Психология и психогигиена в спорте

Психический стресс

Автор:
Гиссен Л. Д.
Источник:
Издательство:
Глава:
Глава 3. Психический стресс
Виды спорта:
Академическая гребля
Рубрики:
Спортивная психология
Регионы:
МИР
Рассказать|
Аннотация

Подводя некоторые итоги работы с гребцами, можно с уверенностью сказать, что вопрос оптимизации психического состояния, т. е. психогигиеническая проблема, и в академической гребле достаточно актуальна. Ее актуальность не проявляется так явно, как в некоторых других видах спорта (например, в

Психический стресс

Подводя некоторые итоги работы с гребцами, можно с уверенностью сказать, что вопрос оптимизации психического состояния, т. е. психогигиеническая проблема, и в академической гребле достаточно актуальна. Ее актуальность не проявляется так явно, как в некоторых других видах спорта (например, в гимнастике, акробатике, прыжках в воду, фигурном катании на коньках, горнолыжном спорте и др.). Это во многом связано с тем, что оценить эффективность работы каждого спортсмена гребного экипажа в отдельности пока, к сожалению, не представляется возможным.

Если во многих «индивидуальных» видах спорта деятельность спортсмена оценивается техническим результатом либо оценку выносит судейское жюри, а в ряде командных видов спорта имеются определенные системы для оценки действий каждого игрока, то в академической гребле это сделать невозможно. Временной результат не всегда адекватно оценивает деятельность команды в целом. Можно лишь сравнивать результаты команд. Например, команда А проиграла команде Б 5 сек., в следующих соревнованиях, наоборот, команда Б проиграла 2 сек. команде А. Это ничего не говорит о силе команды, и требуется дополнительный анализ, чтобы решить то ли команда А прошла дистанцию во второй раз лучше, то ли команда Б — хуже.

Выделить же и количественно оценить вклад каждого гребца вообще не удается. Если сейчас и возможно телеметрически определить проделанную спортсменом работу, то надежной методики для оценки его лепты в общую работу команды пока нет (такая оценка производится тренерами на основании только интуитивно-эмпирических критериев). И поэтому определение количественной связи между объективно регистрируемым изменением психического состояния спортсменов-гребцов и изменением результативности их деятельности довольно затруднительно.

Весьма вероятно, что именно невозможность прослеживания прямых количественных зависимостей привела к тому, что работа по регуляции психического состояния спортсменов в академической гребле не проводилась. Поэтому, рассматривая существо проблемы, мы будем исходить из опыта, накопленного в других видах спорта, а также из убеждения, что многие принципиальные положения, касающиеся тренировок и соревнований, едины для всех олимпийских видов спорта.

На соревнованиях наиболее крупного масштаба, во время которых спортсмену необходимо показать свой максимальный результат, довольно часто получается обратное — спортсмен показывает результат, весьма далекий от лучшего достижения. Профессор JI. П. Матвеев писал, что на олимпийских соревнованиях в Мехико всего лишь 15% легкоатлетов, 20% пловцов и 30% штангистов показали свои максимальные результаты (взяты виды спорта, где результаты спортсменов можно сравнивать), остальные же не смогли в необходимый момент реализовать свои потенциальные возможности полностью.

Можно ли этот факт объяснить только дефектами в методике подготовки, недоработками в технике, недостаточной ясностью вопроса о нагрузках в условиях среднегорья, хотя, несомненно, что и эти причины имели значение? Конечно, нет. Ведь специалисты на крупнейших соревнованиях все чаще регистрируют у спортсменов изменения психического состояния, связанные с чрезвычайным психическим напряжением. Эти изменения носят, как правило, эпизодический, кратковременный характер и проявляются клинически неврозоподобным состоянием.

А. Дирикс и Ф. Боше привели такие цифры: из 53 спортсменов, делегированных Бельгией на Олимпийские игры 1964 г., у 4 были отмечены нарушения сердечной деятельности, у 4 — желудочно-кишечные расстройства и у 27 — невротические явления.

По данным JI. Поллини, среди 418 олимпийцев Италии в 1964 г. невротические симптомы отмечались почти в 40% случаев. Аналогичные данные опубликованы исследователями и многих других стран. Уже на первом международном конгрессе спортивных психологов (Рим, 1965) работал специальный симпозиум, посвященный проблеме спортивной психопатологии, с целью обеспечить профилактику психического состояния спортсмена и наметить пути спортивной психогигиены.

Чтобы лучше понять причины и суть изменений психического состояния у спортсмена, проследить связь между изменениями психического состояния и изменениями функций других систем организма, необходимо хотя бы вкратце * рассмотреть общие физиологические закономерности и современную концепцию психического стресса. Как бы ни был труден этот материал, для последующего изложения он необходим.

Устойчивость психического состояния (нервно-психической сферы) у спортсмена проявляется в способности сохранять адекватное поведение и высокую результативность деятельности. (Одним из основных критериев болезни при возникновении патологического состояния является именно затруднение приспосабливания, приводящее к снижению работоспособности и ухудшению результативности в деятельности.)

В процессе приспособления человеку приходится преодолевать определенные психологические трудности. Преодоление их связано с использованием некоторых, обычно скрытых, резервных механизмов, образовавшихся в процессе биологической эволюции. В этом случае не только нервно-психическая сфера, но и все остальные системы организма (и тогда становится трудно разделить психические и физиологические механизмы) функционируют с известной перегрузкой, с напряжением, временно необходимым, чтобы восстановить равновесие в организме и чтобы вообще сохранить организм.

Состояние, когда биологическая система (организм) для приспособления к требованиям среды реагирует ответным напряжением своих функций, называют стрессом. Таким образом, стресс — это «реакция организма на внутренние или внешние процессы, достигающие уровней интенсивности, которые напрягают его физиологические и психологические интегративные способности до степеней, близких к пределам или их превышающих» (X. Базовиц).

Как отмечал еще основатель современного учения о стрессе канадский ученый Ганс Селье, в реакции организма на трудность можно выделить три стадии:

1. Стадия тревоги (приспособление еще не обеспечено, сопротивление организма понижается).

2. Стадия резистентности (включение защитных механизмов, и за счет напряжения функций достигнуто приспособление организма к новым требованиям).

3. Стадия истощения (напряженный режим в организме длительно сохраняться не может, постепенно выявляется несостоятельность защитных механизмов, что приводит к рассогласованию жизненных функций).

Указанные закономерности универсальны, они распространяются и на психическую сферу, а нарушение взаимосодействия функций в третьей стадии чаще всего происходит именно из-за утомления в первую очередь определенных отделов нервной системы.

Правда, психический стресс (в отличие от физиологического с его реально существующим раздражителем) имеет свои дополнительные особенности. Наличие у человека познавательного процесса позволяет:

— оценивать психический сигнал как угрожающий;

— предвидеть будущую угрозу без материального присутствия ее источника;

— при взаимодействии с источником угрозы определять тип реакции на нее (например, страх, гнев, депрессия, тревога и пр.).

Следует отметить, что у каждого человека наблюдается тенденция на сходные стрессовые ситуации отвечать одинаковыми реакциями (включая и физиологический компонент этой психической реакции). Такое постоянство реакций объясняется выработавшейся в процессе индивидуального опыта системой связей психологических приспособительных и защитных механизмов.

Без понимания приведенных закономерностей невозможен ни прогноз поведения спортсмена, ни управление его состоянием, ибо, как указывает С. Элрич, «если стресс определять, как адаптивную физиологическую реакцию человеческого организма на внутренние и внешние силы и события, то становится очевидным, что спорт вызывает стресс и, следовательно, является стрессором. Причем психологические стрессовые нагрузки в спорте могут преобладать над физическими, а психическая реакция на психологическую трудность всегда сопровождается закономерными физиологическими проявлениями.

Несколько слов о физиологических механизмах психического стресса. Как же именно включаются защитные приспособления, чтобы обеспечить уравновешенность и сохранность целостного организма? При возникновении психического стресса человек воспринимает ситуацию как содержащую какую-то трудность (сигнал о том, что в данном случае, чтобы сохранить свою целостность и обеспечить приспособление, нужна перестройка, смена режимов деятельности). Сначала эта оценка может быть неосознанной, но и она вызывает тенденцию к действию. В зависимости от силы стрессора появляется большая или меньшая по интенсивности потребность устранить угрозу, появляется отношение к ней — эмоция.

Оценка ситуации как потенциально опасной возможна, конечно, только в связи с прежним опытом и определяется соответствующими участками головного мозга. Эмоциональная же реакция в своих крайних выражениях ведет к активному или пассивному проявлению («нападение» или «бегство»), которое не выявляется во внешнем поведении, только если оно (такое поведение) уже на сознательном уровне оценивается как нецелесообразное и затормаживается.

Возникновение эмоции обозначает активизацию деятельности совершенно определенных нервных образований. В головном мозгу центром, который координирует вегетативные, гормональные и моторные компоненты эмоций, является область гипоталамуса, откуда, как установлено нейрофизиологами, по восходящим путям происходит активизация высших отделов центральной нервной системы, а по нисходящим путям усиление деятельности симпатического и парасимпатического отделов вегетативной нервной системы и стимуляция продукции гормонов.

Крайне противоположные эмоции («нападение» или «бегство») зависят от преобладающей активизации тех или иных нервных структур. Благодаря этому эмоциональные состояния при стрессе можно точно физиологически дифференцировать.

В случае одной крайности наблюдается преобладание активности симпатического отдела с увеличением секреции норадреналина и повышением уровня бодрствования. Эта форма приспособления характеризует активную готовность организма к действию и получила наименование «эрготропный синдром». В противоположность ему «трофотропный синдром» проявляется в снижении уровня бодрствования и превалировании парасимпатической иннервации.

Таким образом, взаимодействие определенных структур при разных проявлениях психического стресса и определяет специфику реакции. Эта специфика тем более выражена, чем больше нарушен обычно уравновешенный баланс между эрготропной и трофотропной системами.

Во время острого психического стресса (шок) чаще наблюдается нарушение взаимной компенсации систем и сдвиг баланса в сторону трофотропного синдрома: понижение частоты сердечных сокращений, падение артериального давления, снижение мышечного тонуса. Когда эти симптомы выражены достаточно резко, возникает состояние коллапса.

При подострых стрессовых состояниях присутствуют обычно признаки как эрготропной, так и трофотропной активации. Функции обеих этих систем сохранены, но находятся в неустойчивом равновесии. Различие в типах физиологических реакций зависит от индивидуальных особенностей личности и от направленности эмоций. Если эмоция активна, направлена на внешний объект (например, гнев), то преобладает эрготропный синдром с усиленной секрецией норадреналина. Если же в эмоции превалирует, как говорят, направленность на себя (например, чувство собственной недостаточности), то в этом случае на первом плане обнаруживаются проявления трофотропного синдрома с усилением секреции адреналина.

В хронических случаях психического стресса, когда длительно сохраняется тревога и уравновешенность между системами нарушена, стойко преобладает эрготропный синдром.

Таким образом, основные состояния психического стресса можно не только регистрировать наблюдением, но и различать совершенно точно по ряду объективных физиологических и эндокринных показателей.

Однако было бы неправильно считать, что эмоции столь прямолинейно обусловливают физиологические корреляции и только ими определяются все действия человека. Переживания человека интегрируются на базе прежнего опыта, а во внешних проявлениях стресса, в поведении человека и в его деятельности многое зависит от перегрузки тех определенных участков мозга, которые осуществляют высшую психическую переработку.

Среди структур, выполняющих интегративную функцию, особо важное значение имеют лобные доли головного мозга. Именно здесь расположены две системы, от деятельности которых зависит либо задержка, либо активизация поведенческих актов. Первая система поддерживает стабильность поведения, обеспечивает влияние интеллекта, препятствует немедленному претворению влечений к движению в действие. Вторая — облегчает вмешательство интеллекта в поведение, способствует реализации побуждений в разумном поведении человека.

Когда во время психического стресса наблюдается функциональное утомление, перегрузка и истощение высших интегрирующих отделов головного мозга, возникает картина снижения порога возбудимости, эмоциональной неустойчивости, раздражительности, утомляемости и пр.

Чувства и эмоции человека в большей степени выполняют роль движущей силы поведения. Однако взрослого человека обычно характеризуют не инстинктивные формы поведения, а формы, определяемые функциями интеллекта. Удовлетворение потребностей, образовавшихся в длительном процессе эволюции, осуществляется достаточно сложными путями, и, как правило, очень трудно проследить всю последовательность поступков от их первичных источников до внешних проявлений.

Эмоция, выступая индикатором изначальных причин, выражает лишь побуждение, но не исполнительную двигательную часть (она у человека может быть заторможена), а направляющим в деятельности человека является мотив, который и ведет к достижению определенной цели.

Рассмотрим с этой точки зрения, как можно в рамках психического стресса представить себе, например, чувство усталости. Перенапряжение центральных интегративных психических процессов может вызвать возникновение чувства усталости и тогда, когда выполняется преимущественно физическая работа. Это бывает в случаях, когда работа не требует особо сложных навыков, но для ее выполнения и преодоления физического утомления требуется напряжение воли (а это значит — центральных интегративных механизмов), что уже приводит к появлению тормозных сигналов из центра на периферию.

Усталость, о которой мы сейчас говорим, не идентична ощущениям, возникающим при перегрузке периферических систем (мышечной или сердечно-сосудистой). Местная перегрузка в спортивных ситуациях может вообще не сопровождаться чувством усталости, так как высокая мотивация способствует повышению порога утомляемости центральных интегративных отделов. И наоборот, при интенсивном напряжении внимания большим волевым усилием усталость может наступить без признаков местного перенапряжения.

Этот кажущийся парадокс отмечался и исследователями, и тренерами, и спортсменами — субъективно хорошее самочувствие еще не обязательно соответствует высокой производительности в деятельности. Например, победа в гонке была достигнута при предельном напряжении сил, и на финише казалось, что-силы исчерпаны полностью. Однако под влиянием положительной эмоции уже через несколько минут спортсмены могут отмечать отсутствие усталости, хоть опять выходи на старт. Лишь на следующий день появляется чувство огромной физической усталости и желание отдохнуть.

С другой стороны, как это ощущал каждый опытный гребец, монотонная тренировка в среднем темпе (да еще в плохую погоду), на которую спортсмены выходили без желания, без охоты, — такая, вроде бы не требующая большой затраты сил, тренировка обычно приводит к чувству усталости, СОНЛИВОСТИ и апатии.

Как же так? В первом случае усталость не чувствуется после весьма напряженной физической работы, а во втором — появляется и при значительно менее интенсивной работе. И все-таки это именно так. Известно много случаев установления замечательных рекордов, хотя спортсмены в тот самый день жаловались на плохое самочувствие и усталость; а для некоторых ощущение мышечной вялости, расслабленности, сонливости вне спортивной деятельности является даже признаком хорошей формы.

Перенапряжение центральных интегративных структур мозга часто сочетается с утомлением соседних отделов, обеспечивающих координацию двигательной деятельности. Поэтому признаки центрального утомления обычно сочетаются с нарушением стабильности движений, требующих тонкой координации. При этом вначале страдают отдельные двигательные функции — первая фаза утомления. Затем для компенсации качества выполняемого движения включается сознательная регуляция — вторая фаза утомления. В это время более простые, устойчивые механизмы движения заменяются более сложными, а следовательно, и легче утомляемыми. Дальнейшее нарастание и генерализация утомления приводят к необходимости прекратить деятельность.

Исследованиями (К. Леонгард) установлено, что при местном утомлении (при мышечном перенапряжении) появляется рефлекторная тенденция прекратить деятельность. Следствием же центрального утомления бывает другой рефлекс — сон. При этом тренеры видят своих спортсменов «спящими на ходу», а проявлением крайних степеней центрального утомления могут быть состояния, напоминающие сомнамбулизм. Такие случаи описаны в литературе (М. Банков, В. А. Геселевич).

Подводя итог, можно сказать, что важнейшим психологическим защитным механизмом от чрезмерных нагрузок на центральную интегративную систему является чувство усталости, сонливость и сон. То обстоятельство, что сонливость и сон выступают как биологическое антистрессовое приспособление организма, в дальнейшем изложении будет иметь большое значение.

Человек теснейшим образом связан с обществом. Лучше всего он действует тогда, когда его личные интересы подчинены общественным целям и совпадают с ними. Вероятно, наибольшую угрозу для человека (а значит, основание для психического стресса) представляет общественное неодобрение и изоляция, а одно из необходимых условий нормального функционирования человеческой психики — эмоциональная поддержка. В сложных сочетаниях индивидуального и общественного может образоваться несоответствие оценок, которые дает своей личности сам человек, и оценок, которые ему дает общество, — в этом также одна из причин психического стресса.

Рассматривая потенциальные источники психического стресса, следует обратить внимание на ситуацию, когда достижение в деятельности ведет к вознаграждению, поощрению, в то же время предупреждает порицание и изоляцию. К ситуациям такого типа можно отнести и соревнования, в которых среди прочих психологических тенденций человека значимы и такие факторы:

— оценка своих возможностей в сравнении с другими людьми, результаты которых являются критерием и стандартом измерения. Следовательно, в социальном сравнении происходит оценка не абсолютных уровней, а результатов данного индивидума и какой-то группы;

— потребность в повышении своего статуса, своего общественного положения;

— потребность в самоутверждении, приведении общественного положения в соответствие с собственной оценкой своей личности.

Из приведенного, далеко не полного, материала видно, что в деятельности человека имеются биологические и социальные потребности, которые в зависимости от их актуальности образуют как бы иерархию мотивов. Образуя единый уровень мотивации, мотивы энергизируют поведение человека в целом.

Мы уже говорили о ситуациях, ведущих к возникновению психического стресса. Однако было бы неверно однозначно связывать возникновение психического стресса только с ситуацией. Наблюдения показывают, что стресс определяется индивидуальным прошлым опытом и избирательной чувствительностью каждого человека. Это значит, что в одной и той же ситуации у людей, занятых одним и тем же делом, довольно редко возникают одинаковые по силе и направленности реакции.

Многое зависит от структуры личности, от того, как и на что человек ориентирован, какова его мотивация. Например, известно, что при наличии общей мотивации выраженность стресса независимо от вида деятельности может быть одинаковой. В частности, в исследованиях, проведенных в академической гребле, было установлено, что степень выраженности психического стресса у гребцов, рулевого и тренера примерно равна. Более того, в работе «Биохимические исследования стрессовых реакций олимпийской команды по гребле в тренировках и на соревнованиях» группа авторов (в числе которых и К. Адам) показывает, что в период ожидания соревнований наибольшая выраженность биохимических проявлений психического стресса оказалась у рулевых и что у гребца, выступавшего в двух лодках, например восьмерке и четверке, степень выраженности психического стресса была разной.

Абсолютно стрессовой ситуации или вида деятельности практически быть не может, но каждая из ситуаций при наличии определенных условий может стать стрессовой. Общее условие для возникновения стрессовой ситуации — это наличие расхождения между возможностями человека и предъявляемыми к нему требованиями. Требования же оцениваются и определяются мотивацией, отсюда ее первостепенное значение при возникновении психического стресса. Анализируя деятельность спортсменов во время соревнований, можно заметить, что в большинстве видов спорта спортсмен на соревнованиях делает абсолютно то же самое, что и на тренировках. Даже иногда на тренировках он выполняет значительно большую по объему и интенсивности работу, не утомляясь, однако, так, как на соревнованиях. То есть биологическая, энергетическая стоимость, «цена работы», на тренировках и на соревнованиях различна. Ее стоимость на соревнованиях при наличии психического стресса оказывается выше.

Это видно даже из такого показателя, как вес. Многие спортсмены во время соревнований теряют в весе намного больше, чем на тренировках, когда физические нагрузки были тяжелее. Еще нагляднее такое же наблюдение над тренерами. Если на тренировках потери в весе тренеров минимальные, то за время соревнований они могут терять в весе почти столько же, сколько и спортсмены.

Эти примеры, хотя и очень приближенно, показывают, что напряжение центральных интегративных механизмов, эмоциональный стрессовый компонент, который при определенной мотивации привносится соревнованием, вызывает значительные энергетические расходы.

А теперь еще раз обратим внимание на важную особенность психического стресса: человек может реагировать не только на реально существующую угрозу, но и на предвещающие такую угрозу сигналы. При этом он может не только прогнозировать, но и заранее переживать предстоящие события. То есть заблаговременно интенсифицируя процессы обеспечения деятельности к предполагаемой ситуации, он тем самым удлиняет период вегетативной подготовки к ней. Когда такое «предварение событий» превышает биологически полезные пределы, оно может оказаться неблагоприятным.

Здесь следует выделить два исключительно важных для спортивной деятельности обстоятельства. Сила прогнозируемой неприятной эмоции часто может превышать силу реальной. Причина здесь в потенцировании, накапливании эмоций (К. Леонгард)- При попеременном представлении то положительного, то отрицательного исхода ситуации происходит усиление эмоции. В результате еще до наступления реальной деятельности, вследствие преждевременного утомления центральных интегратив-ных механизмов у спортсмена, могут наблюдаться повышенный расход энергии и нарушения двигательного навыка, особенно требующего тонкой координации.

Академик П. К. Анохин при исследовании спортивной деятельности подчеркивает необходимость совокупного рассмотрения трех взаимосвязанных компонентов: 1) эмоционального возбуждения, 2) энергетики и 3) двигательного навыка.

Для спортсмена отрицательное значение имеет не столько сам факт преждевременного возникновения сильной эмоции, сколько ее неблагоприятное для последующей деятельности влияние.

Подведем некоторые итоги теоретической части.

Психический стресс — напряжение структур мозга, обеспечивающих целенаправленное и целесообразное поведение человека. Активность поведения зависит от побуждающих потребностей, от способностей видеть главный мотив. При предъявлении повышенных требований к центральным интегративным механизмам наблюдается их утомление, компенсирующие возможности понижаются. Последнее проявляется в ослаблении психической устойчивости, в защитном снижении уровня бодрствования (сонливость, сон), в снижении энергетических возможностей, в нарушении тонкой двигательной координации. Позже, когда рассогласование, дезинтеграция функции, продолжается, могут появиться и такие далеко зашедшие расстройства, как патологические реакции (типа неврозоподобных).

Очевидно, изложенный, по всей вероятности не единственный, аспект анализа соревновательной спортивной деятельности с позиции концепции о психическом стрессе дополняет понимание состояния спортсмена накануне соревнований. Ценность этой точки зрения заключается также в ее практической интерпретации, обосновывающей значение психогигиены и психопрофилактики в современном спорте. При этом психогигиена и психопрофилактика имеют целью не только обеспечение оптимального психического состояния спортсмена для однократного участия в соревновании, но и поддержание в течение возможно более длительного периода стабильных и наиболее успешных выступлений спортсмена.

Все это составляет большую научную проблему, которой занимаются психогигиенисты многих стран мира. При Всемирной организации здравоохранения создан специальный Комитет экспертов по психогигиене, занятый разработкой психогигиенических рекомендаций в различных областях профессиональной деятельности человека.

Реализацией этих рекомендаций в спорте занимается Международное объединение по психосоматической подготовке спортсменов. Материалы объединения свидетельствуют о том, что на основании теоретических разработок уже делается попытка объединить в одном синтетическом методе разнообразные способы влияния на психическое состояние, попытка регуляции и управления психическим состоянием спортсмена.

    Загрузка...

    Полное библиографическое описание

    • Автор

      Первый автор
      Гиссен Л. Д.
    • Заглавие

      Основное
      Психический стресс
    • Источник

      Заглавие
      Психология и психогигиена в спорте
      Дата
      1972
      Обозначение и номер части
      Глава 3. Психический стресс
      Сведения о местоположении
      C. 10-20
    • Рубрики

      Предметная рубрика
      Спортивная психология
    • Языки текста

      Язык текста
      Русский
    • Электронный адрес

    Гиссен Л. Д. — Психический стресс // Психология и психогигиена в спорте. - 1972.Глава 3. Психический стресс. C. 10-20

    Посмотреть полное описание