"Локомотив", который мы потеряли

Глава 5

Автор:
Рабинер Игорь
Источник:
Издательство:
Глава:
Глава 5
Виды спорта:
Футбол
Рубрики:
Другое
Регионы:
Москва
Рассказать|
Аннотация

Опытнейший вратарь «Андерлехта» Де Вильде уходил с поля под скандирование: «Рос-си-я!», закрыв лицо перчатками. Лица же москвичей не просто светились радостью – они были какими-то ошалелыми. На следующий день я встречал «Локомотив» во «Внуково-3» – коммерческом терминале аэропорта

Глава 5

5:1!!!

Опытнейший вратарь «Андерлехта» Де Вильде уходил с поля под скандирование: «Рос-си-я!», закрыв лицо перчатками. Лица же москвичей не просто светились радостью – они были какими-то ошалелыми.

На следующий день я встречал «Локомотив» во «Внуково-3» – коммерческом терминале аэропорта, охраняемом, наверное, ретивее президентского чемоданчика с ядерной «кнопкой». Пробраться к автобусу команды удалось с колоссальным трудом.

И вдруг выяснилось, что первый в 10-летней тогда истории российского футбола выездной разгром серьезного европейского соперника в четыре мяча «Локомотив» вовсе не опьянил. Они уже все воспринимали как должное.

Дмитрий Лоськов: «А что историческое мы совершили? Лигу чемпионов выиграли, что ли?»

Дмитрий Сенников: «5 голевом эпизоде мне крупно повезло – Илич замешкался с мячом. Иначе я бы ни за что не забил».

Марат Измайлов: «О каком моем волшебном превращении в перерыве вы говорите? Я недоволен и тем, как играл во втором тайме».

Джейкоб Лекхето: «Как же тяжело было против этого Аруны! Пришлось даже в начале второго тайма его на словах чуть припугнуть – и вскоре он попросил замену. Я вздохнул с облегчением - боялся получить на нем красную карточку».

В каждой из этих фраз не было ни капли рисовки и кокетства. В них был чудовищный труд, каким только и достигается даже самый громкий футбольный успех. Когда он достигнут, эти люди не склонны к высоким словам. Те, кто имеет право собой гордиться, ни за что вслух об этом не скажут. И когда Семин почти испуганно отмахивался от слова «фурор», мне легко было его понять.

Спустя неделю в последнем туре группового турнира Лиги «Локо» дома обыграл мадридский «Реал» – 2:0. Пишу об этом без восклицательных знаков, потому что для «Королевского клуба» (в отличие от той же «Баварии» 95-го) тот матч не имел турнирного значения, и на поле не вышли Зидан, Фигу и Рауль. Но и те, кто вышел, были мастерами высочайшего класса. Нужно было крепко постараться, чтобы их обыграть и занять третье место в группе. И голы Бузникина и Черевченко этот результат обеспечили.

…Есть у метро «Динамо» кафе с футбольным названием «Пенальти». Удобное расположение притягивает туда после матчей в Петровском парке десятки болельщиков -причем вне зависимости от их исхода. Пьют-то в России, сами знаете, по двум поводам – с радости и с горя.

Тогда, в начале 2000-х, регулярно заглядывала в «Пенальти» с чувством выполненного долга и бригада журналистов «Спорт-Экспресса», в том числе автор этих строк. Футболу бы явно чего-то не хватало без бурных послемат-чевых обсуждений, смакования моментов, споров до хрипоты – и этот «третий тайм» чаще всего выходил далеко за рамки обговоренных заранее, скажем, «на полчасика по пятьдесят грамм». Дома обижались жены – но обсуждение игры (особенно хорошей!) захватывало не меньше, чем сама игра. Оно, это обсуждение, – один из непременных элементов футбольной магии.

Так вот: такой атмосферы, как после матча с «Реалом», в «Пенальти» до того не доводилось видеть никогда. Едва войдя в кафе, мы поразились увиденному зрелищу – два болельщика с огромными российскими триколорами отплясывали какой-то зажигательный танец, а весь зал в такт им ревел: «Рос-си-я!» Незадолго до этого, во время игры, «Россия!» кричали и с трибун.

Игра «Локомотива» в Лиге чемпионов объединила всех. Люди в спартаковских и армейских шарфах выбрасывали к чертовой матери свой извечный антагонизм и вместе шли болеть за команду, вернувшую им той мрачной для других клубов осенью веру в европейское достоинство нашего футбола. Они шли уже не на именитого соперника, а на «Локо».

Не зря шли. То третье место в группе – весьма неплохой результат для дебютанта Лиги – станет прологом к двум подряд выходам «Локо» из группы. К великолепной победе в Стамбуле над «Галатасараем», у которого на выезде в ту пору не могла выиграть ни одна команда – а Лоськов играючи, на ложном замахе, сажал двоих соперников на мягкое место и забивал невероятный победный гол. К 3:0 дома у миланского «Интера». И ко многому другому, о чем приятно вспомнить болельщикам «Локо». И игрокам – тоже приятно.

Работая над этой книгой, я в разговоре с Овчинниковым упомянул матч с «Галатасараем». Босс моментально засиял – и вспомнил уникальные ощущения, которые тогда испытала команда.

– Мы в Стамбуле до игры ни на секунду не сомневались, что выиграем! Сам не могу объяснить почему. Помню только, как все это происходило. В гостинице к нам, пяти-шести игрокам, стихийно собравшимся вместе, подошел Палыч и сказал, что просит нас просто поиграть в футбол в свое удовольствие. Приехали на стадион – он за полтора часа до игры был уже полный. Жгли файеры, пели, вывешивали плакаты вроде своего знаменитого «Добро пожаловать в ад!» Вадик Евсеев на это сказал: «Они не знают, что такое ад. Сейчас узнают». Вадик им потом и забил – а празднуя гол, прыгнул на сетку и чуть кого-то из местных не придавил…

Перед игрой мы стояли и, извините, ржали прямо на поле, анекдоты травили – представляете? Даже обычного легкого предматчевого мандражика не было. Наверное, это был пик страшной какой-то веры друг в друга, в команду, в тренера, в президента, в болельщиков, в себя. И когда Вадик с Лосем забили, и мы выиграли – в раздевалке продолжали смеяться…

Семинский «петушок» стал одним из счастливых талисманов «Локомотива». И если на какие-то матчи Семин будет надевать другой головной убор, журналисты долгое время не смогут обходиться без вопроса: почему не в «петушке»? Где-то с начала 2000-х главный тренер «Локо» начнет одеваться весьма элегантно и дорого, но останется в глазах болельщиков и прессы этаким заложником наивного и простого, вызывающего добрую улыбку, стиля 90-х. И, наверное, хорошо, что останется. Потому что мы никогда не должны забывать, какими были прежде. Только так, добившись успеха и славы, можно сохранить себя.

Семин – сохранил. Хоть и сдал свой «петушок» в домашний музей…

Когда в апреле 99-го «Локомотив» в полуфинале Кубка кубков дважды сыграл вничью с мощнейшим римским «Лацио» (1:1, 0:0) и не попал в финал только из-за гола, забитого итальянцами в Москве, я написал на первой полосе «Спорт-Экспресса» по итогам выступления «Локо» в еврокубках хвалебный комментарий. Еще бы: два года подряд бывшее «пятое колесо» добиралось до европейских полуфиналов. Из российских клубов такой «дубль» не удавался никому ни до, ни после – «Спартак» трижды выходил в ту же стадию евротурниров, но не подряд. Как тут не высказаться тепло о команде, ее тренере и президенте!

После очередного домашнего матча «Локо», недели через две, Семин увидел меня и попросил подойти. Большинство российских тренеров – люди привередливые, и я, поддавшись этому стереотипу, начал лихорадочно думать, в какой же публикации «прокололся». А вместо этого услышал слова обычной человеческой благодарности за тот вполне рядовой комментарий. Двухнедельной, повторяю, давности!

У одного из самых титулованных (уже тогда) тренеров России не было никакой необходимости льстить мне, молодому репортеру. Просто Семину, чья команда никогда не была так обласкана вниманием, как тот же «Спартак», было приятно прочитать в ведущей спортивной газете положительную оценку достижений «Локомотива». Человек естественный и начисто лишенный высокомерия, он захотел сказать спасибо – и сделал это. Вроде бы ничего особенного – но только не для нашего футбола с его ярмаркой тщеславия. Семин как раз и покорил всех тем, что в нем нет ни капли напыщенности и гордыни. Игроков, с которыми мог распить по паре кружек пива за победу. Болельщиков, которым дарил клубные галстуки и много чего другого. Журналистов, которым не брезговал сказать спасибо за добрую публикацию.

Полугодом позже случился эпизод, который также сказал мне о Семине – равно как и о Филатове – многое. Осень 99-го. «Локомотив» в Кубке УЕФА разгромлен английским «Лидсом» – 1:4 (и такое бывало). Автор этих строк передает из Британии материал с нелицеприятными выводами – и о состоянии команды, и о месте российского клубного футбола в Европе.

Проходит два дня. У Северной трибуны стадиона «Динамо» открывают памятник Льву Яшину. Собирается небольшой митинг, где мы и сталкиваемся с главным тренером и президентом «Локо». Тут же вспоминается «Лидс» -и по мотивам публикации завязывается спор. Долгий, бурный, эмоциональный.

И вдруг во время этого спора я ловлю себя на непривычном ощущении. Тренер, которому за 50, с бесспорными футбольными достижениями, дискутирует с репортером, который ему в сыновья годится, как с равным! Самовлюбленности, аргументации о «бессмысленности споров с дилетантами», тысячи раз употребленной нашими тренерами после любой критики в прессе, от Семина было не услышать. Точно так же и игроки могли и могут разговаривать с ним на равных – помните слова Сергея Реброва? Слова, кстати, никак не продиктованные конъюнктурой. Ребров произнес их после того, как принял решение перейти из киевского «Динамо» в «Рубин» из-за ошеломляющих условий личного контракта. Единственное, о чем он жалел, соглашаясь переехать в Казань, – о том, что не суждено ему было подольше поработать с Семиным. «Мне неудобно было сказать ему о своем решении», - признался капитан украинской команды.

Так же относится к Семину подавляющее большинство футболистов. Это ведь только кажется, что с ними легко иметь дело: едва ли не каждый игрок на самом деле амбициозен, непрост по характеру, а если как-то задеваются его интересы – колюч и остер на язык. Создать единый коллектив из таких людей – адская работа. Да и подчинить каждого из них своей воле – причем так, чтобы человек чувствовал себя не униженным, а, наоборот, благодарным тренеру, – тоже. И каким бы сейчас героем ни казался тот или иной игрок, с каждым Юрию Павловичу пришлось изрядно повозиться.

Скажем, о притирке к команде будущего локомотивского идола – Лоськова – Семин как-то рассказывал мне следующее:

– Дима полагал, что великолепно играет в пас, и при этом был уверен: черновая работа убьет этот его Божий дар. Совершенно не признавал он тогда и тренировок физического плана – без мяча. Со временем, особенно после серии международных матчей, Лоськов пересмотрел свои взгляды. Но на первых порах пришлось с ним – и за него – жестко побороться. В первый год мы очень много конфликтовали, а однажды даже расстались – правда, ненадолго. Уверен: если бы не было этих конфликтов, мы бы потеряли большого игрока. А ведь это таланти-ще! На другого с такими капризами можно было бы махнуть рукой, а за этого надо было воевать. И в конце концов было достигнуто перемирие на пользу общего дела.

На день-другой Семин может обидеться на какую-то реплику в газете. Но нет другого такого опытного тренера в российском футболе, который был бы столь отходчив и не держал зла.

Семин, считаю, совершил у нас маленькую революцию. Он доказал, что топ-тренером по футболу в России может быть добрый человек, который умеет прощать. Что нет никакой зависимости между страхом перед тренером и победой. Что, формулируя для тренера-триумфатора вопрос, не нужно лихорадочно просчитывать, какими будут для тебя последствия.

Осенью 93-го, когда в Афинах разгорался конфликт между игроками сборной России и ее руководством, именно второй тренер Семин, а не его шеф Павел Садырин, пошел в отеле «Хилтон» к разъяренным футболистам наводить мосты. «В раздевалке была неприятная ситуация, и я посчитал, что нужно выступить в роли парламентера», - объяснит он мне десять лет спустя смысл своей неудавшейся миссии. А в конце разговора добавит: «После той истории с "письмом 14-ти " в глубине души осталась трещина, что загублено большое дело».

На «отказников» чемпионата мира-94 он давно уже не злится. Говорит так, как может сказать только Семин: «Что на них сердиться? Они же очень глупые тогда были, не со зяа это делали. Разгул демократии, всем все дозволено… Им, молодым, показалось, что они уехали на Запад, заработали какие-то небольшие деньги и теперь могут мир перевернуть. Жаль, не нашлось человека, способного их остановить».

У каждого человека есть набор незыблемых новогодних традиций – вроде знаменитой бани в «Иронии судьбы». В отделе футбола «Спорт-Экспресса» без одного такого обычая мы себе жизни давно уже не представляем. За несколько дней до Нового года в редакцию приезжает Семин. Сначала мы встречаемся официально, в конференц-зале (на следующий день подробности этой встречи появляются в газете). Затем заходим в редакционный бар. Юрий Палыч произносит тост за прошедший год нашей совместной работы на благо футбола, где у каждого, будь то тренер, президент, футболист, журналист, судья или кто-то другой – своя важная роль. Час-другой общаемся по душам. Не для печати. И даже те в редакции, кто переживает за «Спартак» или ЦСКА, уходят с таких встреч, уважительно качая головами: «Палыч – это человек».

В подобных разговорах, искренне не считая себя выше других, он никогда и никого не поучает. Что еще напрочь отсутствует в нем наряду со злопамятностью, так это мессианство. А вот желание учиться не убавляется. Оттого и игра его команды середины 90-х была интеллектуально несравнима с игрой середины 2000-х. Первая держалась на дружбе и единстве – а у последней уже было мастерство, мудрость, современная выучка.

Семин (как, кстати, и Филатов) не боится работать с набором опытнейших футболистов, каждому из которых, что называется, палец в рот не клади. «Я должен быть на территории игроков», – одна из его любимых фраз, так хорошо объясняющих, почему и ветераны любят работать с ним.

Только Семин способен терпеть суровую критику от Вадима Евсеева – как газетную, так и личную – и лишь философски отвечать на нее: «Всегда любил работать с независимыми людьми». И без сомнений оставляет «инакомыслящего» в команде – потому что тот доказывает право на инакомыслие каторжной работой. А интересы дела и человеческая свобода для этого тренера – важнее всего.

Только о Семине футболист-иностранец – конкретно южноафриканец Джейкоб Лекхето – способен сказать дословно следующее: «Да, он может кричать. И как кричать! Но он живой человек. Сейчас он на тебя сердится, но так же быстро оттаивает и смеется в ответ на твои и/утки. Он не живет в своем замкнутом мирке, он хочет понять все, что я думаю и чувствую. Со временем я узнал его получше и понял: в любую секунду могу попросить его пообщаться со мной тет-а-тет».

Осенью 2004-го исполнительный директор «Челси», возможно, лучший футбольный менеджер планеты Питер Кеньон объяснял нам с коллегами из изданий, входящих в ESM – международную ассоциацию спортивной прессы, -почему «аристократы» решили заменить на посту главного тренера Клаудио Раньери на Жозе Моуринью. «После долгих наблюдений за Раньери мы пришли к выводу, что его не интересует ничего, кроме "этой субботы", то есть матча предстоящего тура. Моуринью же, не забывая о сегодняшнем дне, смотрит гораздо дальше. В первую же неделю в клубе он встретился с тренерами детской академии "Челси" и подробно разъяснил им свою стратегию работы. Нам нужен именно такой человек».

Не знаю, не разочаровался ли Кеньон в Моуринью -учитывая, что осенью 2007-го, невзирая на два титула чемпиона Англии, португалец был уволен. Но факт, что о Семине можно сказать то же самое: он не тот человек, который живет только сегодняшним днем. «Он не пожарный, он строитель», - любит повторять о своем лучшем друге актер Валерий Баринов. Именно так – тщательно, постепенно, не форсируя процесс – он вместе с президентом клуба Филатовым отстроил свой «Локомотив».

«Семин каждый день чему-то учится», – не без доли удивления сказал мне недавно в Киеве его новоиспеченный помощник Сергей Овчинников. И я сразу вспомнил один из самых ярких свидетельств этой учебы. В 99-м, напомню, «Локо» без вариантов проиграл «Лидсу». Семин, в середине 90-х увлекавшийся итальянским футболом и ездивший на стажировку в «Милан» к великому Арриго Сакки, всерьез заинтересовался английской премьер-лигой. Прошла всего пара месяцев – и он в индивидуальном порядке договорился и поехал на неделю к Алексу Фергюссону в «Манчестер Юнайтед», который за полгода до того выиграл Лигу чемпионов. Освоив разговорный английский за год пребывания в Новой Зеландии, Семин до конца его не забыл – и смог общаться с сэром Алексом без переводчика. Удивился, что шотландский мэтр смог выделить ему столько времени посреди тяжелейшего английского сезона. Вернулся в Москву, фонтанируя впечатлениями. И начал действовать.

То, что именно со следующего сезона для «Локо» стал актуальным тогда еще не слишком ходовой термин «ротация состава», можно, конечно, объяснять банальным совпадением. Но именно в то межсезонье команду пополнили Евсеев, Сенников, Нижегородов, Терехин, Цымбаларь. И пусть кому-то из них приходилось оставаться в запасе, проблем с короткой скамейкой у «Локо» больше не было. А одной из подробных тем нашего интервью с Семиным после возвращения была именно ротация.

– «МЮ» имеет в своем распоряжении 45 профессиональных футболистов, из которых 28 – основного состава, – делился впечатлениями главный тренер «Локомотива». – Фергюсон говорил: «Мы проводим более 60 официальных матчей за сезон и поэтому не можем иметь только 20 игроков "основы ". Для того чтобы команда прошла весь сезон в хорошем физическом состоянии, их должно быть гораздо больше». Варьирование состава, ротация игроков - непременный принцип при любых обстоятельствах… Для команд, участвующих в Лиге чемпионов, иного пути не существует. Другое дело, что в этом случае возникает сложность, о которой говорил Фергюсон. При ротации состава довольно непросто сохранить здоровый моральный климат в команде, сделать так, чтобы в ней не было обиженных. Для этого нужно быть незаурядным психологом. Фергюсон, по моему мнению, таковым является. Поэтому и работает с такой командой более десяти лет…

Говорили мы тогда не только о ротации. Сколько восхищенных слов Семин посвятил тогда детской академии «МЮ» и плодам ее работы! Открытие интерната «Локо», последовавшее спустя пару лет, тоже можно назвать совпадением. Если только не видеть стратегического подхода Семина и Филатова. Президента, который волевым решением ввел в интернате изучение двух иностранных языков, и с этой целью переманил на хорошие зарплаты высококвалифицированных учителей из солидных школ…

Выразил в той нашей беседе Семин и свое кредо – открытость и незашоренность.

– Уверен, что очень полезно общаться с любым человеком, который чего-то добился в жизни – не обязательно тренером. Но поскольку я профессиональный тренер, то мне важнее всего беседовать именно с выдающимися людьми этой профессии, элементы из практики которых можно перенести в свою деятельность. Потому что хочется не зацикливаться на своем футболе, а узнавать, что происходит там, где дело поставлено лучше.

Стоит ли удивляться, что о Семине отзываются с уважением не только люди футбола, но и ценители игры из среды творческой интеллигенции? Несколько высказываний на эту тему довелось услышать в 2005 году мне самому. Не со всеми уважаемыми людьми можно полностью согласиться, но на то они и яркие личности, чтобы высказывать собственные, не похожие ни на кого суждения! Поэт Михаил Танич:

– Семин по мне симпатичнее любого иностранца. К тренерам-легионерам в России отношусь скептически. Когда-то это уже было: увидели кукурузу в штате Айова – прекрасную, вот та-акие початки. Привезли в Архангельск – не растет. Ив футболе то же самое – психологии нашей они до конца никогда не поймут, а она тут -особая. И не считаю, что Семин слабее Бескова или Лобановского. Он знает какие-то секреты человековедения.

Актер Валентин Гафт:

– Семин – талантливый и интересный человек. Его любят, уважают, ценят. Он умеет организовывать людей и воздействовать на них. У него есть воля, темперамент, хорошая резкость. Он вырос в хорошего тренера. Дай Бог ему удачи!

Писатель Виктор Шендерович:

– Семин доказал, что он – тренер на долгую перспективу. Сочетающий в себе профессиональные футбольные качества с педагогикой. Очевидно преданный футболу. Не конъюнктурный, занимающий посты не потому, что умеет дружить с начальством. После 50-летнего перерыва появилась команда «Локомотив». Пока другие деградировали, разворовывались, переходили из-под одной «крыши» под другую, он строил команду и сделал ее номером один в российском футболе.

Отмечала интеллигенция и другое: внутреннюю свободу и незажатость футболистов «Локометива», умение большинства из них быть раскрепощенными и откровенными при любой аудитории. И это тоже шло от главного тренера и президента, которые не стращали игроков и не сталкивали их друг с другом, не «душили» свободу слова как внутри команды, так и за ее пределами.

Особенно прониклись деятели культуры к голкиперу по прозвищу Босс.

Пианист Денис Мацуев:

– Какой замечательный шоумен Сергей Овчинников! Без него было бы намного скучнее, даже если то, что он говорит, скажем, о «Спартаке», явно надуманно. Посмотрите, как он блестяще держался в такой сложной программе, как «Школа злословия»! Кого там ведущие только не заклевали – Анастасию Волочкову, например. А Овчинников парировал любой их выпад, и они это оценили.

Валентин Гафт:

– По части общения люди футбола сильно изменились, и в лучшую сторону. Видел я, например, телевизионное интервью Овчинникова, и это было интереснее смотреть, чем какого-то деятеля культуры или какой-то другой области высокого человеческого разума, который должен красиво говорить и думать. Резкие высказывания Сергея в адрес коллег из других клубов - его право. Он же сказал, что футбол – это война, а на войне все средства хороши. Это определенный настрой, схватка, где люди не жалеют ни себя, ни других. С таким подходом можно не соглашаться, но это - позиция, а потому она уже интересна!

Михаил Танич:

– Мне нравится Овчинников и его высказывания. Он какой-то безоглядный. И это здорово.

…Новое время – совсем не безоглядное. Скорее наоборот – прагматичное до цинизма, иссушившее человеческие отношения и возведшее в абсолют деловой интерес, личную выгоду и корпоративную этику. Стоит ли удивляться, что параллельно со временем изменился и «Локомотив»? И что интеллигенция больше никогда не скажет о его философии того, что говорила всего несколько лет назад?

Процитирую прелюбопытный отрывок из очерка о «Локомотиве» моего коллеги Александра Зильберта, опубликованный в августовском номере «Спорт-Экспресс-журнала» за 2000 год.

«Несколько лет назад знакомый молодой журналист спросил президента "Локомотива" Валерия Филатова, есть ли у того какой-нибудь жизненный девиз? "Есть ", -ответил Валерий Николаевич. Репортер, уже смакуя в уме ударную концовку будущего материала, взял блокнот с ручкой наизготовку, а услышал… непечатное. Смысл, если изложить его литературно, сводился к тому, что нас, дескать, "унижают ", а мы крепчаем».

«Унижение», впрочем, во времена тандема Филатов -Семин длилось недолго. Если вообще оно было – учитывая, что в первый же их президентско-тренерский сезон команда заняла в чемпионате России четвертое место. О том, как шел процесс самоутверждения «Локомотива», вы, надеюсь, уже имели удовольствие прочитать.

А окончательное признание пришло в 2002 году.

Для этого, правда, Семину пришлось провести маленькую революцию – в линии обороны. Связана она была с тем, что в самом начале года как-то очень быстро и неожиданно ушел в элистинский «Уралан» капитан и незаменимый, казалось, центральный защитник – 32-летний Игорь Чугайнов. Который еще осенью 99-го в Лидсе, напомню, предрек мне, что для чемпионства «Локомотиву» придется избавиться от многих ветеранов, в том числе от него самого.

Как в воду глядел рекордсмен страны по числу выигранных Кубков России. Только от него не избавлялись. Он, как и полагается классному мастеру, «сыграл на опережение».

Вскоре Чугайнов лаконично объяснит мне главный мотив своего поступка – тем более внезапного, что о нем не были заранее предупреждены ни Семин, ни Филатов. «Лучше сделать выбор самому и вовремя, а не ждать, чтобы потом его сделали за тебя», - эти слова гордого игрока, явно не настроенного повторять судьбу своих бывших одноклубников Харлачева и Косолапова, плотно севших в запас, четко ответили на вопрос «почему». Классический либеро, время которых уже уходило, возможно, осознавал: на новую зонную тактику безболезненно перестроиться ему не удастся…

Семин говорит:

– Для меня уход Игоря стал полной неожиданностью. Что произошло – не знаю. Может, он почувствовал, что привык играть очень глубоко, метрах в десяти позади других, -а я уже предпочитал максимально приблизить последнего защитника к его партнерам для перехода на игру в «линию». Со мной Чугайнов перед уходом из команды не разговаривал. Мы потом общались, но тему его ухода не затрагивали.

Валерий Баринов полагает:

– Чугайнов – очень порядочный парень, он и игроком, и капитаном был замечательным. Может быть, он просто постеснялся прийти и прямо сказать, что ему лучше перейти в другой клуб. Хотя никто бы его не осудил. Не думаю, чтобы Игорь был обижен на «Локомотив», да и в «Локомотиве», уверен, никто на него не обиделся.

Чугайнов – из тех людей, которые на скамейке органически сидеть не могут. Поэтому, отыграв год в «Уралане» и почувствовав, что на прежнем уровне выступать уже не способен, Игорь в достаточно раннем для защитника возрасте закончил карьеру игрока. Вскоре стал главным тренером юношеской сборной России – и был им до тех пор, пока, будучи человеком прямым, не разругался с новым президентом РФС Виталием Мутко. И дал даже резкое интервью о руководителе российского футбола, на что осмеливаются единицы…

Чугайнов – личность. В бытность его капитаном «Локомотива» мы не раз подробно беседовали о футболе, и я видел, что он, игрок, уже смотрит на игру глазами тренера. Глубоко и аналитично. И мне будет очень жаль, если человек с таким потенциалом не реализует себя на тренерской стезе.

Впрочем, вернемся в 2002-й. После ухода Чугайнова никто не мог предполагать, что в том сезоне «Локомотив» побьет все рекорды по надежности защиты, а «возвращенец» Овчинников окажется даже лучше, чем в те времена, когда с 93-го по 97-й каждый год признавался лучшим голкипером России! Теперь, спустя пять лет, он проведет 19 (то есть почти две трети от всех матчей!) «сухих» поединков. О том, чтобы превзойти это достижение, с тех пор никто и не мечтал.

Спровоцированное уходом Чугайнова перестроение на игру в «линию» оказалось более чем своевременным. А когда осенью вволю раззабивались Лоськов и Евсеев, причем принимала соперников команда Семина уже на своем, заново отстроенном красавце-стадионе, остановить «Локомотив» казалось практически невозможным. В двух последних турах группового турнира Лиги чемпионов это не удалось ни «Галатасараю», ни «Брюгге», после чего «Локо» впервые в своей истории вышел во второй этап Лиги чемпионов.

Но ноздря в ноздрю с «Локомотивом» в таблице чемпионата России шел еще один клуб, в постсоветское время ни разу к тому времени не становившийся чемпионом, – ЦСКА.

Никто не хотел уступать. И поскольку к моменту окончания чемпионата команды набрали одинаковое количество очков, был назначен золотой матч. Со следующего сезона по инициативе раздосадованного руководства армейцев (по крайней мере, в футбольном мире на этот счет ни у кого нет сомнений) возможность таких поединков будет сведена к абсолютному минимуму. И очень зря: с количеством адреналина, который способен выделить в болелыцицкую кровь золотой матч, мало что может сравниться.

Надо отметить, что ЦСКА перед игрой пошел на благородный поступок – дал добро на участие в матче защитника «Локо» Олега Пашинина, у которого, если исходить из обычного регламента, был перебор желтых карточек. Но поскольку чемпионская встреча выходила за обычные рамки чемпионата, железнодорожники просили допустить Пашинина к матчу. Президент ЦСКА Евгений Гинер не возражал – и Российская футбольная премьер-лига, вначале настроенная решительно, ненужной непримиримости решила не проявлять.

Три предыдущих сезона подряд «Локомотив» занимал второе место – вслед за «Спартаком». Если бы до золота команда не дотянулась и теперь, она запросто могла бы морально надломиться. Столько лет быть на расстоянии вытянутой руки от чемпионского титула – и не получить его ни разу?!

А такое, судя по предматчевым раскладам, было очень и очень возможно. Достаточно сказать, что из-за участия «Локо» в Лиге чемпионов золотой матч стал для команды девятым за 30 дней. Для ЦСКА – пятым. Армейцы были гораздо свежее. Сыграет ли роль этот фактор – или что-то совсем другое? Из области не мышечной, а душевной?

Или решающим окажется то, что в последнем, 21-м матче между командами Семина и Газзаева преимущество главного тренера «Локомотива» как-то даже сюрреалистично для тренеров сопоставимого класса – 13 побед, 7 ничьих, 1 поражение? Или скажется какая-то иррациональная дружба «Локо» со стадионом «Динамо», где из десяти матчей чемпионата России на этом стадионе за сезоны 2001 и 2002 годов Семин выиграл все десять?

И что скажут вратари – Овчинников и Нигматуллин, на счету каждого из которых по два Кубка России? За полгода до того Олег Романцев после мучительных размышлений уже было надумал пригласить блиставшего в России Босса на ЧМ-2002 и даже сообщил об этом Семину. Но помощники переубедили главного тренера сборной. Выходит, опытные тренеры не посчитали досужим домыслом информацию, что одно присутствие Овчинникова вводит его коллегу в состояние трепета. Хватит ли духа у Нигматуллина доказать всей стране иллюзорность этого комплекса?

Многое, очень многое в тот день было поставлено на карту. Семин медленно брел по динамовской траве, закрыв лицо руками.

Казалось, он не верил, что серебряное проклятие с него и с «Локомотива» наконец-то снято. Что не зря он 16 годами ранее взялся за безнадежное вроде бы дело: избавить «Локо» от обидного ярлыка – «пятое колесо в телеге московского футбола».

Час спустя Джейкоб Лекхето спросит окружающих: «Когда "Локомотив" последний раз был чемпионом?» Нужно было видеть выражение лица южноафриканца, когда в ответ он услышал: «Никогда». Но если от Лекхето, вкладывающего в игру всю душу и сердце, можно было ожидать счастливых слез, то представить себе плачущих Джеймса Обиору и Баба Адаму казалось невозможно. Вечером 21 ноября 2002 года все это было наяву.

А еще были обнимающиеся Олег Пашинин и Владимир Маминов, воспитанники футбольной школы «Локомотива», которым в раздевалку позвонил с поздравлениями их первый тренер. И ошалевший от счастья актер Валерий Баринов, за много лет поклонения «Локо» наслушавшийся по этому поводу немало сочувственных, а то и насмешливых реплик. И Сергей Овчинников, уставший настолько, что его жена Инга, позвонившая голкиперу на мобильник, поразилась: «У тебя такой голос, будто ты сегодня проиграл!»

Для каждого из них это золото значило все. Если армейцы в последние дни перед матчем были открыты и веселы, вовсю общались с журналистами и беспрерывно шутили, то база «Локо» в Баковке с момента предыдущей игры против «Динамо» оказалась на замке. И нам, журналистам, не приходило в голову на это обижаться, потому что мы понимали все.

«Локо» выстрадал свое чемпионство, в золотом матче вряд ли заставив кого-то усомниться в справедливости такого исхода. Да, подтвердились все приметы – и превосходство в очных встречах Семина над Газзаевым, и удача, которую приносит «Локомотиву» стадион «Динамо».

Но не потому выиграли железнодорожники тот поединок. А потому, что золото в тот момент нужно было «Локо» несравнимо больше.

До какой степени локомотивцы были нацелены на чемпионство, я понял еще в августе из разговора с Лекхето. Дело было перед ответным матчем квалификации Лиги чемпионов с австрийским ГАК, и вдруг во время беседы на тему Лиги чемпионов легионер воскликнул: «Да победа в чемпионате для меня намного важнее! Я закрываю глаза – и вижу Семина, поднимающего над головой кубок, который вручается чемпиону. Клянусь: если победим, я прилюдно залезу с этим кубком на крышу нашей базы!»

Лекхето оказался пророком – и не только потому, что «Локо» победил. С тридцатых годов чемпион Союза или России не получал трофея – только золотые медали. О том, что учрежден специальный кубок, президент РФПЛ Виталий Мутко объявил лишь за двое суток до золотого матча. А африканец, выясняется, все знал наперед!

Свое обещание он выполнил. В день открытых дверей в Баковке накануне матча Лиги чемпионов с дортмундской «Боруссией» он действительно появился на крыше базы с чемпионским кубком (предлагал залезть туда и Семину, но главный тренер благоразумно отказался).

Тот снимок, который вы сможете увидеть в фотогалерее этой книги, стал символом золота «Локо»-2002. Как и то, что, наверное, впервые в истории – по крайней мере, российской – в чемпионской раздевалке… не было шампанского. Суеверный Семин не позволил никому идти за шипучим напитком до окончания матча. Зато потом, в ресторане на «Динамо», все причастные к золоту-2002 «оттянулись» вволю…

Поклонники ЦСКА наверняка не согласились бы с мнением, что в победе «Локомотива» присутствовала высшая футбольная справедливость. Но, на мой взгляд, это было именно так. «Локо» в его нынешнем виде строился долго и кропотливо, по кирпичику, шел к вершине по взвешенному американскому принципу – «step by step» («шаг за шагом»). Было бы, например, нелогично, если бы «Локо» добрался до золота двумя годами ранее – когда у него не было ни базы, ни стадиона. Но вот с помощью финансовых вложений МПС и его главы Николая Аксененко и посредством каторжной работы Валерия Филатова у клуба появился фундамент – и на нем тут же построили дом.

Армейцы в отличие от соперника собрались и взлетели всего лишь за полтора года. По футбольным меркам – почти мгновенно. Достаточно сказать, что в кубковом финале 2000 года с тем же «Локомотивом» из состава-2002 играли лишь двое – Семак и Евсиков. При любом клубном кошельке на отлаживание командного механизма уходят годы. И игровая фальшь, которая временами звучала у армейского оркестра в золотом матче, стала лишним тому свидетельством.

Время армейцев придет чуть позже. А в 2002-м, по всем неписаным футбольным законам, наступило время «Локо», которому удалось повторить достижение «Спартака» 2000 года: одновременно выиграть чемпионат и пройти во второй этап Лиги чемпионов. С тех пор ничего подобного не удавалось никому.

Еще одно доказательство теоремы справедливости чемпионства «Локо» – золотой гол Дмитрия Лоськова. В таких матчах должны забивать только лучшие, и если капитану железнодорожников это на 6-й минуте при помощи дальнего удара удалось, то его оппонент Ролан Гусев за три минуты до финального свистка свой момент упустил. «Я подарил Гусеву шанс его жизни, – клял себя потом в раздевалке Лекхето. – Но Бог знал, что по справедливости золото должны взять мы, и не позволил ему забить».

Победа «Локомотива», наконец, была справедлива еще и потому, что ее в высшей степени заслужил Семин. В мучительном ожидании триумфа он почти в точности повторил путь Константина Бескова, у которого четыре года на стыке 60-х и 70-х играл за «Динамо». Мэтр долгое время тоже считался «вечно вторым»: первое золото он завоевал в 79-м со «Спартаком» лишь на 24-й год своей тренерской деятельности!

Семину потребовалось ненамного меньше – девятнадцать. Но если, например, Олег Романцев принял у того же Бескова четвертую команду страны, за предыдущие девять лет ни разу не опускавшуюся ниже третьего места, то чем был «Локомотив» в момент прихода Семина – вы прекрасно помните. На месте руин они с Филатовым и большой группой единомышленников построили современный дом, в который при первой возможности возвращаются его бывшие обитатели. В чемпионской раздевалке можно было увидеть почти таких же счастливых, как сегодняшние игроки «Локо», Игоря Черевченко, Саркиса Оганесяна, Алексея Косолапова, Платона Захарчука…

И – Сергея Щербакова. Этот в свое время удивительно талантливый футболист никогда не играл за «Локомотив». Он выступал за донецкий «Шахтер», а затем – лиссабонский «Спортинг». В Португалии его и настигла страшная автокатастрофа, превратившая одного из самых одаренных футболистов Европы в инвалида. На первых порах «Спортинг» помогал Щербакову, но затем бросил его.

Однажды вице-президент РФС Александр Тукманов рассказал своему другу Филатову о бедственном положении, в котором оказался Щербаков. Осенью 96-го президент и главный тренер «Локо», прилетев в Лиссабон на матч Кубка УЕФА с «Бенфикой», встретились с ним, пообщались. Спустя какое-то время Щербаков переехал жить в Москву – в квартиру, которую по представлению руководителей «Локомотива» выделил ему министр путей сообщения Николай Аксененко. Практически на каждом матче Щербаков на инвалидной коляске располагался рядом со скамейкой запасных «Локо», нередко его брали на зарубежные выезды, помогали финансово – хотя какая, казалось бы, от него может быть отдача? Этот мужественный и оптимистичный парень стал в клубе настолько своим, что Любовь Филатова сильно удивилась, узнав от меня, что формально Щербаков не имел к «Локомотиву» никакого отношения. Разумеется, в золотой раздевалке-2002 без него никак обойтись не могло…

…Победил «Локо», мне кажется, еще и потому, что Овчинников не мог проиграть Нигматуллину. Дело не в том, что один по вратарским качествам был лучше другого – в конце концов, Нигматуллин в 2001-м по итогам опроса «Спорт-Экспресса» был признан лучшим спортсменом России, Овчинников же такого признания не добился. Но ведь в том самом 2001-м Овчинникова не было ни в чемпионате России, ни в сборной!

Конкуренты за место в воротах национальной команды -как сообщающиеся сосуды. Вот мощь овчинниковской натуры, его харизма и подавила несколько рефлексирующего Нигматуллина, на котором лежала доля вины за пропущенный гол. В дальнейшем голкипер ЦСКА играл прекрасно, но исправить положение было уже невозможно.

Нигматуллин ушел из «Локо» не лучшим образом -лишний раз напоминать об этом бывшим партнерам (не говоря о Семине) в канун игры, думаю, не бьшо необходимости. От этого сюжет золотого матча получал дополнительный поворот: для игроков «Локо» бьшо невыносимо уступить золото при личном свидании со своим бывшим вратарем.

Они и не уступили. Удача подарила ЦСКА лишь монетку, упавшую так, как хотелось армейцам, которые получили право выбора дня матча и «хозяйские» привилегии наподобие формы. В футболе же сильнее и удачливее оказался «Локомотив». Заслуженный и счастливый чемпион России-2002.

Тем вечером в Москве бьшо неспокойно. Десятки разъяренных фанатов ЦСКА не поленились в два часа ночи после игры добраться из Петровского парка до Черкизова и разбить стекла в кафе «Локо» – месте, где всегда царила атмосфера удивительного единения между болельщиками разных команд. Жаль, что кафе это давно уже снесено – и вовсе не армейскими фанатами…

Тем вечером под горячую руку вандалам попались многие ни в чем не повинные люди: так, с сотрясением мозга и переломом носа угодил в больницу мой коллега и друг, шеф отдела спорта «МК» Алексей Лебедев. А порой – как у метро «Китай-город» или на Ленинградском проспекте -останавливали и избивали людей, вообще не имевших отношения к футболу.

Дело, разумеется, не в названии клуба, чьи так называемые поклонники в день золотого матча устроили бесчинства. У любой команды (полагаю, как раз за исключением «Локомотива») процент нормальных и «отмороженных» поклонников, следует полагать, примерно одинаков. Беда в другом: в дни большого фубола обычные люди у нас по-прежнему не могут чувствовать себя в безопасности. Такая страна.

Но эта же страна – и не только она – от всей души поздравляла «Локомотив» с первым золотом. Через день после матча Семин с техническим директором клуба Хаса-ном Биджиевым продемонстрировали мне целую кипу поздравлений, полученных клубом после победы в чемпионате России. Среди прочих отметились УЕФА и ведущие зарубежные клубы – «Барселона», дортмундская «Боруссия», а также «Бордо», за которое в это время выступал экс-локомотивец Алексей Смертин. Первый телефонный звонок с поздравлением Семин получил от вдовы своего великого партнера по московскому «Динамо» Льва Яшина – Валентины Тимофеевны. Первая телеграмма пришла от губернатора Подмосковья Бориса Громова, а руководители российского спорта Вячеслав Фетисов и Леонид Тягачев поздравили Филатова с Семиным прямо на стадионе.

Кто только не телеграфировал «Локо» поздравления! От экс-министра МПС Николая Аксененко, о чьей роли в успехах клуба мы еще поговорим, до московских «Динамо» и «Торпедо»; от политических руководителей Кабардино-Балкарии и Дагестана до киевского «Динамо» и белорусского БАТЭ; от президентов федераций футбола Таджикистана и Абхазии до футбольных людей из Уссурийска и Петропавловска-Камчатского, от МИД и постоянного представительства России в Евросоюзе до болельщиков из Владикавказа, поддерживавших ЦСКА, но признавших справедливость победы «Локо»…

Отдельные послания были посвящены Лоськову. Бывший министр путей сообщения СССР Николай Конарев чинно обратился к нему: «Уважаемый Дмитрий Вячеславович!» (Семин в момент прочтения сперва задумался: а кто это?), а губернатор родной Курганской области лучшего игрока страны Богомолов провозгласил: «Мы с твоими родителями гордимся тобой!»

И, наконец, еще одна эффектная цитата: «Все золото в самых массовых и любимых россиянами видах спорта – у "Локомотива"!» Авторы – что, наверное, и неудивительно, -президент хоккейных чемпионов-одноклубников из Ярославля Юрий Яковлев и главный тренер Владимир Вуйтек…

Спустя пару дней состоялась премьера документального фильма «Юрий Семин. 12-й игрок». Автор сценария Евгений Богатырев рассказывал мне: «Это мой 50-й фильм, и он мне наиболее дорог. Дело в том, что на тренировки к Семину я хожу уже 18 лет: моя теща живет в Баковке, и по выходным, приезжая к ней, не упускал возможности заодно посмотреть на "Локомотив". Фильмов о людях, которых так хорошо знаю, мне прежде делать не доводилось. Кстати, вторым зрителем после самого Юрия Павловича стал Никита Михалков, которому наша работа понравилась».

Первое чемпионство было завоевано, фильм вышел на экраны. А жизнь – продолжалась.

Увы, не останавливаются даже золотые мгновения. Кто тогда, в ноябре 2002-го, мог представить, что всего два с половиной года спустя «Локомотив» останется без тренера Семина, а еще через полтора – без президента Филатова? И что к власти в более чем благополучном клубе придет совсем иная, еще никому на тот момент не известная в футболе фигура?

Теги: ФК Локомотив Москва, становление, история.

    Загрузка...

    Полное библиографическое описание

    Рабинер Игорь — Глава 5 // "Локомотив", который мы потеряли. - 2008.Глава 5.

    Посмотреть полное описание