличаются от любительских, сопоставление достижений двух хоккеев, помимо того, что само по себе интересно, позволяет заглянуть в завтрашний день этой увлекательной игры. А вывод, как мне кажется, может быть единственным и, увы, не новым.

Чтобы найти и воспитать новых Бобровых, Бабичей, Фирсовых и Пучковых, нашим тренерам и хоккеистам необходимо круглогодично иметь в своем распоряжении катки с искусственным льдом. Они уже есть в Москве (четыре катка), Горьком (два катка), Киеве, Воскресенске, Риге, Курске, Куйбышеве, Ярославле, Свердловске, Новокузнецке, Новосибирске и Алма-Ате.

В этом перечне, пока еще весьма небольшом, нет, тем не менее, Ленинграда, города с крепкими хоккейными традициями. Это тем более огорчительно, что команда ленинградского СКА, прочно закрепившаяся в числе лучших в стране, находится и поныне на голодном ледовом пайке Ленинградские хоккеисты, по существу, не имеют своего поля и вольно или невольно оказываются гостями в своем родном городе. Их полуторамесячные отлучки из дома отнюдь не способствуют росту спортивного мастерства.

Нужно и специальное малогабаритное хоккейное снаряжение для мальчишек. Пока же, за редким исключением, они вынуждены играть в доспехах взрослых Если же говорить о клюшках, то они весьма хрупки, ломаются подчас от нескольких прикосновений со льдом.

Словом, прежде чем бросить вызов канадским профессионалам, помериться с ними силами, следует решить немало проблем, непосредственно связанных с дальнейшим ростом нашего хоккея.

    Загрузка...

    Полное библиографическое описание

    • Автор

      Первый автор
      Сологубов Николай Михайлович
    • Заглавие

      Основное
      В Мекке мирового хоккея
    • Источник

      Заглавие
      Мой друг хоккей
      Дата
      1967
      Обозначение и номер части
      В Мекке мирового хоккея
      Сведения о местоположении
      C. 55-72
    • Рубрики

      Предметная рубрика
      Персоны
      Предметная рубрика
      Профессиональный спорт
    • Языки текста

      Язык текста
      Русский
    • Электронный адрес

    Сологубов Николай Михайлович — В Мекке мирового хоккея // Мой друг хоккей. - 1967.В Мекке мирового хоккея. C. 55-72

    Посмотреть полное описание